Читать книгу - "Проклятие Теней и Льда - Катарина Маура"

сил пытаюсь направить ее наружу. Я ярко представляю себе атриум и молюсь, чтобы не поджечь цветы вокруг нас.

Феликс улыбается мне и поднимает руку в воздух, щелкая пальцами. Вдруг я переворачиваюсь и падаю на колени. Я поднимаю глаза и вижу, что смотрю прямо в зеркало.

— Смотри, как ты поддаешься мне. Смотри, как ты умоляешь об этом. Тот маленький мальчик никогда не заставит тебя чувствовать то, что могу я. Удовольствие, которое я могу тебе дать, не имеет себе равных.

Он хватает меня за бедро и медленно входит в меня, глядя мне в глаза в зеркале. Феликс останавливается на полпути, и я стону.

— Нет! — шепчу я, желая, чтобы он вошел в меня до конца, и Феликс смеется.

— Умоляй, — приказывает он снова.

— Пожалуйста, Феликс. Пожалуйста! Перестань мучить меня, муж.

Он выглядит удивленным, его выражение лица смягчается.

— Так ты понимаешь, что я твой муж?

Наши глаза встречаются в зеркале, и он вытаскивает себя почти полностью, сводя меня с ума.

— Ты единственный, кого я когда-либо хотела, Феликс. Единственный, кого я когда-либо буду желать, — говорю я ему, и в глубине души я знаю, что это правда. Чувства, которые я испытываю к Феликсу, не похожи ни на какие другие, которые я испытывала раньше.

Феликс смотрит мне в глаза, казалось бы, довольный тем, что видит, и, наконец, он входит в меня, охватывая меня той же отчаянностью, которую я испытываю.

Я боюсь его власти надо мной. С каждым днем мне все труднее представить себе будущее без него. Я боюсь, что однажды я действительно потеряю его из-за этого проклятия, и я не могу допустить этого.

Глава 35

Арабелла

Я не могу перестать улыбаться весь день. Воспоминания о вчерашнем дне поддерживают огонь в библиотеке уже несколько часов, даже когда я читаю. Это дает мне надежду, что план Элейн действительно может осуществиться.

Я счастливо вздыхаю, вспоминая комнату, которую Феликс создал для меня. Я заметила, как он устал после этого, но он ни разу не пожаловался. Солнечный свет, пионы... и Феликс. То, как он прикасался ко мне прошлой ночью, ревность и собственничество в его глазах. Он заставил меня почувствовать себя такой желанной. Я никогда не ожидала, что в чувстве принадлежности кому-то может быть такая сила, но она есть.

— Мечтаете, Ваше Превосходительство?

Я захлопываю книгу и подпрыгиваю от голоса Элейн, пламя мерцает. Мне с трудом удается поддерживать огонь, пока она садится напротив меня, и моя концентрация ослабевает. Элейн усмехается, увидев название любовного романа, который я читала.

— У меня в комнате их гораздо больше. Те, что в библиотеке, — самые сдержанные, — говорит она с подмигиванием.

Я смеюсь и прижимаю книгу к груди.

— Возможно, я попрошу тебя одолжить мне их.

— Конечно, Ваше Превосходительство. Я отправлю самые лучшие в твою комнату.

Элейн откидывается на спинку кресла и тихо вздыхает, оглядывая библиотеку.

— Знаешь, мой жених любил это место так же сильно, как и я. На самом деле, именно наша общая любовь к чтению свела нас вместе.

— Жених? — повторяю я, сбитая с толку. Ни в одной из книг не упоминалось о том, что Элейн была помолвлена, но, с другой стороны, в наших учебниках истории мало что было верно.

— Рафаэль, — шепчет она, и его имя звучит на ее губах как молитва. Я вспоминаю разговоры с Феликсом и уверен, что он упоминал Рафаэля раньше.

— Об этом знают немногие, но Рафаэль и я — наследники соперничающих королевств, которые были захвачены Теоном. Ни одно из наших королевств не было процветающим, и обе земли выиграли от улучшений, внесенных Теоном, поэтому ни я, ни Рафаэль не питали к нему злобы. Скорее, мы были безмерно благодарны ему за то, что он спас наш народ, когда наши родители потерпели неудачу, поэтому, когда Теон попросил, мы оба присоединились к нему в качестве советников. Я, в частности, с радостью воспользовалась этой возможностью, поскольку в своем королевстве меня едва терпели из-за моей сильной магии, а здесь меня ценили так, как я и представить себе не могла. Видите ли, хотя я унаследовала магию своей матери, меня всегда учили скрывать ее, что только заставляло меня хотеть исследовать ее еще больше. Ни Рафаэль, ни я не знали, что другой тоже присоединился, и ни один из нас не был рад найти другого при дворе. Мы ненавидели друг друга.

Она улыбается себе, погрузившись в раздумья, и я понимаю, что впервые вижу ее такой расслабленной. За все месяцы, что я здесь, я впервые вижу настоящее счастье, отражающееся в ее глазах.

— Мы постоянно ссорились, разрушая части дворца, которые потом Теон должен был ремонтировать, и в какой-то момент я была уверена, что он выгонит нас обоих. Но... Теон увидел то, чего ни один из нас не мог увидеть.

Она улыбается мне, и в ее глазах читается понимание.

— Теперь я наконец понимаю. Наконец-то я понимаю, как он мог быть так уверен, когда ни Рафаэль, ни я не могли этого увидеть.

Ее рассказ звучит так романтично, но мое сердце кровоточит, потому что я знаю, что все это должно закончиться трагедией.

— Итак, как чтение объединило вас двоих?

— Я подозреваю, что Теон не выгнал нас обоих, хотя мы определенно заслуживали этого, потому что мы оба подружились с ним, и он ценил нас одинаково. Поэтому, когда Теон попросил меня прочитать несколько книг о проклятиях, чтобы помочь нам предотвратить часть ущерба, который мы видели, я согласилась. Неизвестно для меня, Рафаэлю было поручено прочитать те же книги. В итоге мы каждый день проводили вместе в библиотеке по несколько часов. В то время библиотека все еще была полна ученых, поэтому мы не могли спорить друг с другом, как обычно. Хотя мы, конечно, не переставали пытаться. Рафаэль и я обменивались множеством разорванных кусочков пергамента с начертанными на них оскорблениями, но со временем тон наших записок изменился, и они превратились в письма, которые позволили нам по-настоящему узнать друг друга.

Я улыбаюсь и счастливо вздыхаю.

— Вы влюбились.

Она кивает.

— Мы влюбились. Мы так нервничали, что не могли сказать об этом Теону, и пытались скрыть наши отношения. К тому времени, когда мы наконец набрались смелости, все уже знали — просто мы этого не замечали. Теон дал нам свое благословение, и это должно было стать началом нашего совместного будущего. — Она обнимает себя за плечи и отводит взгляд. — Понимаете, Ваше Превосходительство... У Рафаэля был секрет, которым он