Читать книгу - "Тайный дневник Розовой Гвоздики - Лорен Уиллиг"

Путешествие по Тюильри продолжалось, но настроение у Амели испортилось. Поначалу она осматривала каждую комнату, пытаясь увидеть малиновый камзол и золотые кружева, однако Эдуард и его спутник исчезли с такой скоростью, какой Амели от брата никак не ожидала. Он оказался проворнее, чем Пурпурная Горечавка.

Может, поднять эту тему по пути домой? Например, просто сказать Эдуарду, что она в курсе его отношений с Пурпурной Горечавкой, и потребовать принять в команду? Она сэкономит кучу времени и себе и брату: ей не придется шпионить и разнюхивать, а ему — устраивать спектакли в собственном доме. Но с другой стороны… Эдуард скажет, что она лезет не в свое дело. Вряд ли он станет с ней откровенничать.

Так что лучше изображать неведение и шпионить за братом при любой удобной возможности. Нужно обязательно посоветоваться с Джейн.

— Позор! — разгневанно прогремел кто-то.

От страха Амели чуть не подпрыгнула. Боже, неужели это ей кричат? Мисс Балькур испуганно огляделась по сторонам. Нет, в небольшой передней она одна. Жуткий голос раздается из соседнего Голубого кабинета. Дверь приоткрыта, значит, кто-то вошел в него совсем недавно.

— Ты позоришь всю нашу семью! — Теперь это был не голос, а звериный рык.

Мисс Балькур думала, как и куда бы ей сбежать, когда услышала робкий ответ:

— Но, Наполеон, я…

Амели затаила дыхание. Это, конечно, не разговор с Фуше, но все-таки… Может, удастся подкинуть интересный материал в «Вестник Шропшира»? Приподняв муслиновые юбки, она на цыпочках подошла к дубовой двери.

— Леклерк умер всего год назад!

Леклерк… Для мирового шпионажа это имя мало что значило, но девушка так сильно прижала ухо к двери, что на древесине вполне могли остаться вмятины. В последний раз она видела бесстыжую Полину Бонапарт ласкающей ухо Ричарда. Нет, интерес у нее не личный, а чисто профессиональный. Разве ее волнуют амурные похождения лорда Селвика? Просто… просто… любой скандал, позорящий семью Бонапарта, может пойти ей на пользу. Только так, а не иначе!

Судя по звукам, Бонапарт нервно меряет комнату шагами.

— Тебе полагается быть в трауре! Сколько ты его носила, неделю, две?

— Зато я остригла волосы, чтобы положить в гроб…

— Ну надо же, она остригла волосы! — Нервный шлепок по чему-то деревянному. — Они давно отросли, к твоей великой радости! Да ты перепробовала весь Париж!

Амели с нетерпением ждала, когда Бонапарт заговорит о лорде Ричарде и отвратительной сцене в Желтом салоне.

— Замминистра полиции жалуется, что ты снова его ущипнула! В совершенно неподобающем месте!

— Наполеон, место было вполне подобающее, — горячо заверила брата Полина. — Мы пили шоколад в моей гостиной.

Амели раздраженно посмотрела на дубовую дверь. Либо Полина Леклерк — самая тупая из тех, кого она встречала (пока за этот титул бились Дерек и кузина Агнес), либо прекрасная актриса. Скорее первое, чем второе: судя по элементарным вопросам, которые задавал Бонапарт, интеллектуальный уровень сестры не вызывает у него ни малейших иллюзий.

— Что он делал в твоей гостиной?

— Шпионов искал, — невинно ответила Полина. — Это я его попросила.

Бум! Шмяк! Бонапарт схватил со стола что-то тяжелое и швырнул о стену. Амели прижалась к дверным петлям. Судя по пятнам, чернильница.

— Не злись, Наполеон, — попробовала подлизаться к брату Полина. — Мне же просто скучно!

— Скучно? Черт побери, ей скучно! Съезди куда-нибудь! Закажи новое платье!

— Мои невинные забавы тебя так возмущают…

— От невинных забав вот-вот разразится международный скандал! Ну что мне делать? Приставить к тебе няньку?