Читать книгу - "Смена формы - Кэсси Александер"

прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать. — Почему… почему ты не сказал, что ты — это он?

Он отпустил меня и отступил на шаг.

— Я пытался спрятаться.

Лицо продолжало меняться, теперь медленнее, возвращаясь к знакомому облику Ашера.

— Нет. Останься Гектором, ладно? — мне сегодня хватило потрясений из прошлого.

— Ладно, — тихо ответил он.

Не верилось, что всё это время Гектор был Ашером. Что он знал меня — ещё с тех пор. Мы были друзьями, и не только, а он прятался от меня. Зачем?

— Ты был им… всё это время? — спросила я. Он медленно кивнул. — Почему не сказал?

— Всё должно было быть не так, Эди.

— А как? Расскажи! Я бы хотела знать! — хотелось шагнуть вперёд и ударить его. Я не могла поверить, что он лгал. — Всё это время я пыталась что-то сделать, искала помощи, а ты знал, кто я, знал, что я видела… ты мог бы, блядь, помочь мне!

— Не мог. — Он отошёл к фонарю, выгнул спину, провёл руками по тёмным волосам и окончательно стал Гектором. — Ты не знаешь, через что я прошёл.

— Потому что не знала! — выкрикнула я.

Он отвернулся, и я видела, как он сдерживается, не давая себе сорваться на крик.

— У тебя не у одной проблемы, Эди.

Это заставило меня замолчать. Я всё ещё кипела от злости, но теперь ещё и насторожилась.

— Что случилось?

Его взгляд скользил по асфальту, будто он искал, с чего начать.

— Помнишь того перевертыша, который ударил тебя в Y4?

— Да. — Мы с Джиной ухаживали за ним, а он взбесился, пытаясь вырваться. Потерял контроль над способностью менять облик и начал проходить через образы всех, кого когда-либо встречал. — Он был безумен.

— Забавно, что ты так это называешь, — Ашер глубоко вдохнул и выдохнул. — То, что с ним случилось, рано или поздно происходит со всеми перевертышами. Если они не принимают меры.

Я нахмурилась, вспоминая тот случай.

— Но ты тогда говорил, что его пытали вампиры…

— Я солгал, — перебил Ашер. — Это была лишь половина правды. Тогда я не хотел ничего объяснять. — Его лоб прорезала глубокая морщина. — Никто не любит говорить о том, как он умрет.

Я ждала, пока он продолжит.

— Нельзя вечно оставаться перевертышем, Эди. Либо ты касаешься слишком многих людей, либо просто стареешь и что-то внутри начинает ломаться. — Он коснулся груди. — Ты больше не можешь удерживать себя, как раньше. Личность, которую ты знаешь как себя, тускнеет. И если не быть осторожным, тебя заменяют все те, кого ты касался, — все, кто теперь живёт внутри тебя. Есть только два выхода: либо сойти с ума, либо выбрать кого-то другого внутри себя и стать им. — Ашер вытянул руку и посмотрел на пальцы, словно они ему не принадлежали. — Это случается со всеми нами. Рано или поздно.

— Не понимаю… — Ашер должен был остаться в прошлом, как и всё остальное до изгнания. А теперь он здесь и я уже готова снова его потерять? — Значит, ты выбрал быть Гектором? Вместо того чтобы… сойти с ума?

Ашер кивнул.

— А Гектор настоящий?

— Он врач в клинике в Майами. Я коснулся его много лет назад и начал становиться им в Порт-Кавелле после Нового года. Мы одного возраста, у него нет семьи. Настоящий Гектор не знает, что у него есть двойник здесь, и никогда не узнает.

— И тогда… кто ты сейчас? — прищурилась я.

— До конца Ашер. Всё ещё. Но я пытаюсь быть Гектором. Позволить ему победить. — Наконец он снова посмотрел мне в глаза. — Мне нужно отпустить себя. Но видеть тебя каждый день… это мешало.

Я прикусила губу, прежде чем задать следующий вопрос. Не уверена была, что хочу знать ответ.

— Сколько у тебя времени?

Он отвёл взгляд.

— Уже недолго. Каждый день, когда я просыпаюсь, всё становится мутнее. Трудно разобрать, где я, а где он. И не надо даже пытаться. Потому что если я не забуду, если не отдам себя целиком, чтобы по-настоящему стать Гектором, я…

— Сойду с ума, — закончила я, вспомнив того несчастного пациента в Y4, которого пришлось успокаивать транквилизаторами. Я и не думала, что быть перевертышем — это как иметь сверхъестественный вариант болезни Хантингтона. — Есть какой-нибудь способ это остановить?

— За всю историю перевертышей никому не удавалось этого избежать. — Ашер тяжело вздохнул. — Разве что одному.

Я ухватилась за эту мысль.

— Кто он? Мы можем его найти? Поговорить? Узнать, как он это сделал? — Я не могла смириться с тем, что снова потеряю Ашера так скоро.

— Он уже пытался со мной связаться. Нашёл меня несколько месяцев назад. — Ашер уставился в землю с каменным выражением лица. — Иногда он присылает громил, чтобы те писали мою дату рождения на стенах клиники.

— Быть не может… Мальдонадо — перевертыш?

— Ага. Который к тому же мой отец.

У меня отвисла челюсть. То, что Мальдонадо — перевертыш, многое объясняло: например, как ему удалось обвести вокруг пальца Адриану. Но что он ещё и отец Ашера…

— Как такое вообще возможно?

Ашер напрягся, будто лицом к лицу столкнулся со всем своим прошлым разом.

— Сам не знаю. Этого не должно быть. — Он помолчал, а потом продолжил, и голос его звучал глухо, будто слова давались с трудом. — Он ушёл, когда я был ребёнком. Бросил нас с мамой. Она говорила, что он знал: время приходит, и он попытается найти способ выжить. Чего мама мне тогда не сказала, так это того, что такое случается сплошь и рядом — и почти все, кто уходит искать спасения, в итоге сходят с ума. Я всё детство ждал, что он вернётся. — Он тихо фыркнул. — Вот уж пустая трата времени.

Я присела на капот его машины, давая ему пространство, чтобы походить, вышагать эту тяжесть.

— Но как ты вообще понял, что это он? Они похожи, или… что?

— Нет. Всё дело в его интересе ко мне. В том, что он говорит, как себя ведёт. И в том, что всё должно произойти в мой день рождения, семнадцатого числа. Это его способ дать мне знать, что он всё ещё там, пусть и не полностью управляет собой. Я столько лет гадал, что с ним стало… — Ашер нахмурился и тряхнул головой. — Должно быть, он отправился искать кого-то настолько могущественного, насколько смог найти, чтобы коснуться его и подражать ему, пока окончательно не сошёл с ума.

— То есть теперь он притворяется кем-то другим, как ты притворяешься Гектором?

— Не притворяюсь. Становлюсь им, — поправил Ашер и снова поморщился. — Хотя, насколько я понимаю, он вполне мог