Читать книгу - "Серебряное пламя - Ханна Хауэлл"

– Откуда ты знаешь, что у Арабел есть влиятельные связи?

Вспомнив, где он узнал о связях Арабел, Фартинг постарался придумать правдоподобное объяснение.

– За шесть лет, что мы наблюдаем за этой парочкой, многое можно было узнать, дорогая, – уклончиво ответил он. – Скажи лучше, какая связь между тем фактом, что Арабел имеет законные права на тебя, и твоим неожиданным решением выйти замуж за Гэмела?

– Ну, если я выйду за него замуж, я стану его собственностью, а не Арабел и Малиса.

– Понятно. Но этого недостаточно. Ни один из них не признает этот брак.

– Конечно. Но им будет сложнее требовать моего возращения домой, если на их пути будет стоять муж, обвенчанный со мной по законам церкви.

– Да, – медленно произнес Фартинг, – влиятельные лица, к которым Арабел обратится за помощью, поддержат ее не по доброй воле, а под угрозой шантажа. Так что вряд ли с готовностью поспешат на выручку. Скорее всего они охотно ухватятся за препятствие в виде мужа и заявят, что рады бы помочь, но закон не позволяет им действовать.

Подойдя к кровати, он прислонился к одному из узорных столбиков, на которые опирался балдахин, и скрестил руки на груди.

– Тем не менее, выйдя замуж, ты на всю жизнь свяжешь себя с Гэмелом Логаном, чтобы избежать угрозы, которая может оказаться временной. Стоит ли игра свеч?

– Совсем не обязательно.

– Дорогая, речь идет не о сделке, рассчитанной на определенный срок, а о клятвах, которые даются в присутствии священника. Такие клятвы все равно что вырублены в камне.

Шайн отложила щетку и повернулась к нему лицом.

– И все же это не совсем так. Леди Эдина назвала мне несколько причин, позволяющих признать мой брак с Гэмелом недействительным. Во-первых, Гэмел – незаконнорожденный, а я – девушка благородного происхождения. Возможно, это несправедливо, но может служить достаточным основанием для расторжения брака. Она также упомянула о принуждении и том факте, что я значительно богаче Гэмела.

– Что ж, это может сработать. Но ты уверена, что Гэмел согласится на подобное условие?

– Он уже согласился. Даже угроза со стороны Броуди не заставила бы меня выйти за него замуж, если бы он не поклялся, что даст мне свободу, если я того пожелаю.

– Представляю, чего ему стоило это согласие.

– Да, он дал его не слишком охотно.

– И ты веришь, что он сдержит обещание?

– Верю. – Шайн нахмурилась. – Ты сомневаешься в том, что он человек чести? – Она обнаружила, что чувствует себя оскорбленной сомнениями в порядочности Гэмела.

– Да нет. Этот олух не лишен благородства, но он мужчина, подверженный страстям. Я допускаю, что он намерен сдержать свое слово и будет испытывать жгучий стыд, если ему это не удастся, но всегда остается шанс, что страсть возьмет верх над честью. В гостинице так и случилось. Вспомни-ка.

– Возможно, хотя большинство мужчин смотрит на такие вещи иначе. С их точки зрения, Гэмел всего лишь заманил в свою постель очередную девицу. Тот факт, что этот поступок до сих пор мучает его, только подтверждает его порядочность. Впрочем, что бы он ни думал, он сдержит свое обещание. Возможно, к тому времени, когда мы покончим с Броуди, его страсть утихнет, и он будет только рад избавиться от меня. – Эта мысль причинила ей боль, и Шайн мысленно покачала головой, поражаясь собственным причудам. Как можно настаивать на том, чтобы Гэмел предоставил ей свободу, и огорчаться, что он может именно так и поступить?

– Думаю, он сделает все возможное, чтобы заставить тебя остаться, – сказал Фартинг, прервав ее размышления.

Шайн пожала плечами.

– Может, это не так уж плохо, Фартинг? Ведь если Гэмелу удастся добиться того, чтобы я захотела оставаться его женой, у нас не будет причин для расторжения брака.

– При условии, что он действительно добьется этого, а не заморочит тебе голову настолько, что ты перестанешь понимать, чего ты на самом деле хочешь. – Он подошел ближе и, приобняв, поставил на ноги. – Но есть другой способ сыграть в эту игру.

– Да? И какой же?

– Выходи за меня замуж. – Он нежно притянул ее в объятия. – Ты получишь мужа, который тебе необходим, но не будешь страдать от требований, предъявляемых тебе Гэмелом.

Шайн изумленно уставилась на Фартинга. На мгновение ей показалось, что такое предложение является идеальным решением ее проблем, но вскоре она осознала всю иллюзорность этого. Вряд ли такой брак положит конец притязаниям Гэмела, скорее усилит их. Фартинг и раньше был колючкой в его боку. Страшно подумать, какой воцарится хаос, если она выйдет за Фартинга. Возможно, она даже потеряет поддержку Логанов, в которой столь отчаянно нуждается. У Фартинга и его отца недостаточно сил, чтобы бороться с Броуди и их союзниками, пусть даже невольными. Пусть это эгоистично – отказать Фартингу по такой причине, но она не может поступить иначе.

Шайн была готова отвергнуть великодушное предложение Фартинга, когда услышала звук поворачивающейся дверной ручки. Не успела она повернуться к двери, как та с грохотом распахнулась. На пороге стоял Гэмел. Руки его были сжаты в кулаки, а во взгляде, устремленном на Фартинга, сверкала холодная ярость. Однако, вопреки ожиданиям Шайн, он не бросился на Фартинга, и она задалась вопросом, не научился ли он наконец сдерживать свою неприязнь к ее другу.

– Могу я спросить, что он здесь делает? – прорычал Гэмел.

– Можешь, – лениво отозвался Фартинг. – Если у тебя не хватает ума и воспитания понять, что тебя это не касается.

Гэмел шагнул к Фартингу, и Шайн поспешно встала между мужчинами, лихорадочно пытаясь придумать, что сказать, чтобы отвлечь их от назревающей схватки. Изобразив улыбку, она приподняла юбки роскошного голубого платья, подаренного леди Эдиной.

– Разве это не самое прелестное платье из всех, что вам приходилось видеть? – поинтересовалась она.

Эта кокетливая реплика была настолько не в ее духе, что они оба уставились на нее с таким видом, словно у нее вдруг выросли рога. Шайн вздохнула, утешаясь мыслью, что по крайней мере ей удалось отвлечь их внимание на себя.

– Да, очень красивое платье, – пробормотал Гэмел.

– К черту платье, – огрызнулась Шайн. – Я всего лишь хотела, чтобы вы перестали рычать друг на друга, как одичавшие псы.

– Тогда, может, ты объяснишь, что он делает в твоей комнате? – осведомился Гэмел, шагнув к Шайн и оттащив ее от Фартинга.

– А почему он не должен находиться здесь? Что в этом такого? – Шайн взглянула на Фартинга, который снова прислонился к столбику кровати, с интересом наблюдая за ней и Гэмелом.

– Ты не должна принимать посторонних мужчин в своей спальне.

– Это кто посторонний? Фартинг? Я шесть лет спала в одной комнате с ним.