Читать книгу - "Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба"

стать надежным тылом для кого-то у меня вряд ли получится.

- Сама разберешься, - вторя моим мыслям, Андрей заулыбался, как объевшийся сметаны кот. – А мы потом проверим на прочность.

- Ну, ты… - не сдержавшись, попыталась ударить его кулаком.

- Да, мы такие… - перехватив мою руку, едва ли не замурлыкал Андрей. Переход от шута горохового к тому крестному, с которым лучше не спорить, был молниеносным. – Значит так, девочка, больше никаких историй. Входишь в группу Людмилы Викторовны. От нее – ни на шаг. Петр и Кирилл отвечают за тебя головой, не подведи их.

- А иначе? – несмотря на запредельную жесткость его тона, нашла я в себе силы огрызнуться.

- А иначе, - холодно глядя на меня, медленно начал Андрей, - первым бортом в Москву. И под надзор Трубецкого, пока мы не вернемся. Это понятно?

Жутко хотелось сказать что-нибудь колкое, но я не стала. Где находился предел крестного, мне было хорошо известно.

- Понятно, - уже спокойно произнесла я. – Оружие дашь?

Андрей, на мгновенье закатив глаза, расстегнул куртку. Достав сверток из палаточной ткани, протянул мне.

Взяв, разворачивать не стала, тут же засунула под жилет. Останусь одна, посмотрю.

- А магофон? – застегнувшись, вновь посмотрела на крестного.

- Может тебе еще ключ от сейфа, где деньги лежат? – буркнул Андрей, но прежде чем я ответила, что код, как минимум от одного его сейфа, у меня есть, полез в карман. – Держи, вымогательница, - подал он мне магофон.

- Еще даже не начинала, - отзеркалила я тон крестного.

А то он сам не понимал, что эти две вещи – базовый набор для выживания, когда не знаешь, откуда прилетит.

- Ладно, - уже мягче начал Андрей, - ты девочка разумная…

- Подожди! – вспомнила я то, что меня беспокоило. – Я видела здесь мужика, который из вагона.

- Из какого… Ты уверена? – тут же сообразил он, о чем шла речь.

Моя дорога в Москву. Поезд. Мальчик с отравлением волчьей ягодой. И двое мужчин, стоявших в коридоре.

Одного я потом видела в городе, он пытался похитить этого самого пацана. А вот второй…

Когда зацепила взглядом, признала не сразу. Да и немудрено! Там он был вальяжный, холеный. Когда разговаривал с Исмаилом, на фоне других спасателей совершенно не выделялся.

Возможно, я бы его так и не признала, но когда пересеклись во второй раз, находился этот мужик значительно ближе.

- Да, уверена, - твердо произнесла я. – Сначала разговаривал с Исмаилом, а потом что-то передал Махмеду.

- С Исмаилом? – равнодушно, вроде как это не имело никакого отношения к делу, уточнил Андрей.

Говорить о том, что вспыхнувший у него азарт секретом для меня не стал, я не собиралась. Про мою эмпатию Андрей знал, мог и сам сообразить, что прокололся.

Но в памяти пометку сделала. Про Махмеда благодаря попытке моего похищения все было понятно, а вот Исмаил…

До этого момента у меня даже мысли не возникало, что он тоже может быть среди врагов.

***

Ночь – не ночь, слишком много света. Да и суета вокруг. Люди. Машины…

Непохожая на дождь морось. Одиночество…

Одиночество тоже было обманчивым. К приемному модулю госпитального комплекса постоянно подъезжали машины с эвакуационными командами. Да и народу, хоть и не пересменка, вокруг крутилось достаточно.

Неожиданная мысль пришла мне в голову, когда Андрей, направляясь к появившемуся у выезда с площадки минивэну, отошел уже шагов на десять.

- Крестный, - окликнула я его почему-то не по имени.

Остановился Андрей вроде как нехотя. Развернулся, посмотрел на меня недовольно и проворчал вопросительно:

- Ну?

И на этот раз его интонациям я не поверила – крестный опять фонил интересом, но медлить не стала. У Андрея были свои задачи, не стоило его слишком задерживать.

- Крестный, я – поисковик! – попытавшись выразиться коротко, произнесла я четко и твердо.

- Поисковики свое дело сделали, - нахмурился Андрей.

Ну-ну… сам едва ни пылал любопытством, прекрасно понимая, что повторять дважды одно и тоже мне не требовалось. А раз так, то мои слова несли не тот смысл, что лежал на поверхности.

- Да я не про то! – подтверждая его предположение, дернула я рукой.

Ожидаемого вопроса не последовало, пришлось продолжать самой. Правда, лишь после того, как подошел. Кричать, учитывая то, что нас могли услышать, я не собиралась. И так уже наговорила лишнего.

- Где могут вскрыть контейнер с вибрионом? – с подтекстом уточнила я, когда Андрей, демонстрируя легкое раздражение, остановился напротив.

Выражение его лица изменилось резко, в очередной раз показав другого крестного:

- Сашка… - Предупреждение прозвучало многообещающе, напомнив о первом же борте в Москву.

- Подожди, - ничуть не испугавшись, отмахнулась я от него. – Под угрозой источники воды, пищевые блоки и эвакуационные площадки.

На этот раз, что порадовало, с замечаниями Андрей не торопился.

- Нужно организовать медицинский патруль, - продолжила я озвучивать возникшую у меня идею.

- Он и так уже организован, - заметил Андрей, но знакомо прищурился, словно напав на след. – Все эвакуационные площадки под контролем.

Впрочем, в этом я и не сомневалась. Одно из требований при ликвидации ЧС – эпидемиологическая безопасность. Все, что могло стать источником заражения, проверялось и перепроверялось. Включая регулярный медицинский осмотр находившихся в лагере людей.

Но сейчас я говорила о другом. О целенаправленном поиске.

- У меня есть связь с Махмедом, - начала я с тех аргументов, которые могли оказаться решающими. - Я была в машине, где находился контейнер. Я могу походить с патрулем…

- Стоп! – коротко оборвал меня Андрей.

И ведь ни морщин на лбу, ни малейшего признака задумчивости на выглядевшей безмятежно физиономии, но я буквально «видела», как выстраиваются в его мозгу грандиозные планы.

И чем дольше он молчал, тем сильнее была уверена, что за предложение крестный зацепился. И единственное, что вызывало закономерное сомнение – мое участие в дальнейших событиях. С нашими семейными талантами вероятность того, что окажусь в самой гуще событий, была достаточно велика.

Я это понимала. Он это понимал, не зря совсем недавно упомянув, что двое Вороновых с их удачливостью тяжелой ношей лягут на его плечи. Но…

Два вскрытых контейнера с холерным вибрионом могли стать огромной проблемой. И это меняло все.