Читать книгу - "Ремонту не подлежит - Лорен Форсайт"

для стартапа. Нулевой бюджет, зато инновационно.

После этого разговора между нами как будто все наладилось. Мы больше не рычали и не нападали друг на друга. На краткое время мы почувствовали себя в безопасности. Все было в порядке, пока мы не вспоминали о прошлом.

По пути домой в поезде я смеялась и шутила вместе со всеми и чувствовала себя среди друзей. Эрик по-прежнему не сводил глаз с Бена; я даже решила ему сказать, что это немного странно. Бен же внимательно разглядывал его, будто пытался понять, что он собой представляет. Прийя озадаченно смотрела то на них, то на меня.

– Как же наказать Хантера? – спросила Тола, и я недовольно заворчала. Дилан открыл очередную банку с пивом и протянул мне. Было странно видеть его таким вежливым.

– Спасибо. – Я задумалась. – Ну, когда меня повысят, я стану его боссом и буду им помыкать. А еще можно порезать его шейные платки на мелкие кусочки.

Эрик рассмеялся.

– Али, такие, как Хантер… похоже, он так и будет просить тебя об одолжениях и вести себя, будто оказывает услугу, даже если станет твоим подчиненным. Так работают привилегии. Это его настройка по умолчанию.

– Так, значит, – я нахмурилась, – мне придется его убить?

– Лучше всего подсунуть ему какую-нибудь богатую наследницу, чтобы он свалил в Дубай и наслаждался жизнью, уготованной ему с рождения. Минимум труда, минимум последствий, один сплошной шопинг. – Эрик рассмеялся.

– Хотелось бы посмотреть такое кино, – сказала Прийя и зевнула. – Я бы, конечно, уснула на середине и пропустила конец, но мне нравятся фильмы, где манипуляторша встречается с идиотом.

– А у Ники есть богатые подруги? – с улыбкой спросил Бен. Дилан рассмеялся.

– Кажется, большинство ее подруг – телезвезды, а не богатые наследницы, – ответил он.

– Принцесса кошачьего наполнителя, – почти задумчиво проговорила Тола. – Просто удивительно, каких высот ей удалось достичь: она сделала бренд из собственного имени. В колледже я делала презентацию, посвященную Ники. «От кошачьего лотка к вершине славы».

– Серьезно? – Я с улыбкой повернулась к ней. – Я не знала!

– Вообще-то, я не училась в колледже все четыре года, только прошла краткий курс по соцсетям. – Тола пожала плечами, улыбнулась и повернулась к остальным. – Мне нужен был не диплом, а опыт. Но теперь я жалею, что пропустила учебу. Все вспоминают колледж как лучшее время в своей жизни.

Нет, не все. Я покачала головой.

– Не все так считают, – возразила я. – К тому же, ты переехала в Нью-Йорк в восемнадцать и работала дизайнером костюмов в театре. Поверь, это лучше, чем жить на лапше быстрого приготовления и читать Кафку.

Эрик тоже покачал головой.

– Мне нравилась учеба, но… Тогда мне приходилось притворяться кем-то другим. Я иначе представлял себе колледж.

– А я бросил университет, – выпалил Дилан и посмотрел мне в глаза. – Сначала было интересно, но потом понял, что не тяну и учеба совсем меня не привлекает. Я не вписывался в эту среду. Постоянно чувствовал себя дураком. И я ушел, снял квартиру с ребятами. – Он помолчал и рассмеялся. – Как вспомню плантации плесени, которые росли на кухне, понимаю, что это был не лучший выбор. Но мне там нравилось. Я перестал себя жалеть. Перестал переживать, что разочаровал тех, кто в меня верил. Хотя поначалу мне казалось, что я их подвел.

Он, видимо, ждал моей реакции, и я слабо улыбнулась.

– Если ты так решил для себя, никто не должен испытывать разочарование. К тому же, люди часто идеализируют студенческую жизнь. Ты многого добился и без учебы.

Остальные повернулись к нам и молча на нас смотрели.

Бен первым нарушил молчание.

– Может, объясните, что происходит? С первой встречи вы двое вели себя, как заклятые враги, а теперь вдруг стали лучшими друзьями. Как это?

Дилан пожал плечами.

– Я увидел Али в работе и понял, что ей можно доверять.

– А я ждала, пока он поверит в меня, – добавила я, подтверждая его ложь.

Прийя и Бен переглянулись, но ничего не сказали.

Тола вскинула бровь и кашлянула. Она была права, надо было переходить ко второй части задания – предложению руки и сердца. За три недели мы успеем идеально подготовить ребят к встрече с инвесторами. А вот устроить помолвку за тот же срок будет гораздо сложнее.

– А чем Ники сейчас занимается? – Я сменила тему так резко, что побоялась, как бы у моих собеседников не закружилась голова. – У нее столько проектов!

Дилан вздохнул и посмотрел в окно.

– Сегодня я проснулся в шесть утра, а она снова разговаривала с подписчиками, в этот раз расхваливала свой любимый бренд пижам. Реклама. Потом сняла свое утреннее умывание с разных ракурсов, а когда я уходил, готовила спальню к фотосессии. Для этого она купила на триста фунтов шариков из розовой фольги и арендовала щенка.

Глаза Толы встревоженно округлились, но она попыталась смягчить явное пренебрежение.

– Наверно, все это требует большого труда, – сказала она.

– Вставать в пять утра и делать «естественный» макияж, чтобы потом смыть его для ролика об утреннем умывании? – Дилан рассмеялся и принялся отклеивать этикетку с бутылки пива. – Раньше я не догадывался, что соцсети – сплошная фальшивка. Мне говорили «это фейк», а я думал: «Не может быть, кому придет в голову так стараться ради фейка?» А потом встретил ту, кому это приходит в голову каждый день. Ники.

Бен толкнул его в бок.

– Да уж, бедняга Дилан: его богатая, знаменитая и красивая подружка водит его по шикарным ресторанам, организовывает путешествия первым классом и нанимает превосходных консультантов по брендингу.

Дилан вдруг посмотрел на меня, будто вспомнив, что я на стороне Ники. Если бы он знал всю правду.

– Я признателен ей, но… я думал, даже инфлюэнсеры, даже знаменитости не все выставляют напоказ.

– Да уж, – Бен хлопнул его по плечу, – на прошлой неделе она полчаса рассказывала в сториз о вашей интимной жизни. Пожалуй, это чересчур. – Лицо Дилана вытянулось, а Бен рассмеялся.

– Да шучу я! Видишь, даже у нее есть границы.

– Может быть… – Я замолчала и закусила губу, будто сомневалась, делиться ли со всеми своими мыслями. Достаточно ли прочен наш хрупкий мир. Мне хотелось, чтобы Дилан сам меня подтолкнул, и он, разумеется, попался на удочку.

– Что может быть?

– Может, она немного успокоится, если ты будешь чаще появляться перед ее подписчиками? Она влюблена и гордится тобой. Загляни в камеру и поздоровайся, когда она снимает видео; – тогда, может быть, она немного умерит пыл? Ты уже опубликовал свой первый пост. Это прогресс.

Я мягко улыбнулась, и хотя он не улыбнулся в ответ, хотя