Читать книгу - "Игра на камеру - Челси Курто"

больше никогда не буду смотреть на эти татуировки как прежде.

— Мы не можем, — говорит он, когда я веду его к своему входу, отчаянно желая снова почувствовать его. — Мы же сказали «один раз».

— Это все еще один раз, — отвечаю я, и я была дурой, думая, что одного раза с ним будет достаточно. — Ты поцеловал меня первым.

— Ты пришла в мою квартиру, выглядя как богиня, и умоляла меня трахнуть тебя.

— Я не умоляла.

— Ты уверена в этом, милая?

Я вздыхаю и прижимаюсь лбом к его лбу. Он поднимает на меня глаза, и в его глазах вспыхивают звездочки, а на губах появляется улыбка. — Я пойду, — говорю я, но не делаю никаких усилий, чтобы уйти.

— Хорошо, — говорит Шон, и его рука остается на моем бедре, удерживая меня на месте.

— Через минуту.

— Минутку.

— Скоро.

Он усмехается и снова целует меня.

— Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь, малышка Лейси. Я не собираюсь тебя выгонять. Но если ты останешься, я снова поимею тебя, и я знаю, что это противоречит твоим желаниям.

А что, если я хочу его?

— Спасибо за вечер, — говорю я. — Скоро увидимся на праздничной вечеринке.

— Жду с нетерпением. Я найду машину и заберу тебя в семь. Кстати, твоя одежда в гостиной.

— Хорошо. — Я качаю головой и слезаю с него. Я целую его еще раз и отхожу от кровати. — Я дам тебе знать, когда буду дома.

— Спасибо. Кстати, я оставляю себе твои трусики, — говорит Шон, и я смеюсь. — Для формальности.

— Отлично. — Я поднимаю с пола его футболку и натягиваю ее через голову. Я утопаю в хлопке, и он доходит мне до колен, но меня это не волнует. — Тогда я забираю твою футболку.

— Отлично.

— Хорошо.

— Рад, что мы это уладили.

— Пока, Шон Ён.

— Увидимся, Лейс Фейс, — говорит он.

Я выхожу из его спальни и собираю с пола свою разбросанную одежду. Я выхожу из его квартиры и тихо закрываю за собой дверь. Я прислоняюсь к стене в коридоре и закрываю глаза. Мой телефон жужжит в руке, и я открываю сообщение.

Оно от Шона, слова «спокойной ночи» написаны на окне прямо над смятыми простынями, на которых мы только что лежали. Сердце замирает в груди, и я думаю, что совершила ужасную ошибку.

25

ЛЕЙСИ

— Жемчуг или ожерелье? — спрашиваю я Мэгги. Я выхожу из ванной и беру в руки украшение. — Что скажешь?

— Я думаю, ты выглядишь сексуально. Ни фига себе, Лейси, — говорит Мэгги. Она смотрит на меня с кухонной раковины и отставляет свой напиток. — Где ты взяла это платье? Я никогда его раньше не видела.

— Я заказала его по интернету. — Я поправляю тонкую бретельку на плече и смотрю на свое отражение. — Я нормально выгляжу? Оно не слишком обтягивает?

— Ты выглядишь лучше, чем просто хорошо. Боже мой, женщина. Я люблю Эйдена всем сердцем, но твои бедра очень сексуальны. Покрутись, пожалуйста, чтобы я могла полюбоваться твоей попкой, — говорит моя лучшая подруга, и я смеюсь.

Я кручусь и демонстрирую облегающее платье. Оно глубокого синего оттенка, как летнее небо в сумерках, и обнимает каждый изгиб моего тела, прежде чем распуститься к низу. Я почувствовала себя прекрасной, как только переступила порог, и мне нужна вся уверенность, которую я смогу обрести перед сегодняшним вечером.

Прошло сорок восемь часов с тех пор, как я переспала с Шоном, а воспоминания о его губах все еще не исчезли. Оно еще не исчезло, и мне интересно, исчезнет ли оно когда-нибудь. Не останется ли оно невидимой меткой, которую я буду носить с собой до скончания времен.

— Лейси? Ты в порядке? — Мэгги спрашивает, и я моргаю, выходя из транса, в который погрузилась, вспоминая его голову между моих ног и то, как красиво выглядят его татуировки под светом луны.

— Да. Извини. У меня много забот из-за работы и должности, — говорю я.

Мне больно врать подруге, но я ни при каких обстоятельствах не могу рассказать ей о том, что произошло в квартире Шона. Это наш секрет, о котором я буду помнить, когда он положит свою ладонь на мою спину сегодня вечером. Когда он подаст мне напиток и проведет губами по моей щеке, как заботливый парень, которым он и является.

Фальшивый парень.

— Никакого ожерелья, — говорит она. — Ожерелье отвлекает внимание от декольте, которое является моей любимой частью платья.

— Значит, никакого ожерелья. — Я положила жемчуг на кухонную стойку и вставила серьги. — Я бы хотела, чтобы вы с Эйденом пришли сегодня вечером.

— Уверена, было бы весело, но мы оба были заняты на работе. Мы возьмем неделю рождественских каникул, чтобы навестить его семью с Мейвен, так что я чувствую, что просто пытаюсь продержаться до этого времени. — Мэгги садится на один из моих барных стульев и качает ногами вперед-назад. — Как тебе встречаться с Шоном?

— Притворяться, что встречаюсь с Шоном, — говорю я и застегиваю маленький серебряный браслет на левом запястье. — Хорошо. Ничего не изменилось по сравнению с тем, какими мы были друзьями. Он все такой же добрый и заботливый, и все так же привозит мне магниты. Хотела бы я знать, почему он одинок; он идеальный парень. Эйден что-нибудь говорил?

— Не особо. — Она пожимает плечами и смахивает кучу крошек в раковину. — Я не думаю, что здесь есть какая-то история или что-то в этом роде. Может, Шон никогда раньше не чувствовал себя комфортно рядом с женщиной. Я уверена, что трудно доверять кому-то, будучи спортсменом. Ты задаешься вопросом, нравишься ли ты людям, или слава, которая приходит с тобой.

— О. — Я глажу руками свое платье и вспоминаю, как Шон говорил мне, что он придирчив. Интересно, это ли он имел в виду? — Я никогда не думала об этом. Это как-то грустно, правда?

— Конечно, грустно. Шон оберегает свое сердце и очень избирательно относится к тому, кого впускает в него. Надеюсь, встречаясь с тобой, он видит, что есть хорошие люди, которые любят его таким, какой он есть.

— Притворяясь, что встречается со мной, — повторяю я, и Мэгги сужает глаза. — Что? Я не хочу, чтобы кто-то был в замешательстве, когда все закончится через пару недель. — На стойке пищит мой телефон, и на экране высвечивается имя Шона. Я отвечаю на его звонок и улыбаюсь. — Привет.

— Привет. Извини, я опоздал на несколько минут. Опять идет снег, так что пробки просто кошмар. Но я уже у входа. Не забудь захватить пальто, — говорит он.

— Хорошо. Тебе что-нибудь