Читать книгу - "Ценнее времени - Алисия Райт"

друг другу, — она показушно сплюнула на асфальт. — Два сапога пара. А я еще жалела тебя.

— Алиса, я не хотела причинить боль ни тебе, ни папе, — быстро сказала я, а потом до меня дошел смысл ее слов. — Постой. Что ты имеешь в виду?

— Да ничего не имею! Если вам двоим плевать, то мне и подавно.

— О чем ты?

— А я о том, что вы стоите друг друга. Любящие не изменяют, а вы..?

— Друг другу? — переспросила я тише. — Толик… он?

— Да! Наш любимый папочка такой же как и ты! Не хотела делать тебе больно, но видимо, тебе на него тоже все равно…

Алиса обошла меня и устремилась прочь со двора.

— Постой, Алис!

Но она уже убежала, оставляя меня одну с кучей вопросов.

Только зайдя домой я почувствовала тяжесть произошедшего. Дочь видела меня с Андреем. Почему она увидела именно этот момент? Зачем мы сели у окна? Что она вообще делала возле того кафе? Но самое главное, что она имела в виду, говоря: «Папочка такой же, как и ты»?. Толик мне изменял? Нет, это ерунда. Алиска просто хотела ранить меня, узнав про другого мужчину.

Да, она определенно сказала это нарочно. Насолить мне. Сделать больнее, чтобы я задумалась.

Однако внутри появилось странное необъяснимое чувство. И я не могла определить, что это… Не ревность, нет. Скорее, сомнение…

Глава 24

— Света! — из кухни вышел Толик.

Я же продолжала стоять в дверях, не зная, как вести себя с мужем. Мое сердце сжалось от чувства вины и необъяснимого страха.

— Привет, — ответила я, стараясь выглядеть спокойной, но кожей ощущала напряжение между нами.

Я знала, что разговор с Толиком все равно неизбежен, и это пугало меня. Всю былую уверенность как рукой смахнуло.

— Кофе будешь? — спросил он и, не дожидаясь ответа, направился обратно на кухню.

— Сделай, пожалуйста, чай, — я прошла за ним.

В голове крутились тысячи мыслей, и я не знала, с чего начать разговор.

Толик поставил передо мной чашку и сел напротив меня. Мы сидели молча, каждый погруженный в себя. Я чувствовала, как тишина давит на нас, делая ситуацию еще более напряженной.

— Ты не ночевал дома, — наконец, нарушила я молчание.

Толик поднял глаза и посмотрел на меня.

— Да, — коротко ответил он. — Решил посидеть с другом в баре. Перебрал, остался у него, утром отправился сразу в офис.

— И как ты поехал на работу в таком состоянии? Не переодевшись? — это было ему не свойственно, и сейчас вызывало у меня некие подозрения. Что, слова Алисы были брошены не с целью уязвить меня..? — С кем в баре был?

— Какая разница? — Толик укоризненно посмотрел на меня. — Что за допрос вообще?

— Ничего, — я посмотрела в чашку.

Почему я не могу сказать ему про Андрея?.. Просто взять и сказать. Нет. Сейчас не время и не место для признаний. Сперва, я должна была удержать ситуацию под контролем и узнать, что конкретно Алиса имела в виду.

А вдруг, с Андреем, это всего лишь короткое увлечение, и если я перестану видеться с ним, то все забуду?

— Почему ты не позвонил? — спросила я.

— Хотел, — сказал муж после паузы. — Телефон разрядился…

Толик вздохнул, явно устав от этого разговора и бессонной ночи.

— Так… Как с другом посидели?

— Слушай, посидели и посидели, чего прилипла? — бросил он и быстро допив свой кофе в два глотка, направился в спальню.

Вскоре вернулась Алиса. Я дождалась, когда она зайдет в свою комнату и вошла к ней.

— Поговорим?

Она состроила самое бесстрастное выражение лица и молча кивнула на стул рядом.

— Прости, — начала я. — Мне жаль, что ты видела меня и… — я сглотнула, так и не сумев подобрать нужное слово. Коллегу? Бывшего? Мужчину, который мне дорог?

— Жаль, что я увидела? — нахмурилась Алиса.

— Нет. Жаль, что так произошло. Я не должна была с ним там находиться. И встречаться не должна была.

— Кто это?

— О… это… Его зовут Андрей. Можно сказать друг детства. Мы учились в одном классе.

— Одноклассник, значит?

— Да… — в целом и не соврала.

— И чего он хотел? Что можно было обсуждать и держаться за руки?

— Много чего, — мои губы дрогнули. — Знаешь, мы познакомились примерно в твоем возрасте. Он был…

— Самым красивым в классе? — саркастично хмыкнула дочь.

— Нет, — улыбнулась я. — Совсем нет. Он был другим. И сперва мне совершенно не понравился.

— Как же вы подружились?

Я повернулась к окну, вглядываясь в покачивающиеся ветви деревьев в вечерней темноте.

— На удивление быстро. Он был немного отстраненным, тогда только переехал из другого города и друзей у него не было. Первыми его подругами стали мы с тетей Таней.

Я заметила быстрый взгляд дочери на себе, но продолжила смотреть в окно.

— А потом, в один момент наша дружба изменилась.

— Он сделал что-то плохое? — голос дочери звучал тихо, с искренней заинтересованностью.

— И да, и нет, — улыбнулась я. — Поцеловал меня, — я повернулась к ней.

— Ого! — ахнула Алиса. — А ты?

— Обидела его. Мы поссорились. Не общались. Но потом…

— Потом ты влюбилась?

Я тепло улыбнулась. Мой взгляд скользнул к зеркалу дочери, где в углу на присоске висело красное сердце с ручками.

— Да. И это было самое прекрасное чувство на свете.

— Я думала вы с папой знакомы со школы.

— Да, знакомы. Но общаться начали уже после.

— И что же с этим Андреем случилось? Что он натворил, раз вы расстались?

Я замолчала. Алиса не торопила с ответом.

— Долгое время я думала, что он бросил меня, не желая видеть.

— Но?

— Но все оказалось иначе. Он думал, что это я его бросила. И в этом нас убедила одна наша с ним общая знакомая…

— Вот сучка!

— Али-ис! — округлила я глаза. — Не говори так.

— Ладно. Но так и есть. Кем надо быть, чтобы разлучить двух влюбленных?

Мы помолчали какое-то время.

— Я все же рада, что вы тогда расстались.

Я подняла на дочь вопросительный взгляд.

— Ну, иначе мы бы с Владом не родились, — хихикнула она.

Я усмехнулась и притянула ее в объятия.

— Это верно.

Значит, все правильно.

— Алис, то, что ты сказала во дворе… про папу… это правда?

Она притихла, а затем молча мотнула головой.

Хорошо…

Но как быть с Андреем… Я не хочу поступать с семьей так… подло.

— Мы больше не будем видеться, — прошептала я скорее для себе, нежели для дочери. — Он уедет. Все будет, как раньше.

Алиса не ответила.

Я пожелала ей спокойной ночи, а сама еще долгое время