Читать книгу - "Взгляд зверя: его истинная - Сумеречная Грёза"

уже сделала. Тот странный случай с разбитым зеркалом в костюме… не сомневался, что это был высший вампир, умерший от очаровательных ручек моей женщины. В голове не укладывалось. Это казалось настолько невероятным, что я просто не мог в это поверить. Но у меня не было времени, чтобы убеждать себя. Каждый день был на счету и Грейси совершенно точно угрожала опасность. А про убитое зеркало… стае пока что об этом знать было не нужно.

Пока что Грэг тоже молчал, а когда оборотни лучше изучат архивы и догадаются о том, кто на самом деле Грейси, она уже будет под моей защитой.

– Если бы не ты, мы бы так и гадали, что за чертовщина происходит в нашем городе, – вожак явно был не в духе. – А промедление – упущенное время. Месяц, два, и мы потеряли бы город, так и не поняв, что происходит. Но сейчас… предупрежден – значит, вооружен. Эти вампиры были очень осторожны, отдать им должное. Но благодаря Конору их осторожность дала трещину. Молодец, – вожак сухо кивнул, отметив мою заслугу. Он всегда раздавал сухие похвалы. Но стая знала, что это высокая оценка. – Теперь нужно решить, что делать дальше. Мы начнем ловить новообращенных, и может, сумеем загнать высших в угол. Да поможет нам Матерь.

– И да поможет нам Матерь, – повторили двадцать самых важных членов стаи, в том числе и я.

Заседание оставило неприятный осадок. Быть может, даже послевкусие безысходности. Не хотел я ввязывать Грейси во всю эту заваруху… но так уж получилось, что она оказалась в самом ее центре.

Она всегда оказывается в самом центре какого-нибудь урагана. Теперь-то я знал, что совсем не по своей воле. Это все магия ее крови. И это многое объясняло. «На роду написано», – обычно так говорят.

На роду Грейси было написано иметь рискованный характер и попадать во всякие передряги, пока она не обретёт свое высшее предназначение.

Но почему она? Почему на ее месте не оказался мужчина? Судьба – странная штука.

– Конор, наш объект решил покинуть зону слежения, – обрадовал меня Грэг сразу, как только мы вышли из зала.

Объект – так он называл Грейси. Шутник. Поправлюсь, вызову его на ринг и набью морду. За одно и за то, что так круто подставил меня словом «занят».

– У "объекта" нет зоны слежения. Куда она – туда и вы, – выдохнул я, держась за ближайшую стену. – Куда она решила уехать?

– Домой. Купила билет на 25 октября…

– Это через две недели. Погоди… 25 – середина недели. У нее же учеба.

– Вот именно. Но билеты куплены. Как мне доложили, она оформляет документы на отчисление из колледжа.

– Что за бред?

– Ну… я не знаю.

– Так, понятно, – вздохнул я. – То есть вообще ничего не понятно. Но я уже как-то к этому привык… две недели – большой срок. Я успею восстановиться.

– Ты чего удумал, Конор?

– Решить проблему радикальными методами.

ГЛАВА 29. Грейси. Нам никто не нужен

– Грейси, ты уверена? – Лиззи уже вторую неделю призывала меня подумать еще, а если быть точнее – передумать.

Но что она имела ввиду под понятием «передумать»?

– И что ты мне предлагаешь? Сделать аборт?

– Зачем же так радикально…

– А какие другие варианты? – я уже начинала злиться. – Я не смогу учиться в колледже с ребенком на руках! Мне и без него нужно искать работу, чтобы помочь родителям оплатить учебный год, а тут еще дополнительные расходы. Нет, Лиззи! Тут либо ребёночек, либо учеба. И я выбираю ребеночка. Я уже подала документы на отчисление.

– Квартира ещё целый месяц за тобой, Грейси. Ты можешь вернуться в любое время. Я не стану брать к себе соседку, пока не истечет срок.

– Спасибо, Лиззи, – я смахнула слезу со щеки. – Какая же ты у меня всё-таки хорошая…

И обняла ее крепко-крепко. Она всегда меня поддержит и поможет собраться с духом. Дух – вот что мне сейчас было действительно необходимо. Мне предстояло вернуться домой, с опущенной головой, виноватой и потрёпанной, как общественная женщина без цели в жизни.

Ушла в ванну, чтобы хорошенько поплакать. Очень люблю плакать в последнее время. Не потому, что сильно горько, иногда бывает и хорошо. Просто нравилось. Я плачу и так хорошо на душе становится, будто пожалела себя несчастную и гора с плеч.

Возвращаться домой было как-то совсем страшненько. Что я скажу родителям, когда они откроют мне двери? Совершенно не знала, и в голове было пусто. Единственное, что я знала точно – во мне сейчас зарождается новая жизнь и я очень люблю своего будущего ребёночка.

Легонько погладила свой животик, плоский такой, даже не верилось, что там уже кто-то живёт. При этих мыслях я почему-то всегда начинала улыбаться:

– Ну и пусть, теперь мы только вдвоем, – сказала будущему сыночку или дочке. – Нам никто не нужен. Вдвоем справимся, без всяких там очаровательных мерзавцев.

Вздохнула, вспомнив своего очаровательного мерзавца, которого уже никогда не увижу. Интересно, у ребёночка будут его глаза? Если будут, то он из меня веревки будет вить!

Но я хочу воспитать его в строгости, чтобы ребенок был готов к суровостям жизни. Я была не готова, а вот он должен. И все же, я хотела, чтобы у ребенка был взгляд Конора. И пусть я буду вспоминать о нем, пусть. Но это будут приятные воспоминания, хоть и горькие тоже, чего уж скрывать.

С этими тяжкими думами я доехала до вокзала, вовремя села на поезд и отправилась домой.

Подъезжала я с полной готовностью обороняться. Это мой ребенок! Я люблю его и не собираюсь делать аборт! Если нужно будет, буду спать в хлеву и каждый день доить все стадо вручную. Ну, конечно, до этого не дойдет… мама посетует, поплачет и скажет, что я пошла по ее стопам, а потом она обязательно смирится. А деда… деда точно меня защитит. Он всегда меня защищает, хоть и сыплет все время колкими фразами. Знаю, он меня любит больше всех.

Перед домом заметила несколько черных джипов и одну красную камару. Странно… кто это? Вроде, для покупателей ещё рано. Да и у отца налажен сбыт, он не ищет новых оптовиков…

Ну и хорошо, ну и отлично. Значит, дома только мама. Скажу сначала ей, а она подготовит отца к шокирующим новостям. Ой, а что тут делает полицейская машина? Неужто у отца проблемы? Говорила я ему не воровать навоз у миссис Мори с заднего двора ее конюшни. Как будто