Читать книгу - "Любовная капитуляция - Сильвия Соммерфильд"

Старинный замок в плане был прямоугольным. Глядя на егогрозные башни, Яков без труда мог представить себе внутренний двор, мощенныйплитами, и арки на столбах.

Но дальше стали происходить странные вещи. Король сизумлением увидел, что ворота захлопнулись. Он нахмурился, но не стал сбавлятьшаг лошади, хотя, по этикету, ожидал увидеть сквозь открытые воротаприветствующих его людей и услышать ликующее пение рога. В довершение всего состен замка посыпались стрелы!

Но тут в замке опознали штандарты Якова. Мэгги перепугалась,как никогда в жизни. Она подняла руку на короля! Что теперь ждет все еесемейство!

Яков пришпорил лошадь так резко, что животное испугалось. Накакое-то время он потерял от ярости рассудок. Если бы лорд Драммонд, не дайБог, оказался сейчас рядом, он был бы вздернут на первом же дереве. Но Драммондехал далеко позади.

Члены свиты глядели на замок с нескрываемым изумлением, ивойско короля стало готовиться к организованной атаке, заботясь в первуюочередь о том, чтобы прикрыть короля.

Но в этот момент последовала новая неожиданность. Воротазамка вновь с грохотом отворились. Отталкивая протестующих придворных, король сгрохотом промчался по подъемному мосту. Он был слишком взбешен, чтобы думать очем-то, кроме того, чтобы примерно наказать виновника происшедшего. Маленькийдвор был пуст. Яков, не спешиваясь, на полном скаку пересек его, и копыта конязазвенели по плитам коридора. Там он придержал коня — и увидел ее.Мэгги шла к нему навстречу быстрым, легким шагом, чуть подобрав юбку. Подойдяближе, девушка увидела загорелое лицо под золоченым шлемом с плюмажем. Подобравюбки, она подошла к королю вплотную и присела в глубоком поклоне. В этот моментв коридоре появились подоспевшие воины Якова.

— Я Маргарет Драммонд, если вам будет угодно, ваша милость.Добро пожаловать в наш замок.

Последовало молчание: король боролся с гневом и вместе с темнаслаждался ее красотой. Желтая юбка напоминала лепестки цветка, глаза сверкализеленью и золотом, а роскошные светлые волосы словно струились по ее плечам.

— Странный, однако, способ приветствовать своего короля,сударыня!

Мэгги набрала побольше воздуха и, сложив руки в жесте,тронувшем Якова до глубины души, сказала:

— Да простит меня ваша милость. Я здесь совсем одна...

— Вы приказали стрелять в вашего короля, сударыня?!

Глаза девушки расширились от страха, но она мужественнопризналась:

— Да, милорд.

Яков усмехнулся и, сняв шлем, передал его одному из своихлюдей.

— Вы так воинственны?

— Я здесь совсем одна, — храбро повторила Мэгги, — и была накухне, когда было замечено сопровождающее вас войско; решение приходилосьпринимать безотлагательно. Я не приучена к военному делу, замок всегда оборонялмой отец, но он сказал мне, что нужно делать, если на горизонте внезапнопоявятся неопознанные войска. Я слишком уважаю моего отца, чтобы не подчинитьсяему.

— Вы не видели наших знамен?!

— Их трудно было сразу определить, и я, — девушка склониласьв поклоне, сгорая от стыда, — я испугалась...

Король в равной степени был пленен и ее красотой, исмущением. Ему трудно было поверить, что Мэгги и в самом деле испугалась. Яковупоказалось, что она вообще ничего в мире не боялась.

— А что вы делали на кухне? Это же место для прислуги.

— Я... Делала духи из роз.

Король улыбнулся и невольно потянул ноздрями, пытаясьуловить запах роз. Девушка протянула ему ладонь, и он своей защищенной латнымирукавицами рукой поднес ее к губам. Именно эту картину увидел запоздавший лордДраммонд, когда с грохотом вбежал в коридор.

Запах роз овеял Якова, а красота Мэгги покорила его сердце.Через несколько часов, на пиру, он отвел лорда Драммонда в дальний уголок.

— Милорд, — начал король; поодаль, у потухшего камина,стояла Мэгги, и все время он не спускал с нее глаз. — Ваша дочь, ледиМаргарет, снискала мое расположение.

Лорд Драммонд взглянул на дочь. Потирая руки, онпереспросил:

— Мэгги?

— Мэгги, — ответил Яков, немного улыбнувшись на это имя.

Драммонд вовсе не был равнодушен к чести, оказанной егосемейству, тем более что она могла обернуться немалыми благами. Но существовалоодно обстоятельство...

— Ваша милость, — колеблясь, сказал Драммонд, — Мэггипомолвлена.

Яков помрачнел и голосом, резким, как удар кнута, спросил:

— С кем?

— Мэгги — невеста Джеймса Криффа. Он отличныймалый, воевал под Саучиберном и проявил себя отменно. Да ваша милость знаетего. Вон он, рядом с Мэгги.

Королю хорошо были видны широкие плечи Криффа, его густыесветлые волосы. Явное внимание его к невесте раздражало Якова. Крифф,почувствовав взгляд, повернулся; король встал и резко сказал:

— Мы найдем для него не менее достойную невесту.

Король отошел от ошеломленного Драммонда, которыйпробормотал ему вслед:

— Для нас это такая честь, сир!

Этим вечером Мэгги пришлось ощутить, что жизнь ее делаетрезкий поворот, что было совсем ей не по сердцу.

Она понимала, что скоро ей суждено предстать перед лицомкороля, и знала, что от нее потребуется. Теперь она уже не сможет выйти замужза Джеймса Криффа. Она глядела на своего нареченного с отчаянием, понимая, чтоон не в силах помочь ей; такая попытка могла стоить ему жизни. Единственнымчеловеком, который мог бы помочь ей, был сам Яков. Он должен отпустить ее.Вдруг он проявит великодушие? Мэгги никогда никого не любила. Джеймс тоже небыл исключением, но она хотела жить так, как жила, безо всяких королей.

Через час после ужина за ней прислали. С бешено стучащимсердцем она отправилась на свидание с королем, рассчитывая вымолить для себясвободу, попытаться разъяснить Якову, что исполнение его желания сломает ейжизнь. Пресытившись ею, он все забудет, она же никогда уже не сможет вернутьсяк прежней жизни. Девушка вошла в небольшое помещение на первом этаже и увиделакороля, с которым ее тут же оставили наедине.

Яков стоял. Интимное приглашение подразумевало отсутствиеобычных формальностей, и Мэгги, пользуясь всеми преимуществами ситуации, лишьслегка присела — как перед любым другим знатным мужчиной.

— Милорд! — сказала она.

Он поцеловал ей руку, но Мэгги быстро выдернула ее и, непереводя дух, перешла в наступление.

— Милорд, осознавая оказанную мне честь и невзирая на моюлюбовь и преданность вашему величеству, я бы просила разрешения говорить с вамив открытую.

Меньше всего Яков ожидал такого поворота.