Читать книгу - "Изгнанная жена. А попаданки-таки живучие! - Анна Кривенко"

— Мама…

Я вздрогнула и обернулась к сыну.

Алёша смотрел на меня широко открытыми глазами.

— Мне здесь нравится.

Я удивилась и присела на стул рядом, сложив руки на коленях.

— Здесь — это в поместье?

— Да, — мальчик слабо кивнул. — Здесь спокойнее, чем у отца. Он всегда ругал меня. А дядя Захар часто кричал даже громче него. Здесь же никто не ругается. Я чувствую себя свободным…

Я сжала его ладошку, почувствовав, как затрепетало сердце. Боже, какие дикие впечатления у ребенка о доме! Слов нет…

— Я рада, что тебе хорошо, сынок…

Алёша помолчал, а потом неожиданно произнес:

— Мама, пообещай мне кое-что.

Я улыбнулась.

— Если смогу выполнить — обещаю.

— Не ищи себе никого, кроме Валентина.

Я расширила глаза и посмотрела на него в недоумении.

— Что? — выдохнула изумленно.

— Ты же его любишь? — голос Алеши прозвучал с хитрецой.

Я смутилась, почувствовав, как пылают щёки.

— Это немного сложный вопрос…

Но мальчик загадочно улыбнулся и спокойно произнёс:

— Думаете, мы не видим, как вы целуетесь? Вы даже спрятаться нормально не умеете.

Я покраснела, как варёный рак.

— Ах вы шпионы! — пробормотала я, а потом рассмеялась.

Алеша хмыкнул и поджал губы, но после рассмеялся вместе со мной. Однако через пару мгновений он снова посерьезнел.

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, мама, — прошептал он, глядя мне в глаза. — И чтобы Валентин всегда был рядом.

Я накрыла вторую его ладонь своей и тихо сказала:

— Вы нас подловили… — а потом еще тише добавила: — Я тоже не хочу больше никого искать. Валентин — лучший…

Алёша закрыл глаза, довольно улыбаясь, и через несколько минут спокойно уснул…

* * *

С самого утра в животе порхали бабочки. Сегодня день открытия моей лавки. Настоящей, собственной лавки!

Я ещё не до конца осознавала это. Всё казалось сном, чудом, которое вот-вот рассыплется, как утренний туман.

— Нервничаешь? — спросил Валентин с улыбкой, переплетая наши пальцы. Мы шли по оживленной улице города и никуда не спешили.

Я крепче сжала его руку, но не стала отрицать:

— До ужаса.

— Напрасно. Всё будет хорошо.

Я взглянула в лицо любимого человека. В его тёмных глазах было столько уверенности, что сомневаться стало невозможно.

* * *

Когда мы добрались к нашей лавке, перед входом уже собралась небольшая толпа. Женщины взволнованно перешёптывались, нетерпеливо поглядывая в сторону двери.

Я замерла.

Это правда происходит? Люди ждут меня? Они пришли сюда, потому что хотят мои вещи?

— Настя…

Я вздрогнула от тёплого шёпота у самого уха. Валентин склонился ко мне, его ладонь легла поверх моей.

— Я так горжусь тобой.

Что-то внутри дрогнуло, растеклось по телу теплом.

— Откуда эти люди? — пробормотала, чтобы избавиться от смущения. — Мы ведь еще ни дня не работали!

Валентин загадочно улыбнулся:

— Это секрет!

* * *

— Боже мой, какая нежность!

— Посмотрите на этот цветочный узор! Никогда не видела ничего подобного!

— А вот эта шаль… её нужно срочно забрать, пока кто-нибудь не опередил!

Я стояла за прилавком, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.

Но внутри… внутри бушевала буря эмоций.

Мои изделия находили хозяек.

Женщины с благоговением прижимали к себе шарфы и перчатки, рассматривали ажурные узоры на шалях, примеряли накидки, сверкая восторженными глазами.

И я видела, как их взгляды становились восхищёнными до благоговения.

Мои вещи приносили радость.

И это было бесценно.

В какой-то момент я почувствовала лёгкое прикосновение к пояснице.

Обернулась.

Валентин.

Он стоял рядом, наблюдая за происходящим.

Его глаза сияли тёплым светом.

— Я говорил, что всё получится, Настя.

Я улыбнулась.

— Ты говорил…

И он говорил правду.

У меня всё получилось.

И теперь я знала: с таким мужчиной рядом — мне больше ничего не страшно…

Глава 35. Пожары…

Последний месяц пролетел в одно мгновение. Лавка пользовалась невероятной популярностью, и мне приходилось работать почти без отдыха. Вещи разлетались мгновенно — я только успевала довязывать изделия, как их уже покупали, и приходилось снова приниматься за работу. Казалось, я вязала во сне, за едой, даже в короткие минуты отдыха.

— Так дальше не пойдёт, — сказал Валентин однажды вечером, когда я снова сидела за вязанием, едва сдерживая зевоту. — Ты не справишься в одиночку. Пора нанимать помощников.

Я подняла на него уставший взгляд. Да, он был прав.

— Наверное… — пробормотала я.

— Даже не наверное, а точно. Мы обсудим это завтра.

Так и сделали. Решили, что мне нужна помощница в лавке — девушка, которая будет принимать заказы и продавать изделия, — и ещё одна рукодельница, чтобы разгрузить меня. Да и Ульяну мы потихоньку приобщили к вязанию. Она с удовольствием взялась за дело, хотя сложные узоры ей пока не давались.

Отношения с Валентином… оставались в той же плоскости. Он встречал меня поцелуем, обнимал, но дальше не заходил. Мы много разговаривали — обо всём, кроме прошлого. Ни я, ни он не хотели возвращаться туда. Там была другая жизнь. Там была другая я.

Но однажды произошло нечто, что заставило меня взглянуть на всё иначе.

— Папа, подними меня! — звонко воскликнула Олечка.

Я застыла. Моё сердце сделало странный, рваный толчок.

Валентин тоже замер, но всего на мгновение. А потом широко заулыбался и, не раздумывая, поднял девочку на руки.

— Ну вот, теперь ты летаешь, как птичка! — рассмеялся он.

Олечка обняла его за шею и счастливо прижалась к плечу.

Я отвернулась, чтобы скрыть подступившие слёзы. Боже, неужели всё действительно так хорошо?

День за днём убеждал меня, что да. Всё было хорошо. У нас появились деньги, мы больше не экономили на еде, даже начали планировать ремонт в поместье.

А потом случилась беда…

* * *

Город встретил меня суетой, привычной шумной толкотнёй. Я шла быстрым шагом, в мыслях уже перебирая список дел, которые нужно сделать сегодня. Работы хватало: закончить пару шалей, принять новых клиентов, проверить остатки пряжи…

Но чем ближе я подходила к своей лавке, тем сильнее ощущала какое-то странное беспокойство. Улица выглядела не так, как обычно. Люди стояли кучками, оживлённо обсуждая что-то, кто-то качал головой, кто-то размахивал руками. И воздух… в нём витал запах гари.

Я ускорила шаг.

И тут увидела нечто шокирующее: на месте моей лавки находилось чёрное выжженное пятно. Только почерневшие обломки да пепел.

Остановилась, пытаясь осознать происходящее. Нет… этого не может быть. Это чья-то другая лавка. Не моя. Я просто ошиблась улицей.

Но я не ошиблась.

Сухой ком подступил к горлу. Мне нужно было что-то сказать, что-то сделать, но я стояла, не в силах пошевелиться.

— Это