Читать книгу - "В поисках королевы - Адриана Максимова"

от Лейфа и Дора не было. Мариан нервничал, но старался этого не показывать. Ему снились кошмары, после которых он просыпался измученным и больным, словно злые духи или демоны пытались забрать его силы, питались им. Ловушки, выставленные для них, оказались пустыми. А значит, дело было в нем самом.

Мариан раскладывал карты, когда слуга доложил чародею, что некая девушка хочет его видеть. Мол, он пытался прогнать ее, но она оказалась очень настойчивой, и он подумал, что это может быть что-то важное. Чародей вздохнул: он не любил, когда магические практики прерывались. Бросил взгляд на карту, что выпала первой из колоды. Прошлое. Достал еще одну. Любовь. Только этого не хватало! Он даже зубами скрипнул, вспомнив про Талику, и тут же напомнил себе, что это никогда не было любовью, а всего лишь приворотом.

– Пусть ждет меня в зале для аудиенций, – распорядился Мариан, натягивая камзол. Настроение у него было паршивое. Скорпионы суетливо крутились возле его ног, натыкаясь друг на друга, они всегда остро реагировали на его душевное состояние.

Войдя в зал для аудиенций, Мариан увидел молодую девушку. Она была чуть сутулой, одетой в простую, сильно поношенную одежду. Русые волосы заплетены в тугую косу, серые глаза смотрят с тревогой и затаенным страхом. На скуле темное пятно, похожее на синяк. Среди дворцовой роскоши эта гостья казалось особенно неуместной.

– Чего хотела? – резко спросил ее Мариан. Она задрожала еще сильнее и неуклюже сделала реверанс.

– Вы чародей Мариан? – срывающимся голосом произнесла она и окинула его взглядом, словно хотела свериться с невидимом списком его примет.

– Да, и у меня мало времени, – холодно ответил чародей.

– Его величество Дамьян просил передать вам это письмо, – сделав шаг к Мариану и протянув ему небольшой конверт, сказала девушка. Тот с недоверием взял послание, гадая, где король мог пересечься с этой девицей и что такого могло произойти, что она стала его посланницей?

Быстро сломав печать и убедившись, что письмо заверено дыханием Лейфа, Мариан стал внимательно читать. Дочитав до конца, он покосился на девушку, которая стояла, теребя в руках дорожный узелок.

– Он очень дурно с тобой обращался? – спросил Мариан, еще раз перечитав последние строчки письма.

– Нет! – торопливо ответила девушка, но в ее голосе Мариан уловил испуг. – С чего вы взяли?

– Он просит о тебе позаботиться: – дать работу во дворце или пристроить куда, – растерянно проговорил Мариан. – И на него это очень непохоже. Я даже боюсь предположить, что он мог сделать.

– Ничего не надо! – гордо вскинув подбородок, ответила девушка, и на ее скулах вступил румянец. – Господа дали мне камни, я справлюсь.

– Как тебя зовут?

– Георгина, господин.

– И что ты собираешься делать, Георгина? – спросил Мариан, невольно ощутив интерес к этой девушке.

– Открою пекарню, буду продавать хлеб, – ответила Георгина, и Мариан вздрогнул от ее слов.

– Почему именно пекарню?

– Мой дедушка был пекарем. И папа тоже, в молодости. Дела у них шли хорошо, а потом дедушку обвинили в том, что он устроил поджог, чтобы погубить своего соперника. Тот вместе со своей женой сгорел заживо.

– Где это произошло? – Мариан не узнал собственного голоса.

– Пекарня находилась на Плессарке, там за место лучшего пекаря надо было побороться, а дедушке просто повезло. И когда случилось то несчастье, он не смог оправдаться и его изгнали из города, – хрипло проговорила Георгина.

– Когда это случилось?

– Больше двадцати лет назад. Дедушка после этой истории сильно занемог и умер, – сказала Георгина, и ее глаза заблестели от слез.

– Это были мои родители, – тихо сказал Мариан, и у него возникло ощущение, что из него вынули душу.

– Мой дедушка не убивал их!

– Я знаю, это был другой человек, – проговорил Мариан, прижимая руку к груди, чтобы унять бешено бьющееся сердце.

– Если вы это знали, то почему позволили обвинить моего дедушку? – прошептала Георгина, и в ее глазах вспыхнул гнев.

– Я узнал об этом намного позже, чем должен был бы, – вздохнул Мариан. – Спустя много лет после их смерти, и я уже ничего не мог исправить.

Георгина смахнула со щек слезы и тихо шмыгнула носом. Мариан подумал, что она ему не поверила, но ему было все равно.

– Простите, господин чародей, я не думала, что наши жизни так столкнутся, – устало произнесла Георгина.

– Я тоже.

– Мне надо идти, – проговорила Георгина, но не двинулась с места.

– Пекарня, значит, – задумчиво проговорил Мариан, стараясь взять себя в руки. Он не верил в такие совпадения, знал, что это называется иначе.

– Хочу сделать это в память о дедушке и отце, – призналась Георгина. – Продолжить их дело. Тем более, у меня теперь есть такая возможность.

– Уверена, что справишься?

– Отец держал трактир и научил меня, как вести дела, – переминаясь с ноги на ногу, ответила Георгина. – Справлюсь.

– Хорошо, – кивнул Мариан, чувствуя, как от свинцовой усталости, навалившейся на него в один миг, подкашиваются ноги. – Можешь идти.

Георгина неуклюже поклонилась и направилась к двери. Когда ее шаги стихли, чародей опустился на стул и закрыл рукой глаза.

* * *

Мариан не знал, сколько он так просидел. Когда смог вынырнуть из воспоминаний о прошлом и снова видеть контуры предметов, за окнами уже стемнело. Тряхнул головой, желая вернуть себе привычное состояние, хотя знал, что, как прежде, уже не будет. Щелкнув пальцами, зажег свечи, и свет немного разогнал его тревогу. В коридоре послышались шаги, показавшиеся чародею знакомыми. Дверь тихо распахнулась, и порог переступил Бальтазар. Он был бледен, под глазами пролегли черные тени. Белокурые волосы спутались, одежда была грязной, с темными коричневыми подтеками, похожими на засохшую кровь. Он шел пошатываясь, волоча ногу и судорожно прижимая руку к груди.

Мариан вскочил и бросился ему навстречу.

– Что с тобой произошло? – усаживая его на стул, спросил чародей. Налил ему стакан воды и поднес к его рту. Тот сделал пару глотков и мотнул головой.

– Я видел Кордию в Аминаде, – переведя дыхание, сказал Бальтазар. – Она была с Артеем. Попытался отбить ее у этого гада, но, как видишь, проиграл. Грета поехала следом за ней. Скорее всего, они уже обе в Истрате.

Бальтазар выхватил у Мариана стакан с водой, и осушил его полностью.

– Тебя надо перевязать, – заметил Мариан, бросив взгляд на окровавленную рубашку Бальтазара.

– Только быстро. Я сейчас соберу своих людей и поеду, – с нетерпением проговорил Бальтазар.

– Боюсь, мне придется тебя расстроить, – медленно проговорил Мариан. Бальтазар вопросительно посмотрел на него. – Твоих людей больше нет: их убили мятежники. Помощь подоспела слишком поздно. Мне жаль.

– То есть я остался один, – вытирая губы, сказал Бальтазар. Его