Читать книгу - "Любовь викинга - Конни Мейсон"

Вульф сел на скамью, указанную ему Боргом, и стал ожидать, что будет дальше. Пока члены семейства толпились вокруг Рейны, обнимая ее по нескольку раз, Вульф стал осматривать дом, куда ему довелось попасть. Дом был велик, но Вульф увидел лишь двух рабынь. Его внимание мгновенно привлекла высокая молодая светловолосая женщина. У нее была внешность северянки, и ему стало интересно, не из его ли она страны.

Похоже, подтверждались слова Майды о том, что семье пришлось продать невольников, чтобы хоть как-то выжить после набега. Что касается дома, то он был уютным и теплым, но без украшений и богатой меблировки, как дом Хагара.

От восхитительного запаха, идущего от разнообразных железных котлов, висящих над огнем, у Вульфа побежали слюнки. Он смотрел, как члены семейства рассаживаются за столом, и заподозрил, что его надумали уморить голодом. Однако он ошибся, ибо после того как членам семейства подали дымящиеся миски, наполненные жарким, и толстые куски хлеба, светловолосая рабыня принесла и ему миску жаркого, ложку и кусок хлеба, намазанный желтым маслом, а потом села на скамью рядом с ним.

– Ты норвежец? – тихо спросила девушка.

– Да, и ты тоже, если не ошибаюсь.

– Да, меня захватили во время набега прошлым летом и продали ярлу Гаральду на рынке рабов в Рике. Меня зовут Галея.

– С тобой хорошо обращаются, Галея?

– Да, но работать приходится много. Когда Гаральд купит еще рабов, станет легче. – Она вздохнула. – Будь боги более благосклонны ко мне, я сейчас сидела бы дома, с родителями и сестрами. Ведь мне единственной из четырех сестер так не повезло, только меня похитили.

– Галея! – крикнул Борг. – Принеси нам пива. И наполни рог нашему новому рабу.

Галея поспешила выполнить распоряжения Борга. Вульф погрузил ломоть хлеба в подливу и сунул его в рот. Еда была такой же прекрасной, как и ее запах, и он с жадностью стал есть. Жаркое оказалось сытным, да и размеры порции удовлетворили Вульфа. Не нужно было особо присматриваться, чтобы заметить: после набега дела у семьи шли не лучшим образом, и Вульф ощутил укол вины. Но, совершая набег, он был слишком поглощен своим горем, чтобы беспокоиться о хуторе или его обитателях.

Майда встала, чтобы помочь рабыням убрать со стола посуду и остатки пищи. Вульф уже немного расслабился, когда услышал, как Майда сказала:

– Рейна, прикажи своему рабу принести воды из колодца. Бочка пуста.

Вульф встретился взглядом с Рейной. Его взгляд был вызывающим, ее – решительным.

Рейна изящно поднялась со скамьи.

– Я покажу ему, где у нас колодец. Следуй за мной, Вульф.

Вульф выждал, опасаясь вмешательства ее братьев, но те не отреагировали, и он пошел за женщиной во двор. Колодец оказался не в центре двора, а за одной из хозяйственных построек.

– Чтобы наполнить бочку, понадобится несколько раз сходить за водой, – пояснила Рейна, когда Вульф опустил в колодец деревянное ведро.

Вульф нахмурился и наградил ее уничижительным взглядом:

– Думаю, теперь, когда ты можешь приказывать мне, ты счастлива.

Рейна отреагировала на это довольной улыбкой.

– Я чрезвычайно счастлива. Скажи спасибо, что ты вообще еще жив. Быть рабом не так уж и плохо, если вспомнить о втором варианте. Теперь ты понимаешь, каково было мне. Страдает ли твоя гордость от того, что ты прислуживаешь мне? Стыдно ли тебе? Чувствуешь ли ты себя человеком второго сорта?

Вульф чувствовал не только все это, но и кое-что еще. Беспомощность. Бешенство. И по-прежнему – голод, он хотел эту хитрую датчанку, которая стояла рядом с ним, самодовольная и чересчур красивая, чтобы он мог сохранять спокойствие. Как же ему удастся протянуть всю зиму в ее обществе и ни разу не пойти на поводу у своего желания швырнуть ее на землю и вонзиться в нее?

– Ведро уже наполнилось, неси его в дом, – приказала Рейна, обрывая его похотливые мысли.

Вульф теперь просто кипел от гнева. Его ударили по голове, в бессознательном состоянии перевезли через море на землю датчан и сделали рабом – и он хотел восстать против такой неблагосклонности богов. Как вышло, что за такое короткое время его жизнь пошла наперекосяк? Он свирепо глянул на Рейну, прекрасно понимая, что пока никак не может изменить свое нынешнее положение – ему оставалось только сдерживать чувства и ждать, когда прибудет выкуп.

Забыв о своем низком положении, как и об опасности идти на поводу у сиюминутных желаний, Вульф обхватил Рейну за талию, резко притянул женщину к себе и поцеловал.

Рейна почувствовала в его поцелуе гнев и разочарование – эти чувства были ей знакомы по собственному опыту. И хотя она отчаянно боролась с собой, поцелуй вызвал у нее ощущения, которые она пыталась подавлять. Она вспомнила о его ласках и о том, как бурно ответила на них. Вначале она была напугана, так как не позволяла ни одному мужчине прикасаться к себе с тех самых пор, как ее жестоко изнасиловали.

Но, несмотря на то, что Вульф был мужчиной крупным, несмотря на внешнюю грубость, он не причинил ей боли. Он был умелым любовником и требовал ответа на свои ласки – и она охотно ответила ему. Их обоюдная страсть доставила ей невероятное наслаждение.

Поцелуи Вульфа становились все отчаяннее, его язык проскользнул между ее зубами и принялся исследовать ее рот. Сдавленный крик вырвался из ее горла, когда она почувствовала его руки на своей груди – они мяли ее нежные холмы и пощипывали соски, и те сразу же затвердели.

«Этого не должно происходить!» – возмутилась Рейна. Ее братья убили бы Вульфа, если бы узнали, что он делает. Доводы рассудка заставили ее прервать поцелуй и оттолкнуть Вульфа.

– Зачем ты это сделал? – строго спросила она.

– Я хочу тебя, Рейна. То, что я сейчас пленник, ничего не меняет. Сколько раз тебе нужно спасти мне жизнь, прежде чем ты поймешь, что хочешь меня так же сильно, как я тебя?

– Да ты с ума сошел! – возмутилась Рейна. – Мои братья убьют тебя, если увидят, что ты меня целуешь.

Вульф пожал плечами.

– Возможно, лучше смерть, чем ярмо рабства.

Рейна, все еще не придя в себя от поцелуя, отступила на шаг.