Читать книгу - "Земля магических аномалий - Анна Панкратова"

но лишь из-за того, что знал, что это она. Остальные будут путаться и мигом забывать, что это она. Повезло, что у Мары нашлась такая редкая магия.

– Как я выгляжу?

– Восхитительно, как всегда. Идем.

Они поднялись по ступенькам на крыльцо и нырнули в распахнутые двери фойе. Сегодня не было полуголых девиц, ведь на торжественное событие стекались все сливки Хартбрука. Парни встречали их в костюмах, девушки – в платьях в пол.

Праздник проходил в огромном помещении на втором этаже. Панорамные окна прятались за тюлем и массивными бежевыми шторами. Колонны, обвитые розами, тянулись к потолку в несколько уровней. Фуршетные столы ломились от еды, а официанты кружили меж гостей, предлагая напитки.

Софи нервно оглядывалась, ища в толпе сестру. Люди улыбались и общались. Веселая музыка разносилась по залу, а музыканты заняли небольшую сцену у балкона. Сгущались сумерки, золотые и розовые краски заполнили помещение, но потом стихийники огня вместе выдохнули, чтобы зажечь зачарованные свечи на массивной люстре с висюльками и в канделябрах.

Гости захлопали, радуясь теплому свету, а Хантер вздрогнул – так неожиданно его плечо сжала Мара, подошедшая сзади.

– Совсем тупой, – констатировала богиня. – Надо было его с Сабриной свести – идеальная пара! Вспыльчивые, властные, но тупые.

– Поверил, что Эви и я не встретились?

– Главное, что все идет по плану, – отрезал Хантер, находя наконец взглядом Эвелин и Оливера в конце зала. Девчонка смело смотрела в глаза отца, пока тот яростно что-то говорил ей. Бен был рядом, держа руку на невидимом мече – видно, разговор был непростым.

Они планировали убедить Оливера, что на праздник пришла только Эвелин, усыпить его бдительность и в нужный момент забрать власть. Они не хотели поднимать шум, но знали, что сражения не избежать, узнай Оливер, что на праздник пожаловала дама Сердец.

Мара схватила бокал с шампанским у проходящей мимо официантки, щедро плеснула туда своего рома, и пошла ближе к Эвелин и Оливеру, боясь, что все выйдет из-под контроля и придется вмешиваться.

Хантер поймал Софи, которая хотела броситься к сестре, ведь Оливер замахнулся на ту. Эвелин оттолкнула отца и поднялась на сцену. Тот недовольно пыхтел сзади, но не хотел устраивать разборки на глазах у всех.

– Прошу внимания, – улыбнулась Эвелин. Голос немного дрожал, но держалась она довольно уверенно. – Я бы хотела поздравить папочку с днем рождения!

Оливер подошел к дочери, которая встала у зачарованного микрофона и оглядывала собравшихся.

– Я не помню жизни без Оливера, – заговорила Эвелин. – И я безмерно благодарна ему за то, что он взял меня под опеку и научил стоять за себя. Уважать и любить себя. Отстаивать границы и говорить «нет».

Эвелин смерила Оливера недовольным взглядом, выдавила улыбку и распахнула руки.

– Я тебя очень люблю, папочка.

Оливер обнял Эвелин, похлопал ее по спине и подошел к микрофону.

– Спасибо, дочь! Спасибо… не представляю жизни без тебя, любовь моя. Пустить тебя в дом было лучшим решением в моей жизни.

Хантер взял Софи за плечо, впился ногтем в нежную кожу, чтобы передать немного магии. Она не сводила глаз с сестры, волновалась, но гордо держала осанку, не позволяя страху победить.

Эвелин вновь обняла Оливера, тот ждал, что они уйдут со сцены, но она вернулась к зачарованному микрофону. Обвела взглядом зал, собралась с силами и заговорила:

– Мы с отцом решили, что сегодня подходящий момент, чтобы сообщить, что он передает корону и власть мне.

Повисла тишина, которая сменилась аплодисментами. Люди обеспокоенно переглядывались, не зная, чего ожидать от такой королевы, но боялись, что, не утопи они даму Сердец в радостных овациях, их накроет кара.

Оливер сделал шаг к Эвелин. Его лицо перекосилось от ярости, которую он не сумел скрыть, руки схватили запястье, а от пальцев уже потекла магия, создающая браслет, чтобы взять под контроль, но Софи выдохнула. Оливер застыл, покраснел и напрягся, всеми силами пытаясь скрыть, как ему больно.

Софи наклонила голову, глаза покраснели, а Оливер все же взялся за грудь и стал нервно озираться, понимая наконец, что дочь скрывается в толпе. Уши затопило сердцебиение, что ужасом обволакивало тело, парализуя.

– Да, папочка? – спросила Эвелин, поворачиваясь к Оливеру. Голос дрожал, но она подняла подбородок, беря себя в руки, проглатывая страх. – Ты решил заняться своим здоровьем, правда?

Оливер все же нашел в толпе даму Сердец. Плотно сжал губы. Хантер обхватил Софи за талию, поддерживая, посильнее вдавил ноготь, даря еще магии.

– Он понял, – прошептал Хантер, и Софи ослабила хватку, вцепилась в его руку, едва держась на ногах. – Порядок?

– Будет нужно, сумею убить, – тихо ответила она.

Оливер вытер пот со лба, занял место Эвелин и обхватил рукой микрофон. Толпа тихо перешептывалась, запутавшись в происходящем, но страх заставлял молчать и смиряться. Если у кого-то и были сомнения, то теперь все убедились, что дама Сердец все еще сильна.

– Да… Да! – нервно выдавил Оливер и прочистил горло, потер красную шею. – Я решил, что уже не молод, здоровье начало подводить меня, поэтому самое время передать бразды правления моей законной наследнице! Софи – новая королева! Ура!

Раздались аплодисменты. А на сцену поднялся Бен, едва Эвелин поманила его рукой.

– И так как у папочки день рождения, – весело заговорила Эвелин, пряча дрожащие руки за спиной, – мы решили провести ближайшие неделю-две вместе в тишине и спокойствии. И пока мы отдыхаем, мое место временно займет Бенджамин Нолан, новая правая рука.

Люди снова захлопали. Ноздри Оливера расширились от гнева, глаза забегали по залу, ища виновных и тех, кого можно покарать. Он уже махнул стражам, но Софи вновь заставила его схватиться за грудь, и он покачал головой, выдавливая улыбку.

– Что ж! Ура! Продолжаем веселиться! – заявил Оливер и взял Эвелин за руку, чтобы помочь спуститься по ступенькам.

Едва они скрылись за сценой, Хантер обхватил Софи за плечи и повел туда, боясь, что Оливер сорвет злость на Эвелин. Они пробирались сквозь толпу, которая, затаив дыхание, слушала речь Бена. Мара догнала их у двери, из-за которой доносились крики.

– Твою мать, я убью подлеца, если он что-то сделал с моей конфеткой! – прошипела Мара и первая влетела в кабинет, что прятался за дубовой дверью, в момент, когда Оливер отвесил Эвелин пощечину. Та вызвала кинжал, направила его на отца, что застыл, ведь не ожидал, что дочь посмеет стоять за себя.

– Как ты посмела пойти против отца?! Да я всю жизнь…

– Я ненавижу тебя! – прошипела Эвелин, идя на Оливера, острием указывая на его шею. – Ты самый гадкий человек из всех, что я встречала!