Читать книгу - "Любовь начинает и выигрывает - Екатерина Есина"

– А что, можно только что-то одно – либо выпить, либо покурить? – наивно поинтересовалась девушка.

– При обычных обстоятельствах тебе нельзя ничего. Но поскольку сегодня твоего брата чуть не растерзал тигр, о чём ты, надеюсь, сожалеешь, можно выпить немного – подчёркиваю, ключевое слово – немного, – алкоголя или выкурить – одну – подчёркиваю, ключевое слово – одну – сигарету. Отвечай, по возможности быстрее, что ты выбираешь.

Агния тяжело вздохнула.

– Как с тобой, Серёжа, иногда тяжело бывает! Я, между прочим, совершеннолетняя. Вот Арина, наверняка, и курить, и пить будет, сколько захочет! – возмутилась она.

– Это ты по паспорту совершеннолетняя и по виду своему – совершенно летняя – дырки на сарафане везде, где только можно, а по состоянию мозгов – третий класс вторая четверть, если не первая. Когда будешь, как Арина, культурным центром руководить и Нольде с первого взгляда определять, а не Dolce&Gabbana, будешь делать всё, что хочешь. Или дождись, когда я тебя с рук на руки твоему будущему мужу передам, чтобы мне не стыдно было ему в глаза смотреть и за твоих будущих детей переживать! – эмоционально отреагировал Михайлов.

– Тоже мне многодетный отец нашёлся! Да что ты про здоровых детей-то знаешь, у тебя самого детей к тридцати пяти годам нет! Я уже скоро тебе по утрам буду говорить не «Доброе утро!», а «Хочу племянников»! Ты ещё каменной бабе, которую у нас во дворе поставили, замечание сделай: «Что это, ты, голубушка, на камне сидишь, ты же будущая мать!»

«Интересно, – подумала Агния, – если у них в гостиной Нольде висит, то во дворе, наверное, скульптура Родена стоит, ни больше ни меньше».

Разгневанная Агния отвернулась от брата и, глядя куда-то в окошко, тихо, но так, чтобы он услышал, произнесла:

– Будешь так себя со мной вести, созову оставшихся, не купленных тобой журналистов и скажу им, что ты… латентный гей!

Арина охнула.

– Кто я? – изумился Михайлов.

Агния заглянула в какую-то тетрадку, видимо, чтобы уточнить.

– Латентный гей! – с вызовом заявила она.

– Это кто же тебя таким словам научил? – притворно гневаясь, спросил Михайлов. – Петя, ты что ли? Ты у меня смотри, приглашу тебя в номер и заставлю Фонвизина по ролям читать!

– Лучше «50 оттенков серого» в лицах! – предложила Арина.

Маячивший поблизости Петя покраснел до корней волос:

– Да что вы, Сергей Сергеевич, я даже такое повторить не могу, не то чтобы научить! Это, кажись, из учебника по английскому языку, к нам, помните, англичанин приходил Агнию обучать, вот они такие темы там и обсуждали, про секс в метро…

– Что??? – Тут Михайлов, действительно, не на шутку разволновался.

– Может быть, всё-таки, про метросексуалов? – поинтересовалась с улыбкой Арина.

– Ну да, про этих, которые духами пользуются. От настоящего мужика пахнуть чесноком и луком должно, а они душатся, как барышни.

– От некоторых конфетками пахнет, – съязвила Агния, убедившись, что брат не рассердился. – Или это некоторые так запах лука с чесноком маскируют? А ещё некоторые своим Tom Ford Oud Wood уже все мои платья провоняли…

– Так, понятно теперь, откуда ветер дует, – не обращая внимания на колкое замечание Агнии про духи, продолжал Михайлов. – Петя, учебник, когда приедем, в печку…

– Англичанина – в Норильск, – невинно моргая ресницами, подсказала Арина.

– Англичанина – в Но… Боже, Арина, что за шутки! Итак, сестра латентного гея, ты выбрала уже, что ты хочешь?

Арине стало жаль девушку. «Но Серёжа прав, курение – это очень плохая привычка. Какой пример я подаю для совсем молодой девчонки?» И хотя курить хотелось очень сильно, Арина решительно встала, демонстративно достала пачку сигарет из сумочки и выкинула в изящную корзину для бумаг.

Миллиардер посмотрел на неё благодарным взглядом.

– Молодец, Арина, заслужила второй бокал шампанского!

– Я, если можно, не шампанское, а коньяк.

– Сразу видно деловую леди, ну, коньяк, так коньяк. Петя, тебе шампанского или коньяка?

– Мне, наверное, молока. Я, Сергей Сергеевич, когда последний раз два года назад алкоголь пил, сами помните, чем всё закончилось, вы меня еле от тюрьмы спасли. Хотя, – немного подумав, произнёс Петя, – вы же здесь и царь, и Бог, и военный начальник, так что я, пожалуй, составлю вам сегодня компанию!

Довольный Петя уселся на кожаном диванчике между Агнией и Ариной.

– Ты хоть тост скажи! – попросили девушки.

– Ну что же, можно и тост. – Петя встал, высоко подняв пузатый хрустальный бокал. – Сегодня мы провожаем в последний путь малазийского тигра – как зовут его, не знаю, не представился, пусть земля будет ему пухом, а чтобы два раза не вставать – за прекрасных дам!

При этих словах обе девушки залились громким смехом.

– Готова поклясться, Петя, что тамаду ты вряд ли когда-то замещал, – вынесла вердикт Арина.

– Петя, разве можно тосты за женщин совмещать с похоронными речами? – возмутился олигарх. – Ты как джентльмен должен бесчисленное количество раз за женщин вставать, чай, не развалишься! Давай я сам какой-нибудь тост скажу! – При этих словах Михайлов приподнялся, и Арина с удивлением поняла, что ростом он почти с Петю, только более сухощавого телосложения. «Прямо двое из ларца какие-то, – про себя улыбнулась Арина. – Наверное, Сергей и туфли мне поэтому на высоком каблуке прислал, чтобы танцевать было удобнее».

– Итак, тост за прекрасный слабый пол!

– Это в смысле за ваш мербау замечательный? – пытаясь казаться серьёзной, спросила Арина. – Так какой же он слабый, он даже очень прочный, судя по тому, что не раз теннисным мячиком обстуканный. Чудесно день продолжается, один представитель сильного пола за убиенного тигра пьёт, другой – за качественные доски!

Сергей Сергеевич смутился.

– А как сказать-то?

– Ну, скажи, за дорогих женщин! – предложила Арина.

– Нет, Арина, не могу так сказать, формулировка опять неоднозначна, некоторые могут придраться. – Михайлов исподтишка посмотрел на Агнию. – Особенно если вспомнить последний счёт моей сестры из косметического салона, сопоставимый с военным бюджетом Никарагуа.

– Сергей Сергеевич! – подал голос Петя. – Извините, можно мы выпьем, а вы потом продолжите? Очень выпить хочется, не обижайтесь! Я уже два года ничего крепче настойки боярышника не пил.

Арина чуть было не поперхнулась, вспомнив «Золотую Мельпомену» и выпитую Михайловым после вручения награды настойку боярышника.

– Ну что же мы, Петя, алкоголики какие, просто так, без тоста пить? – возмутилась Агния. – Давайте тогда по-американски – каждый за своё желание выпьет!

– А давайте уже по-американски! – согласился Петя, протягивая пузатый бокал вперёд.