Читать книгу - "Лисичка для Стального Волка - Надежда Черпинская"

– одно удовольствие. Но сейчас я здесь был как на ладони, и вот это настораживало.

Конечно, волк, бегущий куда-то по своим делам, никого удивить не должен, но всё же лучше мне не попадаться чужим на глаза. Особенно тем, на кого мы с Ильдом собирались вскоре устроить охоту.

Эти разбойники и людей-то не щадили, а уж зверя… Вполне могли шутки ради попытаться и волка загнать, если наши дороги пересекутся.

Но пока, к счастью, хранили меня Великие от неожиданных встреч и прочих неприятностей. Уверен, точно не избежал бы их, отправившись верхом по тем дорогам, которыми обычно люди передвигались. Всё-таки мысль использовать волчий облик была правильная.

Несколько раз я натыкался в лесу на человеческие следы и отпечатки лошадиных копыт. И всякий раз просыпался во мне охотничий азарт – так и тянуло пойти по ним, попытаться найти тех, кто их оставил. Но всякий раз я себя останавливал – не время сейчас, не место, есть цель поважнее.

И всё-таки один раз не выдержал. Обнаружив тропу, по которой прошло не меньше дюжины пеших и конных, я поддался слабости и позволил неугомонному следопыту во мне разведать, куда они двигались. Не мог я упустить такой случай. Вдруг эта тропа и привела бы меня к логову разбойников…

Но, увы, обнаружил я лишь их временную стоянку. В том, что здесь останавливались на ночь именно те лиходеи, которых мы ловим, я отчего-то не сомневался. Чуял нутром.

Я осмотрел притоптанную землю, давно остывшее кострище, полянку, где паслись лошади. Все следы были старыми, запахи едва уловимыми. Прошло уже несколько дней с тех пор, как разбойники здесь ночевали.

Выходит, идти по следу и дальше – бесполезно, они наверняка уже далеко отсюда, не нагоню.

Да и если бы настиг, что толку – один я с ними не справлюсь. И дело даже не в том, что я один, а их много. Случалось мне и одному против дюжины противников выступать.

Просто по каким-то неуловимым мелочам мне уже ясно было, тут лютовали отъявленные головорезы, хитрые, опытные и безжалостные. Это не трусливый дурак Улах с его прихвостнями. Здешние лиходеи действовали с умом: в живых никого не оставляли (Алафу просто невероятно повезло), тщательно выбирали и те места, где засады делать, и те места, где самим потом переждать, спрятаться. Надо отдать им должное, лес они хорошо знали и чувствовали, прятаться умели мастерски.

Впрочем, если это действительно наёмники из Чёрных Лис, как Ильд сказал, то тут и удивляться нечему. Те ребята ушлые и изворотливые. Если бы они ещё свои навыки на благое дело пускали, а не на разбой…

Вот, к примеру, эту поляну для ночлега недаром же выбрали – тут с двух сторон скалы выступали по склону, прикрывали поляну в низине и от ветра, и от случайных глаз. Пожалуй, даже костёр не заметишь, пока вплотную не подойдешь. Да и, судя по следам, оставшимся на земле, даже спать эти молодцы мудрено укладывались, чтобы в случае внезапного нападения, успеть отпор дать, оборону почти мгновенно выстроить.

Нелегко таких одолеть будет, нелегко. Но выбора у нас нет. Надо мерзавцев остановить, покуда они ещё кого-нибудь к предкам прежде времени не отправили.

Солнце всё ниже катилось к горизонту, уже медово-розовой дымкой воздух полнился, а я всё бежал и бежал, почти без остановок. От усталости уже лап не чуял, но привал делать опасался. Чуть приляжешь отдышаться, потом вовсе подниматься не захочется.

Я надеялся успеть добраться в крепость до заката. Ночевки в лесу меня не страшили. Но, во-первых, спать придётся в своём настоящем обличии, а, значит, вполглаза, до утра настороже. Стало быть, толком всё равно не отдохну.

Во-вторых, если я сегодня до крепости доберусь, завтра мы с дружиной уже выдвинуться в обратный путь сможем. Время-то не ждёт…

В-третьих, удерживать личину зверя столько времени давалось мне ой как тяжело. Хотелось уже поскорее до своих добраться, выдохнуть, сил набраться. Несмотря на то, что в Зимени каждый к какому-то Роду принадлежал, далеко не все оборачиваться умели. И далеко не у всех хватало сил так долго в облике зверя находиться.

Обычно сильная Магия Рода только знатным доставалась от рождения, сильна была в них древняя кровь Великих. Вот князья все как один оборачиваться умели, да ещё и стихийной силой нередко владели.

Наш ярл-князь Аррден, вообще, щедро Отцом-Волком одарён был – и в зверя перекидывался, и снежной стихией управлял, и живой огонь в нём горел – исцелять умел, жизненной силой делиться.

Мне, конечно, такого не дано. А потому все свои силы я сейчас тратил на то, чтобы серую шкуру на себе удерживать.

Впрочем, было и кое-что хорошее в том, что все мои усилия были сейчас сосредоточены на обороте. Оказалось, что это неплохой способ отвлечься от мыслей об Эрике. А в последнее время эта несносная девчонка засела в моей голове и сердце, и не покидала их ни днём, ни ночью.

Конечно, она и так постоянно была рядом, но я умудрялся думать о ней даже в те короткие мгновения, когда её не видели мои глаза, когда не чувствовал её рядом, не улавливал её манящий аромат.

Мне совсем не нравилась эта одержимость, но ничего с собой поделать не мог. Увы, нельзя себе приказать: «Не думай об этом, думай вот об этом!»

Однако сегодня бесконечный бег по незнакомому лесу в волчьей шкуре на время избавил меня от этого наваждения.

И всё равно, даже сейчас, я нёс образ Эрики в своём сердце, и время от времени меня накрывало поистине волчьей тоской. Желание развернуться и бежать обратно, к ней, сбивая в кровь все четыре лапы, становилось настолько сильным, что я рычал от ярости на самого себя.

До крепости я добрался уже в сумерках. Перекинулся в человека у самых стен и, едва переставляя ноги, побрёл к воротам. Они, разумеется, уже были заперты, но я, как дружинник ярл-князя, знал заветные слова, которые отпирали любые двери.

Вскоре меня уже проводили к старшему в здешней дружине. Звали его Иваром. Знакомы мы с ним не были, но стоило мне назвать своё имя, как тот сразу уточнил: «Это не тот ли Вир, которого Стальным Волком кличут?».

Да уж, куда ни явись – везде знают. Наверное, оно и к лучшему. Другого могли бы и не послушать, всерьез не принять.

Я кивнул и сообщил:

– У меня послание от форинга Ильда.

Дальше оставалось лишь отдать письмо да кратко поведать о