Читать книгу - "Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! - Эмили Гунн"

Это же… это…

Я не уследила, и позорный всхлип все-таки выбил себе выход на воздух.

— Тише, тише, маленькая моя, — подлетел ко мне в ту же секунду Игнатрион, заключая моё тарахтящее в судорогах тело в свои горячие объятия. — Он не планировал предавать тебя, — остолбенели мои ушки, услышав, как ИНКВИЗИТОР оправдывает преступника.

И все ради чего?

Ради того, чтобы успокоить заистерившую меня, зашедшуюся в рыданиях!!!

— Но хорошо, что ты не позволяла этой зазнавшейся мочалке Мшастику купать себя! — уже полностью ликвидировав все приличия, отделяющие нас. — Тогда наша метка исчезла бы безвозвратно.

— Безвозвр... — опешила я, и тут же едва не подпрыгнула. — НАША?!! То есть наша с тобой?! То есть ты все-таки и есть мой истинный?

Уставилась я на Игнатриона, задрожав в ожидании.

— А ты всё еще допускаешь наличие кого-то другого? — упрекнули меня.

— Но зачем? Зачем Мшастику это? — спросила, тщетно пытаясь отвести глаза. — Я не верю, что ты просто придумал всё это, чтобы оправдать арест невиновного, Игнатрион.

Однако без мотива обвинения — пустой звук. Тебе ли не знать об этом, корифей инквизиции?

Глава 36

Глава 36

— У меня нет резона лгать тебе, Марго, — произнёс дракон. — Ты сама просила расследовать, как попала сюда. Помнишь? «Без цели, без следа, без истинного» — твои ведь слова?

— Угу, — насупившись, буркнула я.

— Так не бывает, — качнул Игнатрион головой. — Ты провалилась в портал и обрела смысл в новом для себя мире Драконов неспроста. Здесь живет твой истинный. Здесь…

Он очертил линии моего лица своим пылающим от страсти взором. Медленно вобрал в себя воздух, смешанный с моим запахом. На секунду закатил глаза от удовольствия. И едва не облизнулся.

После чего вернул ко мне взгляд с узкими щелочками пульсирующих зрачков.

А затем Игнатрион… замер. Как перед решающим прыжком в неизведанное.

Я в ответ подобралась.

Да так, словно я сама являюсь этим самым «неизведанным». И впечатляющих размеров мужчина прыгнет сейчас прямиком в меня.

Ох… Ну то есть на меня…

Хотя… хм… от перестановки глаголов чё-то смысл не меняется совсем…

Я тоже шумно подышала. И настороженно уставилась на окаменевшего Игнатриона, бравшего мысленный разгон перед стартом.

Однако вместо пламенных словоизлияний, признаний, лобызаний в конце концов (!) я услышала казарменное:

— ЗДЕСЬ. ЕСТЬ. Я!

Топорно отчеканил своё «признание» в вечной любви мой небом посланный воздыхатель.

— Долго же ты раскачивался, чтобы это сказать, — скривилась я, наблюдая на лице дракона искреннее, ничем незамутненное… невдупление!

По всей видимости, в мозгах дракона, воспламенившихся от страсти, не нашлось перевода реплик, сказанных мною.

Так что он решил продолжить прерванный разговор.

— Фамилиар скрывал твою связь с истинным, моя Марго. Но не со зла — из страха.

«Мм, ужеМОЯ Марго», — отметила я про себя.

То есть в понимании Игнатриона он действительно уже признался мне в неземной любви. И закрепил это моим безмолвным согласием. Так что имеет все основания звать меня «моя Марго».

Здорово! Ничего не скажешь…

Однако тут был еще один нюанс, к которому следовало придраться.

— Из страха? И чего же боялся Мшастик?

— Мшастик боялся, что ты повторишь судьбу его прежней хозяйки. Та любила слишком ярко и слишком гибельно. Твой фамильяр обжегся, потеряв твою предшественницу. И хотел, чтобы ты выбрала ремесло, а не сердце.

Я молчала.

Всё во мне металось — обида, злость, отстраненное понимание мотивов Мшастика, снова злость и потом еще… ЗЛОСТЬ!

Почему в этом мире всем так нравится решать за других?!

— Я за тебя не решал, Марго. Я ждал, — дернулся его кадык, когда Игнатрион ответил на моё восклицание, оказывается, произнесенное вслух. — И едва не потерял тебя, следуя своему горделивому желанию не быть тираном, как это присуще моим собратьям.

— Не понимаю, — озадаченно внимала я каждому слову дракона, подспудно чувствуя, что звенят они правдой.

— Если дракон встретил женщину, которую желает присвоить его звериная сущность, — терпеливо заговорил Игнатрион, — он не станет тянуть. Давать ей время всё обдумать. Деликатничать и откладывать их… слияние — тоже не станет. У драконов всё просто. Увидел. Захотел. Взял себе.

— Другими словами, ты боролся со своими хищными аппетитами, — перевела я услышанное. — Не брал меня нахрапом, потому что подвержен гордыне? — вскинула я бровь. — То есть это не деликатность была, а потакание своей самовлюбленности?

— Можешь сердиться на меня, любимая, — вполне естественно обронил дракон обращение, от которого моё сердце увязло в бесконечных сальто. — Но я таков, — горько выдохнул инквизитор.

— То есть тебе еще и самобичевание не чуждо, — вырвался из меня смешок. — Очень нестандартный набор душевных качеств для дракона, не находишь? М-да, ну и… любимый мне достался!

— К-кто? — в зачарованном неверии впился дракон взором в моё лицо.

— Тот же, кем ты обозвал меня, любимый. Минуту назад, усмехнулась я.

— М-марго-ммм, — смял он последние звуки моего имени своими жадными губами, которые были очень даже напористыми для гордеца!

Поцелуем обожгло, мама не горюй!

— И всё же, — прошептала я, немного отдышавшись от непотребства, творимого устами и языком моего изголодавшегося дракона, — если связи истинных между мной и тобой почти как не было, почему меня тянуло к тебе? — не постеснялась я признать очевидное.

— О, Марго! Ты невероятная, — захрипел Игнатрион, вжимая меня крепче в свой фактурный торс. — Такая прямолинейность! Одновременно с загадочностью и страстностью, скрытой в полутонах!

— Ты тоже не лишен шарма, милый, — ободряюще похлопала я его по каменному плечу. — Так что там с ответом на мой вопрос?

— Ах, да… там, всё просто, — мимолетом ответил он, вновь занявшись моими губами, — ммм… мы… мм… мы с тобой… просто влюбились… м-рррр-рр, — заурчал дракон, потерявшись в своем самозабвенном занятии.***

Глава 37

Глава 37

Вот ведь странно — ещё совсем недавно я опасалась, что если Игнатрион на нас с Мшастиком не так посмотрит, то мы с фамильяром превратимся в пепел.

А теперь — наоборот: кто посмотрит на меня, тот, похоже, и станет тленом.

По крайней мере, если судить по тому, как расправил плечи мой дракон, когда мы вышли из его