Читать книгу - "Изгнанная жена. А попаданки-таки живучие! - Анна Кривенко"

тот же миг его кулак впечатался Захару прямо в челюсть.

Удар был такой силы, что аристократа буквально отбросило назад. Он пролетел несколько шагов и рухнул на мостовую.

Закапала кровь из разбитой губы.

Захар закатил глаза и замер.

Я поморщилась.

С таким-то кулачищем, как у Валентина, сломать челюсть одним ударом — проще простого.

— Ой, — тихо выдохнула я.

Валентин скосил на меня взгляд.

— Что? — спросил он так, будто ничего особенного не произошло.

— Ты… ты его вырубил, — я мотнула головой в сторону Захара.

— А что мне оставалось? — пожал плечами Валентин. — Я ведь предупреждал.

Я не знала, что сказать.

Захар всё ещё не двигался.

— Он… он не умер? — уточнила я с легким испугом.

Валентин скептически поджал губы.

— С чего бы? — и пнул Захара носком сапога.

Тот издал слабый стон.

— Видишь? Живой.

Я нервно сглотнула.

— Ладно, пошли отсюда, — заключил Валентин и очень ловко вскочил на коня. Только когда мы отъехали достаточно далеко, я поняла, что всё это время моя ладонь была в его руке.

Тепло.

Надёжность.

Я подняла на него глаза и увидела хмурое лицо.

— Ты в порядке? — спросил он, не глядя на меня.

— Да, — ответила я.

Но в груди всё ещё бушевали эмоции.

И когда я осознала, что Валентин сжал мою руку крепче, чем раньше, по телу пробежала дрожь…

* * *

— Мне жаль, что ты встретилась с этим ублюдком, — пробормотал Валентин, крепче прижимая меня к себе.

— Ты ведь знаешь его, правда? — мой голос прозвучал глухо, хрипло.

— Конечно, знаю, — коротко ответил Валентин. — Даже лучше, чем ты можешь себе представить.

Я чуть нахмурилась.

— У меня сложилось впечатление, что он не знает тебя, — заметила я.

Валентин хмыкнул.

— Раньше я представал перед ним несколько в ином виде, поэтому он меня не узнал.

Я удивлённо заглянула ему в лицо, но встретила только усмешку.

— Правда? — протянула я, но больше ничего не сказала.

Меня захлестнули другие мысли.

«Итак… Анастасия Семёновна спала с этим ублюдком. По собственной ли воле или по принуждению — неизвестно. Но теперь есть все шансы, что её дети, которых я считаю своими… являются отпрысками этого мерзкого Захара.»

Стиснула зубы, вцепилась пальцами в край пальто.

«Как бы мне не хотелось, чтобы это было правдой, но, скорее всего, это так…»

От этих мыслей едва не стошнило.

Валентин, должно быть, почувствовал, в каком я напряжении, потому что тихо спросил:

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Да, — ответила я, но голос предательски дрогнул.

Валентин промолчал.

Я глубоко вдохнула, стараясь взять себя в руки.

Дети ни в чём не виноваты. Они мои. Пусть в этом мире я не их настоящая мать, но теперь они мои, и этого Захара я к ним не подпущу. Никогда.

Глава 30. Предложение…

Мы вернулись домой, и стоило лишь перешагнуть порог, как навстречу мне вихрем бросилась Олечка.

— Мама, мама! — звонко закричала она, сияя, будто маленькое солнышко. — Мы так долго вас ждали!

Я даже шаг назад сделала от её напора, но тут же опустила руку на макушку девочки, погладила по мягким волосам.

— Олечка, ты что, соскучилась? Мы ведь совсем недолго были в городе, — улыбнулась я.

— Да, но… но… — Она переминалась с ножки на ножку, глаза её горели от нетерпения.

Сзади показались Лёша и Наташа. Они тоже выглядели довольными и возбуждёнными, словно не просто дожидались нас, а готовили что-то особенное. А за ними, чуть поодаль, стояла Ульяна. Её руки были сложены перед собой, взгляд — спокойным, даже умиротворённым, а на губах читалась лёгкая улыбка.

Я вопросительно посмотрела на неё.

— Ну-ка, что вы тут замышляли без нас? — спросила, переводя взгляд на детей.

Ульяна смутилась, потупила взор, но улыбаться не перестала.

— Посмотрим, посмотрим… — я прищурилась с притворной подозрительностью. — Ведите нас.

Олечка взвизгнула от восторга и сорвалась с места, подталкивая Наташу и Лёшу вперёд. Мы все двинулись за ними.

Дети свернули в коридор, ведущий в ту часть поместья, которую я изначально считала своей. Хотя… в последнее время эта граница становилась всё более размытой.

Они остановились у массивной двери. Я узнала её. За ней находилась огромная гостиная, которую я заперла сразу после приезда сюда. Она была такой грязной, что я решила не тратить на нее драгоценное время. Нам хватало комнат и без нее.

— Закрывайте глаза! — скомандовала Олечка.

Я скрестила руки на груди.

— Ну уж нет, а вдруг там ловушка?

— Никакая не ловушка, мама, честное слово!

Я переглянулась с Валентином, и тот ухмыльнулся.

— Давай сыграем по их правилам, — шепнул он.

Я закатила глаза, но всё же прикрыла веки.

Послышался скрип дверных петель, потом шорох быстрых шагов.

— Можно смотреть!

Я открыла глаза — и обомлела.

Передо мной раскинулась огромная и… сияющая гостиная.

Полы были вымыты до блеска, длинные шторы, казавшиеся раньше блеклыми и запылёнными, теперь переливались насыщенными красками. Полотна, что покрывали мебель, исчезли. В воздухе витал слабый аромат свежести — пахло древесиной, лавандой и чем-то ещё приятным.

— Как вам удалось? — я с изумлением обернулась к Ульяне.

Та снова смущённо отвела взгляд.

— Мы очень старались, мама! — радостно воскликнула Олечка.

— Да, тут столько пыли было! — поддакнула Наташа.

— Мы даже драили этот огромный стол, — добавил Лёша, похлопав по дубовой столешнице.

— А шторы? Они такие яркие… — спросила я.

— Ульяна их постирала! — выпалила Олечка.

— Мы их мокрыми повесили, — уже более спокойно пояснила сама служанка. — Так они и высохли, не измявшись.

Я снова оглядела комнату. Не знаю, чего именно ожидала, но точно не этого.

— А ещё… — вдруг начала Олечка, но тут же осеклась.

Лёша тут же толкнул её локтем.

— Подожди, — бросил он.

— Да что подожди! — вспыхнула девочка, сложив руки на груди. — Я хотела сказать это сама!

— Ну говори, — великодушно разрешил Лёша.

Олечка выдохнула, выпрямилась и посмотрела на меня с самым серьёзным видом.

— Мы хотим, чтобы теперь мы все вместе ели только здесь!

Я сделала вид, что очень удивлена.

— В этой комнате?

— Да! — кивнула она. — Тут так красиво! И стол большой. Только стулья немного с дырками, но это не страшно.

Она смотрела на меня так, будто её дальнейшая жизнь зависела от моего ответа. И тут меня осенило.

Дети… Они отчаянно хотели единства. Им нужна была семья. Не просто крыша над головой, не просто еда. Им хотелось сидеть за одним столом, разговаривать, смеяться, ощущать тепло родных людей. Им нужна была мать, которая улыбалась бы им и учила поведению за столом, им нужен был отец или на крайний случай защитник (Валентин),