Читать книгу - "Развод. Сбежать от мужа - Алиса Марсо"

Данил заканчивает дела, мы едем домой, собираемся и выдвигаемся в путь. Я так и не нахожу удобного случая сказать Данилу про беременность. Сейчас его голова загружена другими заботами, не хочу наваливать на него еще больше. Возможно, завтра, на обратном пути мы где-нибудь остановимся, и я открою ему мой радостный, и, надеюсь, для него тоже секрет.

Въезжаем в город, и у меня от волнения сосет под ложечкой. Данилу нужно встретиться со своим адвокатом, а мне либо сидеть в отеле, либо все-таки съездить к родителям. С Данилом я точно не поеду, и так, как хвостик везде за ним.

У подъезда в город звоню маме.

— Здравствуй, дочь. Вспомнила все же о родителях?

Внутри все ноет от осуждающего приветствия, но Данил прав, нужно попробовать наладить взаимопонимания с родителями, как-никак они скоро станут бабушкой и дедушкой.

— Мама, я в город приехала, хочу домой заехать, повидаться с вами, поболтать. Вы дома?

— Ты насовсем? С Макаром помирилась? Конечно, мы будем рады тебя видеть, заезжай обязательно. Только сегодня мы с отцом идем в театр, вытянула его, наконец, хотя он сильно ворчал, — смеется мама, а я чувствую долю облегчения. — Давай завтра в обед, я утку приготовлю твою любимую.

— Хорошо, мам. Завтра у нас заседание по разводу, поэтому приехала, а вечером обратно. Тогда до завтра.

Кладу трубку, пока настроение мамы не изменилось и не отбило у меня желание с ними встречаться. Лучше завтра, за вкусной едой объяснить им свою позицию, снова рассказать про Макара и посмотреть, чем закончится наш обед.

Ссора с родителями, их слепая вера моему мужу очень обижает. Они не знают его так, как знаю я, именно поэтому так негативно реагируют на мои поступки. Но я чувствую подавленность, когда между нами разногласия, я очень люблю маму и папу, и их поддержка невероятно важна. Всегда, но особенно сейчас.

Мы паркуемся возле отеля, заносим вещи и Данил уходит. После встречи обещает сводить меня в ресторан и поужинать.

Город вызывает у меня грустную ностальгию. Здесь прошла моя жизнь, остались мои друзья, но также я узнала, что такое первая любовь, первый секс, кто такой мой муж. Одновременно хочется, и улыбаться, и плакать. Сердце щимит от воспоминаний детства, и дико болит, когда в памяти всплывает последний год, время моего замужества.

Принимаю душ, переодеваюсь и хочу прогуляться по знакомым улицам. Внезапно звонит телефон, но когда на экране вижу имя мужа, страх пронизывает каждую клеточку моего тела. Сколько времени я еще буду дергаться, когда на горизонте появляется Макар?

— Да? — стараюсь уверенно говорить.

— Здравствуй, любовь моя. Ты приехала на заседание? Очень хочу тебя увидеть.

— Я приехала, но в суд не приду, Макар. Мой адвокат знает свое дело.

— Ева, нам нужно встретиться, — усиливает напор Макар, а я сажусь на кровать, потому что ноги начинают дрожать. — Есть разговор.

— Я не буду с тобой встречаться. Если у тебя есть что сказать, сообщи адвокату.

Макар какое-то время молчит, потом голос его меняется, и меня обдает арктическим холодом.

— Я хотел с тобой по-хорошему, но, видимо, так ты не понимаешь. Тогда завтра тебя ждет большой сюрприз, наивная ты моя.

Глава 47

После звонка Макара я не могла найти себе место. Что он еще придумал, какую пакость сделает? Ощущение, что я никогда не избавлюсь от этого человека в своей жизни. Одно успокаивает, что рядом со мной сильный, заботливый и любящий мужчина, он не даст меня в обиду, поддержит, чтобы не придумал на этот раз мой муж.

Я не могла выкинуть разговор из головы, поэтому гулять не пошла, а забралась на кровать, прижала к себе колени и обняла себя.

В таком состоянии и нашел меня Данил. Я рассказала о звонке мужа, но мой мужчина лишь нахмурился, а затем обнял меня крепко и просто сказал:

— Аврора, он не всесильный, у него против тебя ничего нет, с чем бы мы не справились. Если только я не знаю о тебе чего-то глобального.

Я покачала головой. Данил знал обо мне все, во всех деталях и подробностях, кроме одного факта: я от него беременна. Но об этом не знает никто, а говорить Данилу об этом сейчас, я не хочу. Это должен быть радостный момент, а не информация, как между прочим.

Мы все-таки сходили в ресторан и поужинали, а наутро разошлись по своим делам. Данилу нужно было снова встретиться со своим адвокатом и обговорить некоторые детали по делу смерти его семьи.

Я видела, что он чертовски стойко держится, ради меня, ради своих близких и ради своей холодной мести, но когда отворачивался и думал, что я его не вижу, на лицо ложилась печаль, а между бровями пролегала глубокая грустная морщинка. В его жизнь снова ворвалась боль утраты, которая, казалось бы, пережита, но нет, такое забыть невозможно.

Я чувствовала, как ему тяжело справляться с нахлынувшими воспоминаниями, как трудно говорить об этом, хладнокровно рассуждать. Я осознанно не поднимала эту тему, но в те редкие моменты, когда Данил мог зависнуть на одной точке и погрузиться в свои мрачные мысли, я просто подходила, обнимала своими маленькими ручками и целовала его лицо. Не губы, потому что это более интимный жест, а глаза, лоб, колючие скулы, давала понять, что я рядом, все понимаю и разделяю его боль.

Данил сильный мужчина, он все понимал и тоже молчал. Мы могли вот так долго стоять, обнявшись, наполняя друг друга нежностью, теплом и незримой уверенностью друг в друге.

Данил высадил меня возле дома родителей и уехал. Он предложил составить компанию, если это нужно, но я должна была сначала поговорить с мамой и папой сама, а потом уже знакомить их со своим мужчиной.

Мама встретила меня радушно, отец лишь сдержанно ответил на объятия, и мы сели за стол.

— Аврора, ты же знаешь, что мы тебя любим и переживаем за вас с Макаром, — начала мама. — Скажи, может, вы все-таки найдете