Читать книгу - "Право на отцовство - Марина Кистяева"

– Спорим, я сделаю тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться?

На этот раз им сразу постелили в зале. Без лишних нареканий.

Паша прикрыл плотно дверь и подошёл к Тане. Та стояла у окна и смотрела на падающий снег. Напротив окна, у дороги, как раз стоял фонарь, и снег на фоне рассеивающегося света воспринимался сказочно красивым.

– Ты как, Танюш? – Паша обнял её со спины и поцеловал в шею. Она давно подметила, что он любил целовать её именно туда. И ей нравилось, чего уж тут.

– Немного усталость навалилась. День выдался эмоционально насыщенным.

– Приляг.

– Не хочу пока. Хочу с тобой побыть.

Она положила руки поверх его ладоней и откинулась на Павла спиной. Некоторое время они стояли молча, наслаждаясь тишиной.

– Ты сильно будешь ругаться, если я кое-что тебе скажу? Вернее, кое в чем признаюсь.

– Буду. Сильно, – хмыкнул ей куда-то в волосы Паша и, снова опустив голову, прошелся губами по обнаженной шее Тани, вызывая в теле девушки знакомое томление.

– Так и знала, – подыграла ему Таня. – Но я всё же продолжу, можно?

– Обязательно.

– Я не хочу выходить за тебя замуж, – быстро проговорила она.

– Не понял…

Прежде чем реакция Паши накрыла их обоих, как лавина, Таня развернулась к нему лицом, продолжая крепко-крепко прижиматься к его телу. Более того, чтобы мужчина не вздумал её оттолкнуть или как-то отгородиться, она обняла его за торс.

– Стоп, Дольник! Вот сейчас замри! Пожалуйста! Я всё объясню.

– Уж постарайся, – в голосе мужчины засквозил холодок, от которого она за прошедшие месяцы успела отвыкнуть.

– Я не хочу выходить за тебя замуж до родов. Не хочу идти в ЗАГС беременной. Понимаю, это глупо и, возможно, для кого-то неправильно. Есть ты, есть я, есть наш малыш. И…

Она не договорила. Губы Паши властно впились в её рот. Сразу завладели ими. Полностью. Безоговорочно. Таня раскрылась, принимая его напор. Дольник сильнее сжал её. Не так она начала разговор, ох, не так… Но вроде бы быстро всё исправила. Таня с готовностью отвечала на требовательные ласки Паши и, когда тот оторвался от её губ, протестующе застонала.

– Хорошо, что я блондин и у меня не видно седых волос, – проворчал Паша, опуская руку на затылок девушки. После чего постоял недолго и уложил голову Тани себе на плечо.

Та позволила.

Главное она уже сказала. Подробности обсудят чуть позже, когда оба будут готовы.

Как оказалось, Паша не счел разговор закрытым, потому что продолжил:

– Предлагаю следующий вариант. Чтобы твои тараканы перестали отплясывать джигу и, возможно, как-то договорились с моими, мы расписываемся. Скромно. Без пафоса и прочей херни. Сам от себя не ожидал, но, оказалось, что для меня принципиально важно, чтобы мой ребенок родился в браке. Можем вообще никому не говорить, что поженились. Потом… Когда ты родишь и придешь в форму – я так понимаю, ты включила режим «девочки», – мы устроим праздник. Где захочешь. Все обдумаешь, поговоришь со своими… Черт, я не верю, что это говорю вслух, – Паша коротко хохотнул.

Таня попыталась оторвать голову от его плеча – тщетно. Держали девушку надежно. И она расслабилась, жмурясь от счастья. Чтобы показать, что слышит речь Паши и принимает его предложение, Таня обвила мужской торс руками.

И от этого человека она когда-то пряталась за кресло?

– Захочешь – повторим опыт Вегаса. Ты, кстати, помнишь, что босой выходила за меня замуж?

Тане всё-таки дали чуточку свободы, и она задрала голову кверху, чтобы поймать взгляд Паши. Тот не смотрел на неё. Смотрел в окно. И Тане подумалось: неужели её Дольник, этот сильный и очень надежный мужчина, таким образом пытается скрыть волнение? С другой стороны, чем эмоции мужчины отличаются от эмоций женщин? Представительницы прекрасной половины человечества более импульсивные, общество им чаще прощает слабости и проступки. С мужчин всегда спрос был больше и жестче.

– Я помню, что когда убегала от тебя из номера, не могла найти босоножки. Паш, вот мы с тобой покуролесили тогда.

– Кстати, Рапунцель, интересно, что мы будем делать, когда пройдут следующие четыре года? У нас же с парнями традиция…

– Хороший вопрос, Паш, очень хороший.