Читать книгу - "Кровь Дезидерия - Али Стюббе"

позволю тебе подготовиться. Я уверен, что у Коры целый день запланирован, чтобы подготовить тебя к вечерним празднествам. Увидимся, когда солнце начнет садиться. — Он оставляет еще один поцелуй на моей щеке, позволяя своим губам задержаться на секунду дольше, затем оставляет меня у моей двери. Он снова уходит, не дав мне ни секунды разговора.

Кажется, я не могу угнаться за волнами его эмоций, поскольку я снова оказалась на мели в море, вынужденная ориентироваться в непредсказуемой погоде. В какой-то момент я собираюсь сдаться и позволить себе уплыть и оставить его страдать в его собственном водовороте.

Эйден был прав; у Коры действительно были планы по подготовке к сегодняшнему балу. Я захожу в свою комнату в надежде выкроить немного времени для себя, но захожу на станцию для прически и макияжа, платье разбросано по моей кровати, а ванна нагрета и готова для меня. Я сказала ей, что это слишком, но она настаивает, что это должно быть сверх меры и что нам нужно каждую секунду дня готовиться к тому, чтобы сделать это особенным. Мой первый бал.

Она ставит сложенную перегородку между основной частью комнаты и ванной, позволяя мне понежиться в ванне, на которой плавают лепестки роз. Я вижу зеленые вершины вдалеке, с серыми перьями, которые сворачиваются и расходятся по небу, пропуская сквозь себя частички тепла.

У большинства высших фейри есть кто-то, кто помогает им собираться, вымыть голову и все остальное. Но Кора знает, что я люблю уединение. Она просто не знает, что это делается для того, чтобы скрыть шрамы на моем теле. Когда она только начинала шесть лет назад, она однажды спросила меня, почему я всегда ношу такие консервативные платья. Мне пришлось сделать паузу, только затем, чтобы сказать ей, что это потому, что я нахожу их удобными и что так хочет мой отец. Это, казалось, удержало ее от повторного вопроса.

Я вытираю теплые капли, которые скатываются по моей светлой коже, после того, как умываюсь мылом и убеждаюсь, что каждая частичка меня гладкая, согласно инструкциям Коры. Она сказала мне: — Никогда не знаешь, что может случиться на балу.

Когда я заканчиваю сушку, я слышу шуршание платья. Полностью черное платье перекидывается через верхнюю часть перегородки и накидывается на меня, чтобы я могла втиснуться в него после того, как смою воду со своего тела. Я поднимаю платье и держу его перед собой, восхищаясь замысловатым рисунком, вышитым на кружеве.

— Дай мне знать, когда будешь полностью одета, ты, скромница, — дразнит Кора, хотя я сдерживаю вздрагивание от шутки.

Я задираю черное кружевное белье до бедер и застегиваю бюстгальтер, который выглядит достаточно съедобно для любого мужчины, хотя это можно увидеть только собственными глазами. Я признаю, что питаю слабость к модному нижнему белью; то, как оно облегает мои изгибы, когда тонкий материал ложится на мою кожу, заставляет меня чувствовать себя желанной. Я никогда не буду озвучивать, что это заставляет меня чувствовать, хотя бы потому, что Кора устроила бы вечеринку. Она покупает мне самое чувственное нижнее белье, несмотря на то, как консервативно я одеваюсь, говоря, что в нем я почувствую себя сексуальной. Я не могу не согласиться с этим.

Следующим я надеваю платье, и юбка опускается чуть ниже моей талии причудливым водоворотом сверкающего черного. Платье — полуночные объятия с поцелуем сверкающих звезд. Я просовываю руки в кружевные рукава, когда верх платья волнами ниспадает на мои ключицы. После нескольких изнурительных минут мне удается застегнуть молнию на спине и застегнуть застежку. Я обхожу перегородку и нахожу Кору занятой выбором пары туфель для меня, поскольку тапочки могут не подойти для такого экстравагантного мероприятия.

Она встает с парой серебряных туфель на каблуках, которые под солнцем выглядят как бриллианты. Когда она видит меня, она ахает.

— Святые боги, Эмма. Ты вскружишь головы каждому мужчине на балу. Ты как Богиня Ночи. Эйден не сможет устоять перед тобой сейчас. — Она подмигивает мне, и я не могу сдержать тихий смешок, который издаю, качая головой. Мокрые пряди моих волос прилипают к лицу, и Кора весело фыркает. — Давай, позволь мне сотворить мою магию.

Кора не торопится приводить меня в порядок с прической и макияжем, сплетничая обо всем, в том числе о том, как я раскрыла секрет моментов, которые разделила с Эйденом, перейдя черту дружбы.

— Заткнись! — визжит она. — Как ты только сейчас мне это говоришь?! Подожди! Не отвечай на это, мне все равно, потому что ты говоришь мне сейчас. Но тогда, почему он вел себя так странно раньше?

Я смотрю на нее через зеркало, пока она заканчивает завивать несколько прядей моих волос.

— В том-то и дело. — Я вздыхаю. — Только что он был милым и приставал ко мне, а в следующую минуту практически избегает меня.

Я объясняю, почему часть меня отталкивает его и хочет просто поговорить, а также то, что он сказал перед тем, как я вошла сегодня в свою комнату.

— Ну, есть разница между тем, чтобы дать тебе время, и тем, чтобы быть задницей. Но есть одна вещь, которую я точно знаю… — Она смотрит на меня с широкой ухмылкой, растягивающейся на ее лице, делая драматическую паузу. — Он не сможет игнорировать тебя, когда увидит. Ты как ходячий сон, полный обещаний в ночи.

— Боги, Кора. — Я смущенно опускаю голову на руки, желая быть хотя бы наполовину такой уверенной, как она.

Она нежно шлепает меня по руке.

— Хорошо, я остановлюсь, сейчас. Позволь мне закончить последнюю часть, потому что бал вот-вот начнется. — Она визжит от возбуждения.

Кора смогла привести себя в порядок в перерывах между нашими разговорами, когда мне нужно было сделать паузу и перекусить кое-какими угощениями, которые принесли с кухни.

Когда я полностью заканчиваю собираться, я оглядываю себя в зеркале. Длинные темные ресницы обрамляют серые озера, смотрящие на меня в ответ. Мои волосы слегка завиты, но уложены в элегантную прическу, позволяя небольшим волнам падать, обрамляя мое лицо. Я обернула шею темным прозрачным шарфом, чтобы скрыть от посторонних глаз отвратительное ожерелье, и оно мягко прилегает к кружевному верху платья, которое облегает мой торс, изгибаясь над грудью. Юбка вспыхивает водопадом темных обещаний, а из-под нее выглядывают сверкающие каблуки. Мои губы накрашены глубоким рубиновым вином.

Кора дополняет образ моей маской. В конце концов, это бал-маскарад, и моя маска такая же темная, как и мое платье. Как перья ворона, таинственная и окутанная ночью. Она обвязывается вокруг моей головы лентой, но сидит удобно, закрывая меня