Читать книгу - "Нежеланная невеста. Целительница для генерала - Юлия Нова"

силу почти в ноль? Ещё и голодной быть несколько часов после. На эмоции, как и на страх у меня банально не было ни сил, ни желания.

И да, подобный ответ от женщины соромийцу — это было почти за гранью. Но…

Я была марейкой и выше его по положению. Соромийцы слишком ценили значение титулов, и целитель обязательно назвал бы его, будь он благородным. Я же была леди, дочерью владетеля земель и магического источника. Мало того, я была невестой…

Этого врагам нельзя было говорить, хотя бы попытаться умолчать. Я кинула предупреждающий взгляд на Марику, чтобы она не открывала рот, оставляя зарубку в памяти поговорить позже с обеими. Путь враги узнают позже, не сейчас. Возможно, они и не узнают… И да. Я хваталась за соломинку, но очень уж мне хотелось выжить.

Возможно, я стану ценной пленницей, а возможно, на мне проведут показательную казнь. Соромийцы были жестоки, но практичны, и мне стоило повысить свою ценность, пока не вспыли знания о моём статусе.

Целитель Калеб всё это время рассматривал меня как незнакомое насекомое, а после с лёгким интересом выдал:

— Хм, вы даже не чувствуете моё давление? Интересно, очень интересно…

Именно сейчас я поняла, что упустила что-то важное. Застыла, обращаясь к своей силе. Наконец-то я заметила маленький щуп, что пытался незаметно пробраться в моё ментальное поле и как-то повлиять на меня.

Целитель решил взять надо мной контроль? Проверить мои возможности к сопротивлению? Ведь это тоже было показателем силы. Или он банально хотел узнать мои магические возможности?

Я поняла, что моя сила действовала на автомате, отрезав меня от угрозы. А значит, сила, активно развиваясь всё это время, сделала очередной скачок. Я не стала отвечать, продолжая молчать и ждать ответа на свой вопрос.

Целитель же пожевал губами, всё так же внимательно меня рассматривая. Он не отпускал моего взгляда, явно пытаясь прощупать мои возможности. Я же делала вид, что всё хорошо, хотя давление его силы я уже начала замечать. Резко сказала:

— Я изрядно потратилась, а после этого не пила и не ела несколько часов. Таким образом, целитель Калеб, вы рискуете потерять полезного целителя до того, как я рассмотрю ваше предложение.

Целитель в ответ рассмеялся и кивнул явно одобрительно, чего я от него совершенно не ожидала.

— Магически сильная. Это хорошо. И характер есть, ещё лучше. Рядом, это помощница? Вы похожи на сработанную пару целителей, а значит, магия подстроена друг под друга. Вопрос, выполняли ли вы полевые операции. И второй вопрос, хотите ли вы выжить в этой войне, целительницы?

Мой ответ мог дать нам спасение, а мог и погубить. Но намёков от судьбы я всё ещё не ощущала.

Ответила, упрямо вздёргивая подбородок:

— У моего отца лекарня на наших землях, и последние месяцы я только и делаю, что выполняю потоковые операции. Разного рода, вплоть до…

Сглотнула, замолчав, в этот момент ожидая очередного удара в сердце. Я собиралась открыть свой самый важный секрет. То, о чём ни с кем пока не делилась. Отцу и маме было страшно писать, я хотела сказать это при встрече, а жениху…

Решила, что он не понял бы до конца, какого невероятного результата я добилась.

Совсем недавно мне удалось создать пусть малюсенькую, но истинную целительскую искру. До возможностей истинного целителя мне было как до столицы пешком, но и это была огромная редкость. И ценность.

В ответ на тишину ничего со мной не произошло, и я решилась продолжить:

— Я умею создавать пусть ещё крохотную, но целительскую искру.

Сказала и замолчала, ожидая ответной реакции. И она не заставила себя ждать.

Глава 55

Шок на лице целителя, застывший взгляд, а после его зрачки забегали, явно пытаясь сопоставить мои слова с действительностью. Он недоверчиво прохрипел:

— Покажите! Немедля! — Столько властности и одновременно столько скрытой глубоко-глубоко радости в голосе.

В ответ я имела наглость посмотреть на целителя уже другим взглядом, полным скепсиса, и покачала головой, отказываясь выполнять этот приказ немедля:

— Это плохо закончится, целитель Калеб. Моя магия едва теплится, а в желудке засасывающая остатки силы пустота. Мы с помощницей истощены в край, и любая магическая манипуляция может привести к длительному выгоранию. Уверена, вам совсем не это требуется.

Взгляда я не опустила, когда почувствовала волну гнева, исходящего от целителя в ответ. Он явно привык к своему положению и не ожидал, что я смогу сказать хоть слово поперёк.

Вот только кому я нужна буду, пустой? Никому. Обменивать меня, пустышку, не будут, это я прекрасно знала, а вот выпить источник, проведя насильственный ритуал, отобрав мою силу, это запросто.

Ритуал, запрещённый во всех королевствах, в том числе у соромийцев, но на войне они использовали грязные методы без сожаления. Им не было жалко врагов, а запрет они соблюдали на своей земле.

Взгляд целителя не изменился, оставаясь строгим, а голос властным.

— Сидите здесь, вас досыта накормят, обустроят нормальные спальные места, и через пару-тройку часов отдыха я вызову вас к себе. И прихватите с собой свою помощницу, леди Ковентри. — Лэр подошёл ближе, нависнув надо мной, а его взгляд обещал мне большие неприятности: — И если вы соврали, за ваши слова ответит она. Тем более благородную леди я трогать не привык. Даже марейку. Вы всё ещё настаиваете на нашей встрече? Сейчас у вас есть шанс спасти от моего гнева вашу помощницу. Конечно, если вы сейчас нагло мне соврали.

Буравящий меня взгляд пробил до самой глубины. В этом взгляде было всё: и неослабевающий интерес, и явное предупреждение. А ещё злоба, затаившаяся в самой глубине глаз.

Я поняла, прямо почувствовала: целителю очень сильно хотелось другого. Жадность, с которой он смотрел на меня, когда говорил о недопустимости жестокого ответа благородной леди. Он хотел, буквально жаждал причинить вред, но не любой, и не моей помощнице.

О, нет.

На самом деле всё было ровно наоборот.

Целитель Калеб хотел сделать больно именно благородной. И если в Соромии подобное каралось смертной казнью даже для лэра, то здесь, на войне, любая, и даже я, была беззащитна перед подобным желанием.

По закону.

Но что есть закон, если можно совершить злодеяние и скрыть его?

И разве это злодеяние — причинить вред врагу?

И никого из них не волновало, что я целитель. Дарующая жизнь.

Я подавила в себе страх, волной поднимавшийся из самых глубин нутра, резко кивнула и, смотря прямо в глаза целителя, ответила уверенно и бескомпромиссно:

— Да,