Читать книгу - "Танцуя с ветром - Мэри Джо Патни"

Теперь она выглядела намного моложе, хотя казалась несколько встрепанной.

Слова девушки только усилили гнев и раздражение Стрэтмора.

— Значит, вам надо было остаться с ним, — резко ответил граф. — Но вы попросили моей помощи, и я оказал ее. Теперь ваша очередь расплачиваться.

— Я не удивляюсь, что вы заговорили об этом.

Затем последовало молчание. По выражению лица девушки, на котором сожаление сменилось сомнением, а затем решимостью, граф понял, что она мучительно ищет выход из создавшегося положения.

Наконец она выпрямилась, сжав руки на коленях, и спокойно сказала:

— Я давно должна была расплатиться с вами. Когда-то вы хотели спать со мной. Ну что ж, я — ваша.

Она снова поразила Стрэтмора, на этот раз своей резкой оскорбительной прямотой. Он перевел дыхание. Конечно, мысль о том, что ее готовность отдаться вызвана чувством долга, а не желанием, была ему противна. И все-таки он не отпустит ее. Об этом не может быть и речи. Укоры совести были слишком слабы, чтобы сломить нарастающую волну страсти.

— Обдумайте хорошенько. На этот раз вам некого будет звать на помощь, и слезы вам тоже не помогут. Бесполезно будет просить пощады.

— Уж если кто и попросит пощады, то никак не я, Люсьен, — серьезно ответила девушка. — По-моему, уже было достаточно лжи. Пришли время откровенности.

Теперь он был абсолютно уверен, что она не будет пытаться бежать. Но она выглядела испуганной и подавленной, вся еще во власти своих недавних переживаний. Люсьен нахмурился.

Страх — плохой советчик, а в постели — он просто враг. Он хотел разбудить ее страсть, хотел, чтобы она желала его так же жадно, как и он ее, чтобы все барьеры между ними рухнули. Это означало только одно. Он должен обуздать себя и контролировать каждое свое движение, медленно разжигая у своей мучительницы заснувшую чувственность. Это будет сложной задачей.

Они молчали. Снизу доносилась тихая музыка. Вот и решение. Они начнут с танца, он поможет снять напряжение, растопит скованность и постепенно восстановит те узы, которые связывали их раньше.

Стрэтмор подошел к девушке и протянул ей руку.

— Потанцуйте со мной, миледи.

Она удивленно взглянула на него, улыбнулась, спустила ноги с кровати и скинула туфли. Кит сделала глубокий реверанс, как будто их только что представили друг другу.

— С огромным удовольствием, лорд Стрэтмор.

— Нас не представили друг другу, — ответил Люсьен почтительно. — Кажется, я имею честь беседовать с леди Кит Трэверс?

— Я не сомневаюсь, что вы очень быстро узнаете, кто я такая, — с улыбкой ответила Кит, — но Джейн — мое второе имя.

— Я называл вас сотней разных имен: «леди Джейн», «леди Немезида», «леди Быстрая как ртуть». Но «Кит» — самое лучшее из их, самое необычное и больше всего вам подходит.

Стрэтмор снял парик с головы девушки, и ее чудесные шелковистые волосы рассыпались по плечам. Они были легки, как облако, а гладить их было истинным наслаждением.

Кит приятно улыбнулась.

— Это так чудесно! Понимаю теперь, почему кошки любят, когда их гладят по шерстке.

Она стянула с руки замшевую перчатку и швырнула в сторону. Люсьен поцеловал ее запястье в том месте, где пульсировала голубая жилка. От прикосновения его губ по телу разлилось томительное тепло. Люсьен медленно покрывал поцелуями и другую руку девушки. Кит провела нежными пальцами по его щеке.

— Люцифер — светоносный, — прошептала она. — Светлый ангел утра…

— Боюсь, что падший ангел! — он опустил руку на бедро Кит, и она вздрогнула всем телом. Пальцы другой руки он сплел с пальцами Кит и крепко сжал их, увлекая ее в вальсе. — Я был изгнан из рая, но теперь вновь обретаю его…

Девушка покраснела и опустила глаза. В мерцающем свете свечи над ее золотисто-каштановыми волосами, казалось, возник легкий нимб. Сейчас у них было больше пространства, чем в переполненном бальном зале. Они свободно летели в такт музыке по пурпурно-красному ковру. Кит танцевала в одних чулках и, ступая на его мягкую поверхность, получала заряд тепла.

Девушка танцевала превосходно, хотя вначале в ее движениях ощущалась скованность. Но мало-помалу волшебная мелодия вальса сделала свое дело. Кит вся отдалась танцу.

Гармония воцарилась между танцующими. Он страстно желал обнажить ее гибкое нежное тело, скинуть ненавистное домино. Теперь она желала того же. Каждый его шаг, каждое прикосновение и ласка находили в ней отклик. Это было все крепнущее равновесие стремлений мужского и женского начал.

Люсьен, не прекращая танца, одной рукой развязал ленты домино, и оно плавно соскользнуло с плеч девушки, отлетев в угол комнаты. Его восхищенному взору предстали обнаженные, сверкающие белизной плечи Кит. Дыхание срывалось… Но нет, еще рано… Немного рано…

Кит танцевала, подчиняясь его сильным рукам и движениям. Она чувствовала себя легкой пушинкой. Наконец, они остановились. Люсьен нагнулся и поцеловал ее нежную кожу на шее под маленьким изящным ушком. Его губы искали ее полуоткрытый рот. Кит затаила дыхание и замерла в ожидании поцелуя… Инстинктивно она открыла глаза, и Люсьен увидел в их сиянии огонь страсти, который так жаждал разжечь.

Девушка в какой-то момент представила себе, как забавно они выглядят со стороны. Люсьен одной рукой обхватил ее бедра, стараясь принять на себя всю тяжесть ее тела, его нога оказалась зажатой между ног девушки.

— Сэр, — прошептала она, — по-моему вы слишком сильно прижимаете меня к себе. Это против правил.

Произнося эту чинную фразу, она прижалась к нему бедрами и стала покачивать ими из стороны в сторону. Жар разлился по животу и бедрам Люсьена.

— Вы правы, сударыня, — ответил он почти беззвучно, — и скоро я прижму вас еще крепче.

Он ослабил объятия, и они снова понеслись в танце. Люсьен начал импровизировать. Теперь их движения были откровенно эротичными. Они прижимались друг к другу всем телом, на миг разъединялись и вновь — устремлялись друг к другу, ощущая еще больший жар в крови. Этот танец воспламенял обоих. Разумеется, в бальном зале, при всех, они никогда не позволили бы таких откровенных движений.

Как только музыка стихла, они слились в страстном объятии, стоя посреди комнаты. Они жадно целовали друг друга, а Кит прижимала свои бедра к нему все плотнее, слегка поводя ими. Возбуждение нарастало. Люсьен застонал, чувствуя, как его возбужденная плоть прижимается к заветному треугольнику между ее бедрами. Желанное время пришло…

Люсьен развязал ленты, которые удерживали платье на плечах Кит. Глаза девушки затуманились желанием. Одно легкое движение — и платье скользнуло вниз. Теперь на Кит была только нижняя рубашка и корсет, который делал ее стройную фигуру неузнаваемой.

Не отрывая взгляда от лица девушки, Люсьен начал расшнуровывать корсет. Наконец, он раскрылся, обнажив прелестные груди под тонкой тканью рубашки. Он начал ласкать их, пряча в свои ладони и сжимая соски. Глаза девушки стали огромными. Она облизывала языком пересохший рот. Весь ее облик, каждое движение говорили о том, что желание сжигает ее. Но Люсьен не мог довольствоваться одной физической страстью, он жаждал полной близости — слияния не только тел, но и душ. Снимая корсет, он пытался встретить ее взгляд, но напрасно. Девушка отводила глаза. Она сделала шаг вперед и, спрятав лицо в разрезе рубашки, обхватила руками его талию. Ее груди прижимались к его груди, а руки ласкали сильную мускулистую спину. Восхищаясь упорством, с которым Кит старалась избежать его взгляда, Люсьен снял с нее рубашку и отшвырнул в угол комнаты.