Читать книгу - "Белое Рождество. Книга 1 - Маргарет Пембертон"

За конторкой в холле гостиницы сидела девушка, самая прекрасная и восхитительная девушка, какую он только встречал в жизни. Ее иссиня-черные прямые волосы ниспадали на спину, блестящие миндалевидные глаза были обрамлены длинными пушистыми ресницами, на губах играла призывная улыбка. Вместо короткой, дурно сидящей юбчонки вроде тех, что носили девицы, которых Кайл встречал накануне вечером, на девушке была одежда самого женственного покроя, какой только он мог себе представить, – приталенная туника с высоким воротником и юбкой до колен, из-под которой виднелись свободные шелковые шаровары. И хотя наряд не оставлял открытым ни дюйма тела, он выглядел в тысячу раз соблазнительнее, чем полупрозрачные платья проституток из «Богемии».

– О Господи, – негромко промолвил Кайл, обращаясь к Чаку. – Нет, я не упущу такую красотку!

Чак сказал что-то в ответ, но Кайл, пропустив его слова мимо ушей, уже пробирался к конторке, навстречу улыбке, гнавшей его вперед.

– Может, сайгонского чайку? – спросил он и навалился всем телом на конторку, пытаясь унять головокружение. – Сколько нужно сайгонского чаю, чтобы хорошенько, со вкусом перепихнуться?

Кайл был слишком пьян, чтобы заметить, как застыла улыбка на лице девушки, а в глазах внезапно блеснул тревожный огонек. Он подался вперед, схватил ее за руку и дернул к себе.

– Хочешь пощупать мою штучку? – заговорил он, вспоминая нравы, царившие в «Богемии». – Хочешь пощупать настоящую, длинную и твердую американскую штучку?

Чак и их новообретенные друзья, заливаясь смехом, подоспели к нему, на секунды опередив военных полицейских. Они втроем оторвали Кайла от конторки и повели к выходу.

– Пойдем, герой-любовник, – сказал Чак. – Если хочешь всласть оттянуться, тебе придется привыкнуть заниматься этим в подходящих местах.

До конца дня они успели посетить столько мест, что Кайл уже не ведал, какие из них были «подходящими», а какие – нет. Он помнил только, что ни в одном из них не встретил девушку своей мечты, которая так приветливо ему улыбалась.

Он очнулся наутро в «Континентале», мучаясь самым жестоким похмельем в своей жизни.

– Что, не выдерживаем темп? – ехидно бросил Чак вслед Кайлу, который с трудом дотащился до ванной и стал блевать в унитаз.

Лишь через четверть часа побледневший Кайл вернулся в комнату.

– По-моему, это из-за марихуаны, которую я высосал в «Синей птице», – слабым голосом произнес он. – Думаю, туда подмешали какого-то дурмана.

– Дурмана, говоришь? Черта с два, – отозвался Чак. – Просто тебе не хватило силенок. – Он рассмеялся, глядя на Кайла, который прилизывал свои коротко остриженные волосы перед потускневшим зеркалом. – Тебе бы послушать, что ты наболтал девице в «Интернационале»! «Может быть, сайгонского чайку? Сколько нужно сайгонского чаю, чтобы хорошенько, со вкусом перепихнуться?»

Кайл издал стон и потянулся за брюками.

– Не стоит продолжать. Я хочу забыть об этом.

Чак, только что принявший душ и облаченный в свежее обмундирование, скрестил руки на груди и прислонился к двери ванной, с жалостью наблюдая за тем, как Кайл пытается застегнуть молнию.

– Тебе посчастливилось избежать заботливых объятий военной полиции, – сказал он, усмехаясь. – На улице Тюдо целая армия доступных девиц, но тебе зачем-то понадобилось приставать к женщине из другого круга. – Чак с шутливым негодованием покрутил головой. – Чему тебя только учили в Принстоне?

В мозгу Кайла забрезжили воспоминания. Он натянул рубашку и медленно произнес:

– О ком ты? О женщине в длинной тунике и шароварах?

– В ао дай, – терпеливо объяснил Чак. – Длинная ниспадающая шелковая туника и шаровары называются ао дай. Это традиционный вьетнамский наряд.

Кроме ао дай, Кайл помнил кое-что еще: шелковистые черные волосы, кроткие глаза, ласковую чарующую улыбку.

– Как ты ее назвал? Что я ей сказал? – спросил он, заправляя рубашку в брюки. – Я ей нагрубил?

Чак расхохотался.

– Зависит от того, какой смысл студенты Принстона вкладывают в это слово. Например, как ты расцениваешь следующую фразу: «Хочешь пощупать настоящую, длинную и твердую американскую штучку?» Вряд ли ты произвел на девушку благоприятное впечатление. Думаю, такое предложение она отвергла без малейших колебаний. Идем, – нетерпеливо сказал он, меняя тему. – Через два часа мы должны быть в ремонтных мастерских. Перед отправлением нужно плотно позавтракать.

Кайл сунул в карман рубашки пачку «Уинстона».

– Ты иди, а я, пожалуй, сбегаю в «Интернациональ» и извинюсь. Кто она? Регистратор?

Чак кивнул и уже собирался отговорить Кайла, но тот быстро ушел. Ему хотелось поговорить с девушкой из «Интернационаля». Он хотел еще раз увидеть ее улыбку.

При виде Кайла улыбка, которой девушка провожала отбывающих офицеров, немедленно исчезла. Она предусмотрительно отступила от конторки на шаг-другой, чтобы Кайл не смог схватить ее за руку.

В первую секунду Кайл ощутил облегчение. На трезвый взгляд девушка показалась ему не менее красивой, нежели вчера, когда он был пьян. Он не мог упрекнуть себя в том, что свалял дурака из-за девицы, которая того не стоила.

– Помните меня? – спросил он, внезапно почувствовав неловкость, словно четырнадцатилетний юнец, впервые приглашающий девушку на свидание.

Она кивнула, по-прежнему держась на расстоянии. В ее глазах застыла тревога.

– Вчера я напился как свинья, – сразу приступил к делу Кайл. – Я наговорил вам непростительных вещей и пришел извиниться.

Беспокойство в ее глазах сменилось изумлением. Она продолжала молчать, и Кайл подумал, что, может быть, девушка его не поняла.

– Я... прошу... прощения, – продолжил он, медленно и отчетливо произнося слова. – Я... напился...

– ...как свинья, – закончила за него девушка, насмешливо улыбаясь.

Кайл улыбнулся. Смущения как не бывало.

– Мне очень жаль, – сказал он. Бледно-янтарные щеки девушки залил слабый румянец.

Она встретилась с Кайлом глазами и чуть застенчиво произнесла:

– Все в порядке. Я принимаю ваши извинения.

Кайл замялся. Он хотел еще раз встретиться с ней, но не знал, как приступить к делу. Перед ним была девушка из приличной вьетнамской семьи, и он вдруг со стыдом сообразил, что ничего не знает об обычаях этого народа, о том, что считается допустимым, а что нет.

– Сегодня я улетаю на свою базу, – сказал он, от всей души желая, чтобы девушка опять подняла лицо и он мог бы заглянуть ей в глаза. – Я не знаю, когда в следующий раз вернусь в Сайгон, но когда я приеду, вы не откажетесь со мной пообедать? – Девушка уже собралась отрицательно покачать головой, но Кайл с отчаянным упорством продолжал: – Если хотите, можете взять с собой провожатого. Я лишь собираюсь загладить свою вину. Пообедать с вами. Поговорить.