Читать книгу - "Плен. Коварство фандов. Книга 2 - Кристина Нордис"

а если откажетесь - мы найдем где сделать то, что нам нужно. 

- А еще я лично напишу господину Ниассару, и уверена, он лишит вас права на торговлю, - вмешалась нагиня.

 Гнолл вообще предполагал, что она не с ними, и вот ее действительно испугался. Господин Ниассар никогда не спускал неразобранных жалоб, а наги никогда не врут друг другу. 

- Ну что вы, госпожа, у нас очень мирное соглашение, я достану все, что пожелал заказчик и сделаю в лучшем виде! За один час! Не стоит беспокоить главного министра из-за старого гнолла! У меня шестеро детей, восемь внуков и одиннадцать правнуков! Смилуйтесь, а дело у нас только это! Я и так иду на уступки, принимая светлое золото!

- Золото оно и есть золото, - ответила Даллин его же словами, - У вас один час!

- Конечно, госпожа! - поклонился гнолл.

- Ладно, погуляем час, - сказала Изабель. 

Она пошла дальше, звериный ряд заканчивался.  Остались лишь корма и упряжь, а потом рыночная улица делала поворот у невысокого, но длинного здания с широкими ступенями. За поворотом начинались обычные торговые ряды.

Эридан вел спокойную, как удав, белую лошадь, шагая за спиной Айлана, рядом с нагиней гончие в виде небольших дворняг охраняли принца на ее руках, а сама она шла справа от Айлана, несущего Тейши, сам же оборотень держался позади королевы. 

Они проходили мимо здания, когда туда слуги повели эльфийку на ошейнике, бубенцы на ее руке звенели с каждым шагом, и всего лишь прозрачная ткань оказалась накинута на плечи. Из одежды также присутствовали сандалии на высокой платформе. И все. 

Дан и Айлан сочувственно проводили ее взглядами. От нее пахло женщиной и оборотни почуяли.

- Вы ей ничем не поможете, к тому же она сама подписала контракт с фандом, - сказала королева.

- Но ведь вы можете отменить контракт? - спросил с надеждой Дан.

 - Не могу, и ей уже ничем не поможешь, разве вы не почувствовали? Она под воздействием, даже если выкупить, ей нужен фанд. 

- А мы... тоже под воздействием? - изумился Дан.

Королева усмехнулась.

 - Как сказать, Тейши очень хорошая девочка, но она привязала вас еще сильнее. Это настоящее, и в контракте есть пункт про души. Она вас не отпустит. Никогда. Вы сами полюбили ее. Без магии и ядов. Магии и ядам сопротивляться можно. Как и я, - тихо добавила Изабель и пошла прочь от здания. Очевидно, там выставляли рабов. 

Пусть она не согласна с официальным рабством, пусть она трижды против, но это существует в обоих империях. Темные всегда рабы у светлых и наоборот. Особенно после и во время войн. Позднее все смиряются, привыкают, освобождаются, сбегают, выкупаются другими, не всем конечно везет, но к началу очередной войны рабства почти нет. Конечно, она может поговорить с мужем, но что ей скажет Хафсаяр? Он же сам выкупил ее. Или купил. Но только по его воле она чувствует свободу. Нет, Изабель не может указывать демонам. Может лишь спасти единицы. У каждого своя судьба. Вот и Айлан страдает от своего упрямства, но ему не так уж и плохо с Тейши. И Дану тоже.

О судьбе эльфийки королева не бралась судить. Все могло быть. Кто знает, чтобы ее саму ждало у светлых! 

Удрученная своими мыслями, Изабель не заметила надменной красивой демоницы, давно приглядывающейся к ним, только когда та схватила Дана за рукав, королева оглянулась. Они все еще не успели отойти от злосчастного здания с широкими ступенями и несколькими входами. 

- Я хочу купить этого раба!!! - заявила наглая девица. 

На сей раз это не разбалованная дочь аристократа, а вполне взрослая красивая блондинка. 

- Он не продается! - повернулась к ней Изабель.

- Милая, Я куплю все, что захочу! - властно, с угрозой, повернулась демоница. Она не собиралась уступать.

Вулкан небольшой пока дворнягой коснулся мордой ноги королевы - мол, Я - тут.

Изабель презрительно улыбнулась:

- Дан, покажи ей свой браслет.

- Меня не интересуют браслеты, Я забираю его! - фыркнула блондинка.

- И не мечтай! - ответила королева и запустила огненный шар к Дану.

Мальчишка уже давно обматывал колокольчики сначала тряпкой, потом платком, но сейчас ткань сгорела и колокольчик издал чуть тихое "Дзиннь".

Блондинка недовольно посмотрела на ускользнувшую добычу.

- Он не может принадлежать тебе, Лазурная Таис, он принадлежит другому фанду, - усмехнулась королева, - И его никто не продаст. 

Как всегда, Великая Тьма подсказала имя нахалки, да и вообще много информации обо всем в империи ей предоставляла Тьмуша.

- Уж не этой ли бледноволосой? - недовольно сощурилась Таис, разглядывая спящую девушку на руках второго раба.

- НЕ ТВОЕ ДЕЛО! - резко оборвала ее королева, закипая от гнева пока еще внутри. Аура ее подозрительно уплотнилась, но фанда лишь коварно усмехнулась.

- Я готова к битве! - бросила она в лицо незнакомой черноволосой демонице с черными глазами. 

- Что здесь происходит? - в разговор властно вмешался высокий мужчина с длинными золотистыми волосами и голубыми глазами, в богатом, расшитом серебром, иссиня-черном камзоле, и повернулся к Таис, - Чтобы я тебя здесь больше никогда не видел, - с милой улыбкой весьма ласково, просто по-отечески, сказал он.

Тем не менее Таис вздрогнула, но потом склонила голову, - Как скажете.

Он немного поднял бровь.

- Как прикажете, господин, - поклонилась фанда и поспешила прочь.

- Приношу извинения за действия моей подопечной, - склонил голову фанд.

 - Я приглашаю благородных леди посетить наш клан. Позвольте представиться, Каарон Тиэрсен Лазурный, - фанд улыбнулся.

Заиграли ямочки на щеках на благородном, просто идеальной величественной красоты лице, и протянул руку Изабель.

Королева стояла в образе демона, правда крылья высшие умели прятать.

Она неотрывно смотрела в его красивые глаза своими большими демоническими черными глазами с небольшим белком, из-под ее капюшона выбивались волнистые густые черные длинные локоны. 

- Боюсь я не могу сказать какого рода мой демон, - ответила Изабель. 

С поистине королевской грацией вложила свою руку с нежными мягкими розовыми когтями в его идеальную ладонь. 

Фанд очень красив, но не красота демона заставила замереть ее сердце.  Она боялась показать мягкие когти. Это казалось ей позором, уродством коего не должно быть, но на самом деле таковы лишь ее мысли. Однако она считает, что все боятся сказать ей правду, так как нельзя изменить.

Он представился, по правилам и она должна назвать свое