Читать книгу - "Роза Черного Меча - Рексанна Бекнел"

— И речи быть не может! — Сэр Эдвард метнул на дочь яростный взгляд. — Я не награждаю головорезов!

— Отец, пожалуйста! Прошу вас! — стиснув руки, Розалинда следила, как он сердито расхаживает по зале. — Вы выслушали Клива. Вы выслушали сэра Роджера. Почему вы не хотите выслушать меня?

— Это не твоя забота. Женщинам не следует вмешиваться…

— Это моя, и только мой забота! — воскликнула она в праведном негодовании.

Услышав столь дерзкий выкрик дочери, посмевшей противоречить ему, сэр Эдвард в гневе воззрился на нее:

— И это — послушное дитя, которое я отправлял в Миллуорт? Неужели эта возмутительная строптивость — образчик воспитания, которое ты получила у леди Гвинн? — Он испепелял ее взглядом. — Я — хозяин Стенвуда, мисс. Здесь каждый человек и каждый камень находятся под моей защитой. И если то, что я считаю своим, оказывается под угрозой — это значит, что угрожают мне. Тот, кто осмеливается на подобные посягательства, платит дорогую цену.

— Но не ценой его жизни, — тихо промолвила она. Ее голос звучал совсем смиренно, по мере того как возрастал ее страх за Черного Меча.

В напряженном ожидании отцовского ответа Розалинда лихорадочно соображала, каковы будут последствия, если она во всем признается отцу. Если он поймет, что речь идет о ее муже, тогда, быть может… Она прижала пальцы к губам, не зная, на что решиться, Ей так хотелось надеяться, что тогда отец освободил бы пленника. Но упрямое и зловещее выражение лица разъяренного лорда достаточно красноречиво свидетельствовало: тому, кто посмел нанести урон репутации его единственной дочери, не приходится рассчитывать на награду или хотя бы на снисхождение. Отец не стал бы разбираться в тонкостях языческого ритуала обручения. Он и сейчас зол до крайности, но ярости его вообще не будет границ, если ей придется рассказать обо всем, что случилось. Нет, с сожалением признала она, тайну раскрывать нельзя, потому что это означало бы смертный приговор для Черного Меча. С другой стороны, при нынешнем положении дел, похоже, ему грозит та же участь, если она не сумеет убедить отца пощадить его.

С твердым намерением любой ценой сохранить спокойствие и рассудительность — Розалинда приняла самый благонравный вид.

— Вы наслушались страшных сказок о Черном Мече от Клива, я уверена в этом. Но вы должны понять…

— Да что это за имя такое? Черный Меч, скажите на милость! Вполне подходящее прозвище для разбойника и душегуба! Оно только лишний раз подтверждает рассказ мальчишки.

— Его зовут Эрик, — вставила Розалинда. — Он из местечка, которое называется Уиклифф. Отцовские глаза сузились.

— Это он так сказал тебе?

Розалинда кивнула и подошла ближе к отцу.

— Он не отрицал, что прошлое у него неблаговидно, но согласился нам помочь. И очень заботился о нас. Он даже сделал волокушу для Клива.

— Волокушу?

Розалинда уловила любопытство в голосе отца, и это показалось добрым знаком.

— А разве Клив умолчал об этом? Он был ранен и не мог идти сам. Черный Меч… — я хотела сказать Эрик — смастерил нечто вроде… тележки без колес… и в этой волокуше он вез Клива все время…

Она наблюдала, как отец переваривает эту новую порцию сведений, и, чтобы не дать ему возможности отмахнуться от них, продолжала:

— Он для нас охотился, и благодаря ему у нас была пища. Он даже сделал мне пару башмачков из двух кроличьих шкурок.

Отец поджал губы и отвернулся. Когда он снова обратился к ней, его лицо все еще сохраняло подозрительное выражение.

— По словам твоего пажа, он видел, как ты отбиваешься от этого человека, и был вынужден броситься на твою защиту… — Лорд Эдвард осекся: было очевидно, что ему трудно обсуждать вслух такую возможность, о которой даже подумать было нестерпимо.

— Клив ошибся. — Ложь слетела с ее уст без видимых затруднений, и Розалинда была готова провалиться сквозь землю от стыда, что выставляет Клива в столь невыгодном свете. Она как-нибудь сумеет загладить свою вину перед мальчиком, пообещала она себе. Но нельзя же допустить, чтобы Черного Меча казнили. — У Клива голова кружилась, он тогда еще не вполне пришел в себя от раны, от лихорадки… Он с самого начала отнесся враждебно к чужому человеку. Он… может быть, он немного стыдился того, что сам был не в состоянии опекать меня в пути.