Читать книгу - "Принцип злой любви - Алена Воронина"

class="p1">— Спасибо, Лексевна, — он подхватил пакет с едой и направился в кухню, располагавшуюся на нашем этаже дальше по коридору. — Тебе кофе сварить?

— Угу… — я забылась и ушла в виртуальный мир, меня уже не существовало.

Звонок моего собственного телефона заставил отложить на время исследование Пайтона. Номер был мне не знаком.

— Виктория, здравствуйте. Вы, наверное, меня не помните?! — затараторил женский голос. — Вы ко мне приезжали ноут чинить. У меня тут опять с ним проблема. А можно вас вызвать срочно?

— Э…

— Ирина меня зовут, вы на Челюскинцев ко мне приезжали.

— Да, Ирина, здравствуйте, я помню, конечно, но меня на заказ направляет компания. Вы можете с ними связаться …

— Виктория, мне очень надо, у меня там… курсовая… А мне завтра сдавать! А ваши так быстро не приедут. А мне очень надо! Я заплачу, сколько скажите! Пять тысяч вас устроит?

Если б было чем, я бы поперхнулась, это же четверть моей зарплаты...

И какая курсовая, октябрь же?

Глава 9

Говорят, что чего хочет женщина, того хочет бог! Но не договаривают, что только бог и знает, чего она хочет!

Константин Мелихан

Серо-синие сумерки вперемешку с туманом опустились на город, фонари вступили в неравный бой с непогодой и ночью, свет их желтый и какой-то болезненный растворялся во мраке. И если вытянуть руку, стоя под этим самым фонарем, то там, за крохотным пятном света, царила жадная всепоглощающая влажная тьма.

Как всегда, все пошло не так, как задумывалось: на работе пришлось задержаться, и вот теперь, вместо того, чтобы радостным пехом спешить домой, я тряслась в полупустом автобусе, пытаясь вычитать инструкцию, которая была сотворена гением и демоном Миши, который устал от сисадминов, не знающих разницы между Linux и Windows. Причем, его подчиненным было строго-настрого запрещено отвечать на вопросы, которые в этой инструкции были перечислены. Это было объявление войны.

Двор дома, где располагалась квартира Ирины, был темен, единственный фонарь имелся лишь над первым подъездом, в который мне было совсем не надо.

Домофон запищал, впуская, даже, не поинтересовавшись хозяйским голосом, кто и с чем пожаловал. Узенький лифт вознес на девятый, самый последний этаж.

Дверь квартиры была приоткрыта, так обычно скорую встречают, а уж никак не меня.

Я на всякий случай постучала и едва не получила по носу: обшитое металлом полотно резко понеслось в мою сторону.

— Ой, прости, — бросила девушка, красовавшаяся рядом с Егором на фотографии. Лицо ее сейчас тонуло в темноте, царившей на лестничной площадке.

Она отступила обратно в квартиру под желтый свет лампы, лившийся с потолка в коридоре, и стало очевидно, как девушка бледна и взволнована, оттого находилась в постоянном движении, больше напоминавшем истерию. Пока я раздевалась, она переставляла мелкие сувенирчики на полочке под зеркалом, потирала руки и постоянно поправляла волосы.

В квартире мы явно были не одни: с кухни доносились звуки радио, там гремели посудой, и оттуда шел вкусный запах свежесваренного борща.

— Пойдем, — заказчица исчезла в коридоре в направлении своей комнаты подальше от ароматов, которые заставили мой желудок возмущенно заурчать.

В дверном проеме кухни показалась женщина в домашнем платье и фартуке, приветливо улыбнувшись припозднившейся гостье.

— Здравствуйте.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровалась я.

— А вы, наверное, мастер по компьютерам? — всплеснула руками женщина. — Проходите, проходите, Ирочка вас так ждала. Чаю?

— Мама! Времени нет! Уйди!

Ирина точно из-под земли выросла. Женщина, от которой веяло теплом и домом, отшатнулась обратно в кухню. Это покоробило.

— Спасибо большое, — поблагодарила я хозяйку.

Женщина слабо улыбнулась и исчезла на кухне, а я проследовала за Ириной.

— Вот!

Ничего не изменилось, даже жест тот же и та же обстановка, те же шторы. Порванная и склеенная фотография, где позируют Егор и Ирина на фоне реки, моста и города, куча безделушек на угловом компьютерном столе и ноутбук.

Хм…

Я не жаловалась на память. Может, тому причина — игры, где слишком много порой надо удерживать в голове, например, есть у вас персонажи, штук сорок-пятьдесят, у всех разный набор характеристик, плюс то, что вложил ты сам, усовершенствовав, где-то что-то увеличив или наоборот убрав. Все просто вроде, а сложно, потому, что соперник твой тоже просчитывает все комбинации.

Я точно помню, ноут Иры был неплохой, новый относительно. А этот, этот… Ему года три не меньше, а то и все пять, диагональ другая.

Хотя…

— Что случилось? — я положила свою сумку на знакомое кресло.

— Подруге отдавала, поставила пароль на свой рабочий стол.

На заставке вид, будто ты в оркестровой яме и перед тобой поднимают занавес. Загрузочная флэшка заняла место в гнезде USB. Компьютер ее очень быстро увидел …

— И вы забыли пароль… — это уже было рассуждение, не вопрос.

— Мне кажется, подруга понатыкала что-то не то.

Это не ее комп, не ее, я уверена.

Только моё ли это дело? Может ее сломался, и она этот купила и еще им не научилась пользоваться. Вот и сваливает все на подруг и чужую криворукость.

— Мам, отстань! Не до тебя! — попытка угостить «мастера» в очередной раз провалилась. И эта грубость по отношению к матери мне была неприятна настолько, что я поморщилась.

Девушка же вновь начала переставлять ангелков и зверят из керамики прямо над моей головой. Это напрягало. Не люблю, когда заглядывают через плечо.

— А где у вас курсовая?

— Ой, диск «Д». Там много папок. Я уже не помню.

Тут нет такого диска, только изначальный «С», на котором… очень много всего. Список папок. «Настя», «Настя том», «Настя бонус», «Настя весна», Настя… Еще много всего, огромный список. Как много делает для нас черный экран с мигающим курсором… «Богиня» «Радуга», «Рассвет», «Сокровище мира». Отдельная папка «Вечные сумерки. Запись». И файлы, много файлов с музыкой. «На афишу», «Концерт в Курске», «Концерт в Подольске», «Богдан».

«Рассвет» — это потрясающий звук и непередаваемое ощущение полета. Я его гоняла миллион раз. А он входит в альбом «Сокровища мира».

Да вы шутите?

Это не может быть правдой. Это какая-то мистика!

И что же мне делать?

Комп явно имеет отношение к Артему. И он запаролен. И Ирина не знает пароля! Но очень хочет получить к нему доступ.

Егор говорил, что не нашел в вещах брата ничего, что касалось бы написанных песен и музыки. А значит…

— Ирина, мне вас нечем порадовать… Нужно время. Дадите на ночь, завтра будет доступ.

Девушка рванулась вперед, почти оттолкнув меня от компьютера.

— Нет, — огрызнулась она, в ярости и бессилии захлопнув