Читать книгу - "Ватарион. Книга 2. Маскарад Хаоса - Лия Шах"

тебе платить. - назидательно изрекла госпожа. - Иначе впустую потратишь свое время, прислуживая тем, кто этого не увидит и не оценит. Например, можешь пойти на службу ко мне. Я буду платить тебе серебрушку в день.

- Серебрушку?!! - задохнулся от восторга Дан. - К вам?!! А можно?!! Правда можно?!!

- Не хочешь? - с сомнением протянула девушка.

- Очень хочу! - поспешил заверить он леди. - Вот мама обрадуется! Папа как ушел на войну, мы только раз в день кушать стали. А теперь сможем кушать чаще! Уррра!

- Не кричи, Дан. - приказала госпожа. - Ты теперь служишь эрцгерцогине Адертанской. Завтра к обеду найди мое поместье, там я дам тебе задание. А сейчас возвращайся домой.

- Слушаюсь, госпожа! Я так слушаюсь! Вы не пожалеете! Спасибо! - ликовал юный прислужник, который так и не стал стражем, еще не зная, что придумала для него девушка.

Выскочив из кареты, маленький слуга Черной герцогини, счастливо стуча пятками, помчался домой к маме. Он вбежал в дом, где мама все еще сидела с подругой, и только хотел начать рассказывать о том, как видел приезд жуткой леди, как подслушал ее разговор, но вот он открыл рот, а звук издать не смог. Дан подумал тогда, что это от осознания ответственности, ведь он клятву дал, а посему нельзя маме ничего рассказывать. Но о том, что он пойдет служить к этой леди, сказал. И про серебрушку сказал.

Но мама ему не поверила. Кто ж возьмет этого непоседу в знатный дом? Никто, конечно. Вот выдумщик.

Глава 6. Возвращение в столицу и встреча с сестрой

Поверить не могу. На ужин он, видите ли, зовет. Возомнил, что раз я прибыла по его просьбе, то между нами воцарился мир и благодать? Как бы не так. В лучшем случае, вооруженный нейтралитет. Пусть даже не надеется, что я соглашусь с ним встретиться. Благо, что мой статус позволяет мне смело игнорировать эти его... приглашения. Но лицо Дорина было очень говорящим, когда он узнал о моем возвышении. Только... Почему там был страх? Я ведь не ошиблась, Дорин испугался, когда услышал, что я теперь стала эрцгерцогиней. Непонятно. И странно.

А эта ситуация на дороге? Мальчишка действительно был настолько смел, что решил подслушать разговор самой Черной герцогини. В то время как остальные пачкают портки от звука моего имени, он в шпионов поиграть решил. И либо он слишком глуп, чтобы бояться, либо достаточно смел, чтобы соваться туда, куда остальные боятся. В любом случае, узнав, что его не подослал кто-то еще, я успокоилась. Поначалу думала, что, может, он засланец инквизиции или короля, или еще Проклятый знает кого, но потом стало ясно, что он действовал, не оглядываясь ни на кого. И тогда я решила, что этот мальчик может быть мне полезен. Юркий, шустрый, ловкий. Он сможет неплохо мне послужить. Разумеется, что-то серьезное я ему поручать не буду, но... Но кушать надо чаще, чем один раз в день. У меня есть золото, а у него свободное время. Почему бы не воспользоваться этим?

За всеми этими размышлениями мы добрались до нашего нового дома. После разговора со Старшим я думала, что Кергал в силу простолюдинского мышления приобрел не поместье, а дыру какую-то, но едва карета остановилась, мои сомнения развеялись.

Ажурный кованый забор огораживал поместье и позволял увидеть неухоженный двор. От врат вела вымощенная серым камнем широкая дорога, которая, вильнув, скрывалась в обнесенных снегом кустах. За разросшимися деревьями возвышался трехэтажный особняк, встречающий нас черными провалами окон. Да уж, здесь работы непочатый край. Но зря я, что ли, привезла с собой целую сотню слуг? Хотя... Глядя на обширную территорию поместья, может, нужно было взять больше людей.

Опираясь на запястье демона, я сошла с кареты и осмотрелась по сторонам, не спеша идти к вратам. Из обоза, будто из муравейника, спешили слуги. Ворота распахнулись, и телеги стали въезжать на территорию поместья. Люди перетаскивали сундуки и ящики с нашей поклажей, развивая бурную деятельность по приведению особняка и прилегающей к нему территории в порядок. Я еще просто осматривалась по сторонам, а они уже начали стремительно расчищать дорожку, убирать с пути наваленные ветки, а вскоре и в окнах поместья стал появляться свет. Теперь, когда у нас есть дом, их задачей было привести его в божеский вид.

Командиры тоже без дела не стояли. Сотня солдат разбилась на группы и также вошла во двор, следуя за капитанами отрядов. Для них там тоже есть отдельные казармы, как и в любом другом дворянском поместье в Таанахе.

- Стало быть, мы теперь здесь жить будем? - появившись у меня за спиной, довольно улыбался Тиль.

- Где это ты жить собрался, уважаемый Великий герцог? - недобро прищурилась я, немного поворачивая голову в сторону жизнерадостного монаха. - У тебя свой дом есть. Туда и иди жить.

- Ты долго еще на меня дуться будешь? - закатил он глаза.

- Кто это тут дуется? - возмутилась я. - Забыл? У меня, вообще-то, сердца нет.

- Ты мне до старости эти слова припоминать будешь? - подавшись вперед, широко улыбался парень.

- Еще чего. - заворчала я. - Я не планирую общаться с тобой так долго. Да я вообще больше не планирую с тобой общаться. Иди домой.

- Солнце, ты спала со мной. - наклонившись еще ближе, шепнул на ухо негодяй. - Неужели даже на чашку отвара в гости не пустишь? Такая ветреная.

- По ошейнику соскучился, церковник? - несокрушимо вздернув подбородок, зло прошипела я.

- Я по тебе соскучился, колдунья вредная. - вздохнул парень, страдальчески закатывая глаза. - Ты меня несколько дней пытаешься не замечать. Надоело. Давай мириться.

- Вот еще. - фыркнула я, поджимая губы. - Я же пощады не знаю, прощать не умею, слезами и золотом меня не разжалобить, и что-то еще столь же замечательное. Иди отсюда подобру-поздорову, пока я не разозлилась.

- Так. - строго посмотрел на меня Тиль. - Кто здесь Великий герцог, м? Почему не слушаешься? Пошли, говорю. Греться будем.

А потом просто взял и пошел! В мое, на минуточку, поместье. Вот что значит простолюдин, получивший титул ни за что. Куда только король смотрел? Никакого порядка в этом королевстве. Вздохнув, я возвела очи к небу, но и оттуда не получила никакого вменяемого ответа. То ли судьба такая, то ли ничего не поделаешь, но