Читать книгу - "Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко"

такой красавице нарушать закон и рисковать жизнью, шастая через границу?

– Если ради закона… – Берк нехотя поднялась по ступенькам магазинчика вслед за эльфом.

Хозяйка заведения, троллька средних лет, с жадностью уставилась на красавца эльфа. Ее взволновала не внешность, а богатое одеяние гостя. Да ему ничего не стоило скупить для своей подружки все платья в ее магазине!

– Не уверена, что мне нравится… – Из всего ассортимента Бёрк больше приглянулось одно – из светло-голубого бархата. Но его стоимость, написанная на приколотом к манжету ценнике, смущала. Конечно, у них с девочками были карманные деньги, и сумма, по сравнению с ее прошлой жизнью, была немаленькой. Но вот так выбросить горсть монет за платье на один раз?..

– Я оплачу, – подбодрил ее эльф.

– Нет! – отрезала Бёрк решительно. Еда, цветы – это понятно, но одежда… Было в этом что-то неправильное. – Я заплачу за него сама. Только так. Иначе я никуда не поеду.

– Хорошо, – смиренно согласился Рэдариэл и распахнул дверь примерочной. – Тогда я подгоню его по вашей фигуре. Бесплатно.

– Согласна.

Смешная. Удивительная. Иная.

16. Праздник зимы

Когда Жар-город окончательно засыпало снегом, его жители с присушим им энтузиазмом принялись готовиться к празднику Обновления. Это главное торжество в году, потому на украшение улиц и домов денег не жалели. Все вокруг стало блестящим и ярким. На Огненной площади водрузили главную городскую елку, украсили дутыми стеклянными шарами, карамельными звездами, завернутыми в фольгу, и длинными завитками золотой мишуры.

Обитатели «Пряной лавки», наблюдавшие за этим из окон, подняли бунт.

– Ну, дядюшка, ну пожалуйста, – молитвенно сложив руки на груди, уговаривала Лучана.

– Нет! – фырчал тролль. – Глупость. Пустая трата денег.

– Но так хочется ёлочку… – Девушки окружили его хороводом и мешали идти к кухне.

– Вот с окна на нее и смотрите. Кто мешает?

Прижимистый торговец, не желал тратить сбережения, на глупые атрибуты праздника. Пока простаки разорялись на блестяшки, Варди завел себе другую традицию: каждый праздник он находил причину не украшать свой дом. Однажды он сильно болел, потом часто уезжал. Бывало, закрывал лавку на ремонт. И придумывал еще много разных причин. Традициям нужно следовать, тем более собственным, потому он стойко держал оборону.

– Нет! Нет! Нет! – никакой мишуры, а то… мыши заведутся! – придумал он новый предлог и трусливо скрылся в кухне.

– Говорит прямо как Татимир, – сказала Бёрк. – У того в случае чего тоже то мыши заведутся, то ногти на коленках вырастут.

– Что будем делать? – расстроенная Лучана оглядела сестер.

– Обойдемся без него, – вздохнув, решила Берта. – Готовы потратить свои денежки на праздничное настроение?

Девушки, прожившие в уединении много лет, соскучились по общению и теперь постоянно куда-то ходили, не пропуская ни одного повода, случая или события. Они посещали все представления, поставленные на площади местными артистами, с удовольствием гуляли в парках и просто по улицам, глазели на витрины, заглядывали во все магазинчики и лавки.

Прогуливаться с пустыми карманами неинтересно, потому Берта скрепя сердце решила выдавать раз в месяц небольшую сумму денег каждой девушке. Шляпки хорошо продавались, и в кошеле завелись звонкие излишки.

– Для личных нужд, – объяснила она. – Потратьте их с умом.

Теперь в шкатулочках и ящиках у каждой проклятой появились такие милые женскому сердцу мелочи: у кого-то серебряные серьги, у кого-то шелковые ленты и чулки, другие тратились на сладости. Покупали девушки и шелковое белье, украшенное кружевами, тонкое, совсем не для зимы, непривычно прозрачное. Такое откровенное, что, разглядывая его, краснели. Конечно, на вечерних посиделках, где всегда хвастались обновками и демонстрировали их Варди, про такие покупки умалчивали.

– Я готова. – Лали вытащила из кармана вышитый бисером мешочек. – У меня осталось… – она высыпала на ладонь его содержимое, – серебряный и десять медяков.

– А у меня… – они собрались в кружок посреди гостиной. – только пять медных и одно олово.

– Транжира, – пожурили Зою.

– Не смейте меня осуждать! Я купила всё собрание легенд о Широких землях!

– О-о-о… – восхищенно выдохнули девушки.

– Напомни мне вернуть тебе стоимость книг за вычетом твоей части, – решила Берта. – Несправедливо, если слушать сказки будут все, а заплатит одна.

Возражений не последовало.

Тесный круг растолкали, и в Берту полетел увесистый кошель из черной кожи.

– Нате! – насупленный гордый и не сломленный тролль обижено раздувал усы. – Не позволю, чтоб на мой дом давали деньги гости.

– Не нужно. – Берта принципиально швырнула кошелек обратно в тролля. – Мы складываемся не на дом, а на «ненужную мишуру».

– А я сказал – не позволю! – Варди аккуратно согнул ладонь Лали, в которой лежали монеты, в кулак и отодвинул ее. – Если уж решили без моего позволения устроить тут ярмарку, то только на мои деньжата. Только на мои!

– Хорошо! – Берта стояла, уперев руки в бока. – Но елку будешь устанавливать сам. Никаких посторонних гномов в доме.

Варди скривился. Вся эта возня…

– Хорошо, – его щеки сдулись. – Но вы испечете мне в уплату марципановый торт, как на прошлой неделе.

– Согласны! – закричали девушки и бросились целовать старика.

На Людожите тоже праздновали приход следующего года. Праздник так и называли – Новогодие. Отмечали куда скромнее, для украшения использовали лишь зеленый лапник и свечи. Больше тратили на угощения. Чем богаче стол, тем лучше будет год – вот главная примета праздника. А тут… Чего только ни предлагали для убранства комнат! И деньги в кошельке Варди все не кончались да не кончались.

В итоге «Пряная лавка» была так ярко украшена и внутри, и снаружи, что спорила по ослепительности с главной елкой города, стоявшей как раз напротив. Дом обзавелся праздничной вывеской, расписанной девушками в красно-зеленых тонах. Перила густо обмотали лентами и лапником, окна и дверной проем обрамили красным остролистом и мишурой. И, конечно, использовали дутое стекло! Его не пожалели! На блестящих нитках поблескивали сверкающие зайцы, мишки, гномы и эльфы. На фасад щедро добавили кованые фонари, и теперь ночью дом хорошо освещался, вызывая восхищение поздних гуляк. Темное прошлое Варди было забыто.

В течение праздничной недели девушки пекли разные вкусности. Ароматы выпечки, доносившиеся из лавки, соперничали с запахами из кондитерской по соседству. Они заставляли прохожих с завистью заглядывать к ним в витрины и увеличили число покупателей.

– Всё-таки это перебор, – Бёрк с опаской наблюдала за девушками, тянувшими веревку.

– А по-моему, в самый раз, – успокаивала Лучана, с улыбкой наблюдавшая, как под потолок гостиной поднимается огромная карамельная звезда. Ради нее с крюка сняли люстру.

Это была идея Зои. Она нашла и в нанятой повозке привезла домой это карамельное чудо.

«Думал, никто не купит», – сказал гном-кондитер, сотворивший из сахара этот огромный разноцветный