Читать книгу - "Компот из сладкой лжи - Маша Ловыгина"

какой-нибудь мальчишка, или рыбак… Не знаю, течением снесло бы…

Остановив автомобиль чуть дальше от нужного места, Надя сложила руки на коленях. Следователь зашуршал плащом, отстегивая крепление ремня.

— Что ж, Надежда Николаевна, вэлкам? — произнес довольно бодро и первым вышел под проливной дождь.

Надя последовала за ним, осторожно ступая по расквасившейся глине. Зонт уже не особо спасал от дождя, и через несколько минут Надя, дрожа от нервного озноба, поравнялась со следователем. Мужчина достал из глубокого кармана диктофон и, натянув капюшон по самые брови, озвучил время, место и действующих лиц.

"Словно в дурной пьесе!" — подумала Надя.

— В протокол потом занесу, — объяснил Залесский. — Улика косвенная, как вы понимаете, но от этого не менее важная. Итак, где и при каких обстоятельствах вы обнаружили вещь, принадлежащую Павлу Ржевскому?

Стуча зубами, Чарушина рассказала все по новой, старательно взвешивая каждое слово и осознавая при этом, какой тяжелый груз обрушился на ее плечи. Холодные струи воды текли по ее вискам, смешиваясь с горячими слезами, которые она уже даже не пыталась остановить. И было уже и не важно, заметил ли это следователь и верит ли он в ее слезы. Какая разница, если судьба решила так жестоко поизмываться над ней и ее чувствами…

— Что-то здесь не так… — вдруг пробормотал Залесский, прерывая допрос финальным щелчком диктофона. Он подошел к самой кромке, а затем, не заботясь об обуви, сделал еще пару шагов прямо по воде.

— Клянусь, я больше ничего… — вытянула шею Надя.

Он вернулся и прошелся вдоль кустов сначала в одну сторону, затем в другую. Остановился, вперив взгляд на участок, где была машина Тураевой, и простоял так еще некоторое время.

Ежась в короткой куртке и удерживая зонт согнутым локтем, Надя старалась согреть замерзшие руки, засунув их под мышки. Полусапожки, отяжелев от впитавшейся воды и налипшей глины, казались ей орудием пытки. И все же, она продолжала следить за следователем, пытаясь понять, что же его насторожило.

Глава 25

— Вы так и будете ходить т-туда-с-сюда? — не выдержала Надя.

— Ох, ты ж! — подскочил следователь и обернулся. — Идите в машину, а лучше, уезжайте, Надежда Николаевна! Не надо здесь стоять. — Он вытащил из кармана телефон и, сунув его в недра объемного капюшона, отошел от нее еще на несколько шагов.

В глубине души Чарушина готова была ждать под дождем сколько потребуется, пока Залесский не соблаговолит поведать ей о том, что же так изменило его настрой, но холод так пробирал до костей, что она уже пальцев ног не чувствовала.

— Обнаружили что-то серьезное? — спросила она, утирая покрасневший нос.

— Нет-нет, не беспокойтесь, — откликнулся следователь таким спокойным голосом, словно она интересовалась, нравятся ли ему местные виды. — Поезжайте. А я вам позвоню. Потом. Позже.

— Желаете, чтобы я вас здесь одного оставила? — Негнущимися пальцами Надя нащупала в кармане ключи от автомобиля. — Такси ждать придется. Я ведь могу в машине просто посидеть! — Шестеренки в Надиной голове едва ворочались от промозглой сырости, но интуиция яростно требовала остаться.

— Премного благодарен вам за беспокойство. Я оперативную машину вызвал. Так что, езжайте спокойно!

— Ну и ладно, черт с вами, — пробормотала Надя, просверливая дырку в темно-серой плащ-палатке, в которой Залесский напоминал средневекового мага. А потом прокричала: — Я тогда буду ждать вашего звонка!

— Да-да! Как только понадобитесь… Ну вы в курсе.

— А вы уже были на квартире Павла с обыском? — не отставала Чарушина. — Я хотела сказать, что там нет ничего такого, что могло бы заинтересовать следствие. Ну, почти, — шмыгнула она носом, вспомнив о банковских договорах.

В конце концов, рано или поздно, информация о кредитах Ржевского вылезет наружу. С другой стороны, полстраны в банковской кабале. Вряд ли это можно считать преступным намерением. А вот опрос соседей вытащит наружу то, о чем ей пришлось промолчать — о визите Павла в квартиру. И начни она сейчас говорить об этом, как мышеловка тут же схлопнется, определив ее в ранг неблагонадежных свидетелей, а то и подельников.

"Ну, вообще-то я спала и ничего не видела…" — подумала Надя. Ее сон, такой яркий и чувственный, вновь предстал перед ее глазами. Возможно ли поверить, что этими же теплыми ладонями, которыми Павел доводил ее тело до состояния невесомости, он мог сжимать шею несчастной молодой женщины?

— Все оперативно-розыскные мероприятия проводятся согласно плану, — сквозь шум дождя донесся до нее голос Залесского. — Так что постарайтесь оставаться в зоне доступа, Надежда Николаевна. Вы можете еще понадобиться.

Надя нервно передернула плечами и заспешила к машине так быстро, насколько позволяли ей окоченевшие ноги.

Упав на сидение, она включила кондиционер и прибавила температуру. Затем полезла в сумочку за носовыми платками, а вместе с ними достала телефон. На экране высветилось несколько пропущенных звонков и сообщений.

— З-зая, привет! — клацнула зубами в трубку Надя. — Ты как? Нет, еще не читала. С-сейчас с-согреюсь только. Н-нет, не в городе, на месте преступления. Да, с запонкой, — она сморщилась, а затем звонко чихнула. — Сейчас-сейчас, открываю уже…

От теплого воздуха и обилия влаги окна основательно запотели. Надя включила дворники и откинулась на спинку кресла. Сообщение Заи гласило:

"Они были знакомы с Павлом Александровичем, представляешь?"

— Ты про Тураева? — Надя со стоном высморкалась. — Фото с открытия мужского клуба "Эгоист"? Где это вообще? А нашла как? Светская хроника? Всю ночь копала? Ты ж мой любимый археолог… Фото уже смотрю! Чуть позже тебе позвоню… А давай, встретимся у тебя в агентстве? Договорились! Жди…

Глянув на снимок, Надя почувствовала, как по спине пробежался холодок, а к щекам прилил жар. Она увидела стоявшего в профиль Тураева, левее от него — Лопухова (его круглое лицо просто лоснилось от самодовольства), других приглашенных, и среди них — Ржевского. Павел был в смокинге и улыбчив, как всегда. Хотя… Надя увеличила фото, от чего образ ее любимого мужчины несколько потускнел и размазался, однако не скрыл того факта, что Ржевский находился в некотором напряжении. Она помнила это его состояние, когда углубленный в раздумья Павел мог вот так улыбаться одними губами, изображая интерес и внимание в тот момент, когда его голова была занята совершенно другим.

На дороге показался автомобиль, и Чарушина сразу же поняла, что он направляется по душу следователя. Она могла бы понаблюдать в стороне за тем, что будет происходить дальше, но что-то подсказывало ей, что Залесский и иже с ним попросят ее свалить и не мешать. Не портить же из-за этого едва наладившиеся отношения со следователем? Да и выглядел он на