Читать книгу - "Двор Теней - К. Н. Кроуфорд"

Всё моё тело напряглось, и я с гиперскоростью вспомнила все свои уроки боя.

— Двое на одного — это не совсем честный бой, не так ли?

Полуулыбка тронула красивые губы Энгуса.

— Кто вообще говорил о честности?

Это единственное предупреждение, которое я услышала, прежде чем он бросился на меня. В следующий момент его рука обхватила меня за шею, но я ударила его предплечьем, убирая его руку со своего горла.

«Четвёртый закон силы Балероса: Всегда предугадывай действия своего врага».

Мой взгляд метнулся к Призраку, и я поняла, что понятия не имею, как предсказать его действия, потому что, какого чёрта?

Но Энгус был более прозрачен. По тому, как напряглись его мышцы, я поняла, что он собирается ударить снова.

Он замахнулся на меня. Несмотря на его скорость, мне удалось поймать его кулак своей ладонью. Я вывернула ему руку, затем схватила его за волосы на затылке и с силой рванула его лицо вниз, к своему колену. Треск.

«Сокруши своих врагов окончательно».

Я выдернула колышек, готовая вонзить его ему в спину, но через несколько мгновений он снова был на ногах.

Необычайно сильный, даже для фейри.

Его кулак сильно ударил меня в челюсть, отчего у меня закружилась голова. Прошло много времени с тех пор, как я получала тяжёлые удары, и я отвыкла от такого.

Тем не менее, я достаточно быстро оправилась. Прежде чем он успел ударить меня ещё раз, я с силой вонзила свой колышек ему в шею. Хлынула кровь. Кол был не железный, так что это его не убьёт, но в ближайшее время он вряд ли встанет.

Я вытащила из волос второй колышек, готовая сразиться с Призраком.

Вот только его там больше не было. Я даже не заметила, как он двинулся ко мне, я просто почувствовала, как его тело с силой заломило мою руку и развернуло меня в другую сторону. Он впечатал меня в стену переулка. Холодный камень впился мне в щёку. Он полностью пригвоздил меня, его мощное тело прижималось к моему. Раньше я чувствовала в нём что-то похожее на безразличие. Теперь, учитывая свирепость его хватки, это больше походило на хладнокровный гнев. Твёрдые мускулы давили на меня, полностью припечатав к месту.

Я не привыкла к тому, что кто-то может доминировать надо мной, и меня охватила горячая ярость, смешанная со страхом. Возможно, Призрак действительно был самим Дьяволом.

Вот и всё. У Балероса не было правил для такой ситуации, потому что, во-первых, я никогда не должна была позволять так себя прижать. Мои мысли бешено метались, пока я ждала боли, которая отправит меня в загробную жизнь.

Но вместо железного лезвия, перерезавшего мне яремную вену, я почувствовала жгучую боль от магии в затылке.

Затем сила его тела исчезла.

Когда я снова обернулась, оба фейри исчезли. Я смотрела только на тёмную, мощёную улицу. Я прижала руку к сердцу, переводя дыхание. И в этот момент поняла, что сжимаю в руке листок бумаги. Я даже не совсем понимала, как ко мне попала эта бумага, но, развернув её трясущимися руками, я обнаружила записку, написанную неожиданно женственными витиеватыми буквами.

«Мы вернёмся за тобой. Ты присоединишься к Теневым Фейри или умрёшь на плахе для казни».

Это что такое, во имя семи кругов ада?

Изнеможение прожигало меня насквозь. Они оставили меня в живых, и я выжила в этой битве… но понятия не имела почему. В глубине моего сознания скрёбся страх. Так или иначе, незнание того, что они планировали для меня, нервировало больше, чем мысль о смерти.

Я пересекла переулок, дрожа всем телом.

От вида сверкающих шпилей Института у меня по спине пробежала дрожь восхищения. Я ненавидела свою реакцию на это место. Это был символ угнетения, господства и завоеваний, а я не могла не восхищаться яркой демонстрацией магии.

И теперь — по причинам, которых я не могла понять, — они хотели, чтобы я присоединилась к ним за этими стенами.

Глава 4

Я проснулась, свернувшись калачиком на куче белья и обёрток от леденцов, уверенная, что только что очнулась от ужасного кошмара. Была ещё ночь, и, бросив быстрый взгляд на телефон, я поняла, что проспала всего полчаса. Более того, на мне всё ещё была мятая мини-юбка.

Я потёрла глаза и посветила себе телефоном.

Мне потребовалась почти целая минута, чтобы вспомнить, что произошло ранее, а затем всё это обрушилось на меня, как штормовая волна. Вампиры, истребители чар. Тревожное и незнакомое чувство беспомощности, когда моё тело прижимали к стене. Угроза того, что я могу либо присоединиться к ним, либо умереть.

Что-то в этой ночи — возможно, магическое заклинание, которое они наложили на мою шею — вымотало меня настолько, что я просто рухнула, как только вернулась домой, в свою дыру в Восточном Лондоне, полностью дезориентированная.

Я бросилась к своей сумке, роясь в остатках медикаментов и дорожных сигнальных ракетах, пока не нашла железный нож в кожаных ножнах. Я пристегнула ножны ремнём к бедру.

Теперь адреналин бурлил в моих жилах, и я рывком распахнула дверь, направляясь в общий туалет. Руфус платил мне немного, и, пока я не накопила денег, я ютилась с десятью другими людьми в заброшенной квартире.

Я делила ванную комнату со всеми своими соседями по дому, включая пятидесятилетнего мужчину, который называл себя дядей Дарреллом, и женщину, которая постоянно носила купальную шапочку и спрашивала у всех, кто находился в пределах слышимости, не может ли она одолжить у них крем для рук. Я дарила ей бутылочку по крайней мере раз в неделю, хотя скорее вырвала бы себе зубы, чем узнала бы, что она с ними делает.

В конце коридора я захлопнула дверь в ванную. Я старалась не обращать внимания на дядю Даррелла, который сидел на краю ванны в полотенце и шлёпанцах. Я часто заставала его здесь посреди ночи.

— Я когда-нибудь рассказывал тебе, чем занимаюсь по выходным? — начал он.

«Пожалуйста, не надо».

— Я соединяюсь с силой земли, — продолжил он. — Зарываю своё мужское достоинство в свежую лесную почву.

Буэ.

— Как насчёт того, чтобы не обсуждать это?

— Мой шаман говорит, что надо прям по мошонку, а не только ствол. Единение с природой — это серьёзное обязательство.

— А ты не можешь просто использовать растение в горшке, комфортно расположившись в своей гостиной? — понятия не имею, зачем я продлевала этот разговор.

Он почесал подбородок.

— Я не уверен, что это сработает, но я попробую.

Опять-таки — как эти люди