Читать книгу - "Медвежье сердце - Елена Михалёва"

бы найти себе человека, который будет мне готовить хотя бы раз в день. Трата времени на все эти кулинарные изыски не для меня.

Иврос пожал плечами.

– А по мне так вполне съедобно, – признался он, а затем внимательно оглядел кусок птицы. – Но, клянусь тебе, эту курицу рубил бравый воин своим обоюдоострым мечом в темном подвале. При этом она явно пыталась убежать.

Керика смерила его тяжелым взглядом.

– Но зато картошка порезана просто ювелирно. – Иврос широко улыбнулся. – И к моркови не придерешься.

– Ешь молча, – чародейка замахнулась вилкой, делая вид, что хочет ударить его по голове. – У нас впереди урок. И еще начнем наносить тебе руны на те части тела, которые не успели пострадать.

Но импери хранил молчание не более нескольких минут, пока обгладывал куриные ножки.

– А что удалось выяснить насчет осколков того кинжала, которые нашли рабочие в Академии? – вдруг вспомнил он.

Керика отделила мясо от костей и занималась тем, что смешивала его с овощами. Она сидела, удобно вытянув босые ноги поближе к горящему очагу. Иврос невольно заметил на ее открытой коже светло-серые руны. На одной лодыжке – цепь из мелких рунических буковок, которая узкими полосками сбегала к пальцам. А на другой стопе – аккуратная печать в виде цветка, который при более внимательном рассмотрении оказался звездочкой бадьяна.

– Бергард сказал, что это действительно сломанный реликт, – подтвердила чародейка. – И он практически уверен в том, что сила вырвалась изнутри, а не действовала снаружи.

– Инферно? – Норлан перестал жевать. Он смотрел встревоженно.

Керика молчала, глядя в огонь.

– Боги, тетушка! – Ив с негодованием нахмурился. – Инферно? Говори же!

Чародейка задумчиво пожевала губу.

– Бергард утверждает, что, судя по всему, в этом кинжале действительно был Неукрощенный огонь, – наконец произнесла она. – И если кто-то пронес его на экзамен, то не ради того, чтобы смухлевать и облегчить себе сдачу. На рукояти есть зазубрина, совсем свежая. В том месте, где маленькое навершие должно было крепиться к эфесу. Но навершия так и не нашли. Его разорвало в тот момент, когда сломали кинжал. Умышленно, Иврос.

– Взрыв не был случайностью, – импери с пониманием кивнул. – Император знает?

– Конечно. Авериус уже доложил. Ведется более подробное расследование. Я буду держать тебя в курсе. Но мы с Авериусом решили, что Гвин лучше не знать, – Керика многозначительно приподняла брови. – Хватит с нее пока переживаний.

– Значит, не несчастный случай. Не нравится мне все это, тетушка. А ты еще и отпустила эту убийцу, – с укором произнес Ив.

– Она не убийца. – Мастер над рунами отправила в рот кусочек птицы вместе с аппетитной оранжевой морковкой. – И мы увидим ее еще до полуночи, могу побиться об заклад.

– Не надо ни обо что биться, – импери хотел поморщиться, но воздержался, вспомнив про свои свежие синяки. – Нам еще руны наносить.

– Тогда доедай быстрее.

* * *

В подвале густо пахло жженой костью и каленым железом. В сложном перегонном аппарате кипели чернила. Редкие пузырьки вздувались в колбочках над спиртовыми горелками. Помимо острого запаха, жидкость имела приятный графитово-черный цвет и густую маслянистую текстуру. Текучая и пластичная, она перемещалась по тонким трубочкам по мере нагревания и стекала в колбу с толстыми стенками.

Иврос слушал предельно внимательно все, что рассказывала ему мастер над рунами, а говорила она много. О веществах и способах их обработки. О целях и свойствах тех субстанций, которые были нужны им в текущий момент. О том, как составляется узор из рун и оккультных символов. Чем руны отличаются от печатей, а печати от клейм. Почему руны нельзя сравнивать с обычными татуировками, которые так любят матросы. Какие вообще существуют способы нанесения и снятия рун. Как усилить рисунок чарами, и многое другое. Но оба прекрасно понимали, что это вершина айсберга, вводная лекция. Пока что Ивросу требовалось лишь уловить общий смысл. На глубокое изучение уйдут годы.

– Тебе мы нанесем защитные и усиливающие руны. Я сегодня почти не спала – придумывала узор специально для тебя: молодой импери с древней кровью рода Хагморов, – по ее тону стало понятно, что Керика в предвкушении. – Они пойдут от запястья правой руки вверх на плечо и частично захватят шею. А на левой руке они в нескольких местах обхватят предплечье и плечо. Но, разумеется, все это мы выполним не за один раз.

– Ты устанешь? – Норлан с интересом наблюдал за тем, как женщина готовит инструменты.

– Устанешь ты, – решив, что чернил уже достаточно, она отлила часть получившейся серой субстанции в отдельную колбу и добавила туда полупрозрачный отвар сине-зеленого цвета, закупорила пробкой и принялась взбалтывать. – Сейчас мы немного снизим вязкость и заодно остудим краску. И начнем.

– А ты сделаешь мне такую же, как у мастера Гарана? – спросил Иврос и затем уточнил: – Ту, которая отвлекает мелких хищников от нападения.

– Ах, эту, – Керика усмехнулась. – Да, в том числе.

Она заметила заинтересованность на его лице, блеск в глазах, а еще довольную улыбку, совершенно искреннюю. Потому чародейка не удержалась и потрепала сидевшего перед ней мужчину по заросшей щеке, точно тот был зеленым юнцом, а она действительно приходилась ему родной тетушкой.

– Мой мальчик, – она тихо рассмеялась, наблюдая его изумление. – Чем больше провожу времени с тобой, тем больше убеждаюсь в том, насколько сильно именно тебя нашей семье и не хватало. Ладно, хватит уже болтать, у меня все готово. Поворачивайся ко мне правым плечом и начнем, пока краска не схватилась.

Керика Гарана работала сосредоточенно. Ивросу она даже показалась излишне задумчивой. Для нее самой действие было медитативным. Поначалу чародейка поясняла все, что делает, но потом прекратила, погрузившись в процесс. Норлану показалось, что в какой-то момент она начала думать не о рунах на его теле, а о чем-то ином.

Сам же импери старался прислушаться к собственным ощущениям. Он плохо помнил тот день, когда матушка ставила ему печать с хельбьерном. Она дала ему выпить пряный отвар под видом чая от простуды, которую Ив подхватил, купаясь в холодном море, и несколько часов он провел в полудреме, лишь изредка приходил в себя и спрашивал, что она делает и почему так жжет плечо. Ашада Норлан отвечала, что это защитный знак, беспокоиться ему не о чем, пусть поправляется и отдыхает. Однако она не уточняла, от кого именно защищает этот знак. А наутро он проснулся уже с медведем на плече. Объяснить мать обещала позже, но ей так и не довелось выполнить это обещание.

Работа Керики, безусловно, отличалась от манипуляций лесной ведьмы, которая и вправду действовала скорее по наитию. Чародейка прямо отвечала на