Читать книгу - "Парижское приключение - Элизабет Эштон"

— Похоже, сейчас она думает иначе. — Рени полностью забыла о том, что когда-то считала, будто Леон неравнодушен к ее сопернице.

— Слишком поздно. Я не хочу больше терпеть ее подлости и вымогательства. Я никогда не возьму ее на работу. — Заметив, что Рени жалеет Туанет, он добавил: — Не надо жалеть ее. Есть масса салонов, где ее примут с радостью.

Леон серьезно смотрел на нее; Рени все еще не до конца верила ему и перевела взгляд на фотографию, висевшую над каминной полкой.

— Но у тебя стоит ее фотография.

Он вслед за ней перевел взгляд на Антуанетту в свадебном наряде.

— Mon Dieu, я совсем забыл, что это она! Рени, любовь моя, я храню эту фотографию только из-за платья. Оно было лучшим из всего того, что я сделал. Ему присуждена первая премия на параде моды в Венеции. Но у нас есть чем заменить ее.

Он взял фотографию и повернул ее к стене, затем ушел куда-то, — как предположила Рени, в спальню — и вернулся с другой, в рамке.

— А эта мне дорога не из-за платья, а из-за человека, — сказал он, устанавливая цветное фото на то место, откуда раньше смотрело лицо Антуанетты. У Рени вырвался изумленный вздох — это была она в том самом парчовом вечернем платье, в котором блистала в зале «Эрмитажа».

— Наш друг Билл Симмонс сделал тогда несколько снимков, — пояснил Леон. — Я попросил его увеличить этот для меня. Много ночей я разговаривал с этим портретом. Я говорил ему все то, что не решался сказать тебе.

— И лишь понапрасну тратил время, — лукаво сказала Рени.

— Это печально, — согласился он. — Но зато сейчас мне не нужно подыскивать слова, чтобы выразить свои чувства.

Он двинулся к ней, но она отступила.

— Я буду и дальше работать у тебя? — спросила она.

— Вот уж нет!

— Но как ты обойдешься без меня и Антуанетты? Ведь тебе нужна модель?

Он неопределенно махнул рукой.

— Какое это имеет значение, с кем у меня будет нечто, гораздо более важное, — жена, которую я обожаю.

Он обнял ее, и в тишине этой комнаты, под тихий плеск Сены за окном, Рени познала упоительный восторг вернувшейся любви.