Читать книгу - "Обретенный рай - Кэти Максвелл"

С оглушительным звуком лорд Маркхем сильно хлопнул по ноге парой кожаных перчаток. Джулия мгновенно повернулась к отцу.

— Ты хотела сказать, что владела Кимбервудом. Я не мог продать поместье, но мы заложили его, и с твоего благословения, должен добавить.

Джулия с горечью усмехнулась, уголки ее рта уныло опустились.

— Значит, поместье заложено целиком и надолго. Как же я могла быть такой наивной и глупой?

— Не глупой, дорогая моя, а всего лишь одной из семейства Маркхемов.

— Это одно и тоже, — гневно ответила девушка.

Лорд Маркхем кивнул головой в знак согласия. — Мы собственноручно привели нашу семью к пропасти, на краю которой сейчас находимся. Но я не могу с уверенностью сказать, что, повернись время вспять, я бы не сделал тоже самое. Как бы то ни было, но и Кимбервуд сейчас уже бесполезен. Поместьем не пользовались почти десять лет, но как только тебе исполнится двадцать пять в следующем году, оно будет продано, чтобы оплатить залоговые счета, выставленные против него.

— Почему же ты тогда мистер Вульф не хочет подождать немного и купить поместье у наших кредиторов?

— Мистер Вульф горит желанием вступить во владение поместьем как можно скорее и не хочет ждать судебного разбирательства, которое может затянуться на неопределенное время, — ответил Питер дрожащим голосом. Ему хотелось скрыть личную заинтересованность в решении вопроса и поскорее покончить с этим делом.

— Более того, я твердо настаиваю на браке, — подхватил отец. — В мои планы не входит жизнь в изгнании на континенте. Я всегда мечтал иметь состолтельного зятя.

Джулия повернула голову в сторону Питера, уголки ее прекрасного рта вдруг исказила циничная гримаса.

— И этот Брейдер Вульф так хочет заполучить Кимбервуд, что готов посадить на свою шею безумную семейку Маркхемов на всю оставшуюся жизнь?

— Ради Кимбервуда он готов оплатить все наши долги, обеспечить нам более чем достойный уровень жизни и освободить нас от заботы о тебе, Джулия, до конца наших дней, — чопорно заявил отец, явно довольный перечисленными аргументами.

Отец и дочь с вызовом смотрели друг на друга, их противоречивые желания отражались в глубине грозно застывших голубых глаз. Глаз, которыми гордились все Маркхемы и которые воспевали поэты и мечтательные влюбленные.

Гнетущую тишину, повисшую в комнате, нарушила леди Маркхем: наконец-то насытившись, она не сумела подавить отрыжку. Джулия вздрогнула как от пистолетного выстрела.

Мать смущенно вытирала губы пожелтевшей от времени салфеткой.

— Ой, извини, дорогая. Но эти ужасные бисквиты совершенно невкусные. Я с трудом проглотила их. Роджер, думаю, нам нужно рассчитать миссис Бил. Она не оправдывает своего содержания. Мой деликатный организм не может принимать подобную несъедобную пищу.

— Не стоит беспокоиться, мама. Вы и так уже не платите миссис Бил больше года. — Джулия окинула мать изучающим, не по годам мудрым и строгим взглядом. Затем, очнувшись от неприятных воспоминаний, снова переключила внимание на отца. — Я молила всевышнего, чтобы он сделал что-нибудь и избавил меня от вас, от всех вас, включая и братьев. И вот, наконец, Господь услышал мои молитвы и послал мне долгожданное освобождение.

— Ах, так? — обиженно бросила мать, и в тон ее голосу раздраженно скрипнул паркет. — Ты всегда была странным ребенком, не таким, как все. Неужели тебе никогда не хотелось почувствовать себя членом семьи? Не думай, что я не знаю о твоем чувстве превосходства над всеми нами. Твоя бабушка избаловала и испортила тебя…

Внезапно ее перебил Питер, ощутив острое желание спасти Джулию, защитить ее. Если бы только он был свободен и мог жениться на ней!

— Джулия, но ты не обязана жертвовать собой и принимать предложение этого человека…

— Нет, черт побери, еще как обязана!

— Роджер, не богохульствуй, прошу тебя. Ты же обещал мне не повышать на Джулию голос. Как только ты начинаешь кричать на нее, все идет прахом.

— Приношу свои извинения, Луиза. Но эта девчонка и так уже довела нас до грани отчаяния и выставила посмешищем перед всем светом. Она отвергла все возможности, чтобы исполнить дочерний долг и выйти замуж за приличного человека, предпочитая убежать с каким-то солдатом!

— Гусаром, — поправила его леди Маркхем.

— Черт бы побрал эту негодную девчонку! Она даже не смогла как следует совершить самоубийство и спасти нас от позора. А теперь мы должны терпеть ее присутствие, которое просто оскорбительно. Да еще этот глупый юнец, которого прислал Вульф, пытается отговорить ее от вступления в брак!

Джулия резко взмахнула рукой, обращаясь к родителям.

— Я уже приняла решение. Все остальное не имеет значения. — Затем она повернулась к Питеру. — Брейдер Вульф очень богат, Питер? Прямота Джулии покоробила молодого человека. Слова застряли у него в горле, и он с трудом выдавил:

— Ну, я не знаю истинных размеров его состояния…

— Бедный Питер. Знаю, что мы, Маркхемы, всегда шокировали тебя своей бесцеремонностью и неразборчивостью в средствах достижения цели. Это всего лишь дурной тон, — мягко добавила она. Но это уже не важно. Я приняла решение. — Она изучающе обвела взглядом всех присутствующих и произнесла. — Брейдер Вульф. Необычное имя. — При тусклом полуденном свете, струящемся через решетчатые окна, Джулия выглядела как никогда величественно. — Есть что-то зловещее в его имени. — Она одарила Питера одной из своих знаменитых, всепокоряющих улыбок. — Я согласна на брак. Итак, когда венчание?

Не обращая внимания на конюха и дворецкого, пытавшихся остановить его, Питер бросился наперерез Вульфу, который гарцевал верхом на лошади, и судорожно вцепился в поводья. Жеребец раздраженно фыркнул и нетерпеливо затанцевал на месте, цокая копытами по влажным булыжникам двора Фолкс Холла, лондонской резиденции Брейдера Вульфа. Хозяин особняка восседал верхом на дорогом чистокровном арабском скакуне высотой более семнадцати хендов[2].

— Карберри, вы что, совсем голову потеряли? Немедленно отпустите лошадь и отойдите в сторону! — приказал Вульф.

— Еще никто не говорил лорду Карберри, что не располагает временем для встречи с ним.

Вульф осадил лошадь, сильно натянув поводья. — Вы пьяны, Карберри? — строго спросил он бархатистым голосом.

— Я не пьян. Питер тяжело дышал, слова вырывались изо рта с клубами пара. — Я полагал, что вам будет небезынтересно знать, желают ли вам друзья счастья.

— У меня нет друзей. И вы сами известили меня об этом, — рассмеялся Брейдер Вульф. — Но раз уж вы рисковали жизнью, едва не бросившись под копыта моей лошади, чтобы сообщить мне новости, то я готов выслушать вас. Говорите же скорее. Я опаздываю на важную встречу.