Читать книгу - "Трепетное сердце - Коллин Хичкок"

– Во что?

– В правду. Я буду задавать тебе вопросы, а ты – отвечать.

– Я была честна с тобой гораздо больше, чем другие женщины. Ты знаешь, например, что мне девятнадцать.

– Мне нужно знать больше. Почему тебя преследует закон?

– Я же говорила тебе. Я была с Дентоном в вечер его смерти.

– Но ведь не в момент смерти?

– У некоторых женщин есть тайны.

– Тогда, должно быть, я по своей природе сыщик, потому что люблю правду.

– Ты просто ищешь причину, чтобы не любить меня.

– Спроси любого мужчину. Нам не нужно искать причины. Разве ты не понимаешь, что быть холостяком гораздо проще?

– Проще? Почему?

– Не нужно ни перед кем отчитываться, живешь, как хочешь, никто не устраивает тебе сцен ревности, не ноет.

– Значит, я ною, да?

– Я не тебя имел в виду. Но некоторые женщины ноют.

– Некоторые женщины – мегеры, но я на них не похожа.

Я распустила волосы, и они рассыпались по спине. Блейк взглянул на меня.

– Блейк, мне наскучила правда. Давай поиграем в мою игру.

– Что за игра?

– Поцелуй.

– Принести шашки?

– Шашки не нужны, только губы.

Он придвинулся ко мне.

– Вот мои губы. Играть?

– Ну, сначала нужно найти кого-нибудь, кто захотел бы поцеловать. Ты кого-нибудь видишь?

– Да. В этом я совершенно уверен.

– Тогда спроси разрешения у того, кого хочешь поцеловать. Если хочешь не только поцеловать, тоже спроси разрешения.

– Понятно. Мисс Николетта, мне хотелось бы вас поцеловать, вы позволите?

– Да, пожалуйста.

Блейк слегка обвел языком мои губы, а потом запечатлел на них поцелуй. Язык его исследовал мой рот и изображал движения во время секса. Я растворилась в поцелуе, чувствуя себя инструментом, на котором Блейк играл.

– Я поцеловал губы. Можно поцеловать шею?

– Да, можно.

Блейк медленно покусывал и покрывал мою шею поцелуями, иногда легко выдыхая в ушко или целуя мочку. Я чувствовала, как тело мое готовится принять его.

– Я поцеловал. Можно мне поцеловать грудь?

– Да, милорд.

Он расстегнул мне платье и кружевной корсет.

Блейк упивался мной. Даже без прикосновений я чувствовала, какое удовольствие он испытывает, глядя на меня. Он потянулся ко мне с поцелуем и положил руку мне на правую грудь.

Я попыталась отодвинуться:

– Прости, Блейк. Ты не просил разрешения дотронуться, только поцеловать.

– Мне нужно, то есть можно…

Он поцеловал меня так, что противостоять было невозможно. Трепет от прикосновения заставил вспомнить вечер в его кабинете. Желание и страсть, которые мы сдерживали целый день, вырвались и ошеломили каждую клеточку тела. Я целовала Блейка с такой же страстью, пока он не остановился…

– Игра окончена, я выиграла.

Блейк передвигал меня из одной позы в другую, оставаясь в одной позе не более нескольких секунд.

Меня бросало в жар от его прикосновений. Кровь бурлила. Я не ощущала прохлады воздуха, лишь страсть, которую мы возбуждали друг в друге.

Мы начали так поздно, что я почти не заметила восхода, а Блейк целовал, гладил меня и ласкал нижнюю часть моего тела всевозможными способами. Он скользнул рукой под платье и слегка массировал меня, а я постанывала от его прикосновений.

Стало светать. Когда взошло солнце, Блейк заглянул мне в глаза и обнял меня. Я подождала некоторое время, но потом повернулась, чтобы удостовериться, что Блейк жив.

Его занятия любовью содержали послание, смысл которого был мне понятен. Он оставлял самое интимное на потом. Это произойдет не сегодня.

Хотя оба мы были полны желания, мы сделали перерыв, потому что опасались того, что могло произойти после восхода. Мы оба знали, что меня преследует закон.

Бертрум и Мари отправились отдыхать каждый по отдельности в соседнюю комнату. Они устали и поступили мудрее нас, решив поспать.