Читать книгу - "Айви. Дочь Дракона - Лея Кейн"

расческа Астара? — спросила я, не забыв, что порча была сделана на нас обоих.

— А вот тут начинается самое интересное! Мойена довольно быстро созналась, стоило мне пригрозить, что ты собираешься сделать отворот. Но она искренне недоумевала, почему порча сработала и на Астара, ведь в планах была только ты. Тогда я начала копать глубже. Слава господину Джаладри, знающему библиотечный фонд, как свои пять пальцев! — Рэгна взяла со стола толстое пособие и длинным ногтем ткнула в открытую страницу. — У меня никак не выходил из головы ваш вчерашний эксперимент. Подчинение дракона дочерью дракона и боевым магом — нечто фантастическое! Ты наверняка не хуже меня знаешь, что хамелеоны живут парами. Истинными парами, — уточнила она. — Поэтому мало кто жаждет приручать их, чтобы не подхватить эту характерную черту, да и не каждый драконий маг рождается с таким даром.

— Пока не улавливаю связи, — напряглась я и взяла протянутую мне книгу.

— Ты можешь мне не верить, но эльфы оказались правы, — своими словами объяснила Рэгна написанное. — Ты чья-то истинная. И возникла эта тонкая особенность не вчера, а при твоем рождении. Появившись на свет, ты уже была обречена стать повелительницей драконов-хамелеонов. Но…

Я сглотнула. Пауза Рэгны мне совсем не нравилась. Истинная пара — последнее, чего мне бы хотелось на фоне моего безвыходного положения. Есхарийский царь — не шут, чтобы сегодня мы давали ему согласие на брак, а завтра расторгали помолвку.

— Кхм-кхм, — прочистила горло моя мудрая соседка и продолжила: — Парное приручение дракона возможно только истинной парой магов. Ты будешь шокирована и огорчена, но Астар Харавия появился в твоей жизни не случайно. Стечение обстоятельств, сведшее вас в этой академии, лишь цепочка событий для воссоединения истинной пары. Ты можешь сколько угодно скандалить с ним, ненавидеть и пытаться победить, но от судьбы не уйдешь. Астар Харавия — единственный мужчина в мире, которого ты примешь. А ты — его единственная женщина.

— Этого не может быть! — Я захлопнула книгу и вернула Рэгне. — Я уже говорила тебе, что у меня был поцелуй с другим парнем. Да и Астар — тот еще кобель. Не хочу даже думать, сколько девушек с ним целовалось и сколько побывало в его постели.

— Не спорю. Каждый из вас был волен испытывать сторонние симпатии. В поисках настоящей любви вы могли перепробовать много партнеров, но никто не удовлетворил бы ваши потребности в полном объеме. Но вспомни день, когда ты выбирала, кого поцеловать?

Слушая наш разговор, Мойена даже вытянулась от любопытства.

— Ты остановила свой выбор на нем, — сказала Рэгна. — И он тоже был неслучаен. Нутро, которому ты все еще противишься, уже принадлежит ему. Вы с Астаром дышите друг другом.

— Ага! — усмехнулась я. — Еще утром он присматривал себе первокурсницу…

— Да он ляпнул это, чтобы тебя позлить! Я расспросила кое-кого и узнала, что со дня вашего знакомства Астар хоть и пытался флиртовать с другими девушками, дальше невинных объятий дело не дошло. Некоторые уже шепчутся, что ты его приворожила.

Я покосилась на бледную пленницу и шагнула ближе к Рэгне.

— Ты же понимаешь, что моя природа и истинность — вещи абсолютно несовместимые, — прошептала ей.

— Поэтому в ваших отношениях так много сложностей. Астар и сам не чистокровный. Драконом был дед его бабушки. Но хоть вы треснете, а разлука отныне для вас смертельна. Порча одного отражается и на другом, как и исцеление. Именно поэтому Астар тоже полысел, а когда ты исцелилась, исцелился и он.

— Я не верю, — потрясла я головой. — Не верю!

— Это легко проверить, — улыбнулась Рэгна. — Рань его — и сама все увидишь…

Глава 31

Ранить Астара идея весьма соблазнительная. Но Рэгна что-то упускала. Я уже давала ему пощечину, и мое лицо от нее не горело.

— Ты проделала колоссальную работу, — все же оценила я ее труд. — И в долгу я не останусь. Но что теперь делать с ней?

Мы обе повернули головы в сторону Мойены Акки, и она опять задергалась.

— Она столько всего знает, — вздохнула Рэгна, — что придется ее убить.

— А тело? — подыграла я.

— Выбросим в реку. Там водятся хищные рыбы. Ее косточки будут переварены еще до приезда сюда господина Акки. А без тела не будет доказательств убийства. Ее сочтут пропавшей без вести.

— Как предлагаешь от нее избавиться? Задушим? — начала я перебирать варианты. — Или утопим?

— Можно отравить. У целителей наверняка найдется какой-нибудь яд.

— М-М-М!!! — замычала Мойена, захлебываясь рыданиями.

— Дадим ей последнее слово? — я с улыбкой взглянула на Рэгну, и та взмахом руки сняла с ее рта заклинание.

— Нет, нет, нет, умоляю!!! — взмолилась наша пленница, хлюпая носом. — Пожалуйста, не убивайте!!! Клянусь, я буду молчать!!! Если хотите, можете отомстить мне облысением!!!

— Смотри, — шепнула Рэгна мне на ухо, — она описалась.

Выглядела Мойена жалко. Страх перед смертью лишил ее остатков смелости. Она больше не угрожала мне, не напоминала, кто ее отец, и даже не претендовала на Астара Харавию, напротив, твердя:

— Я к Астару больше близко не подойду!!! Даже смотреть в его сторону не буду!!! Только пощади-и-ите…

Я медленно подошла к ней, склонилась и пронзительно посмотрела в наполненные слезами глаза. Пальцем дотронувшись до ее руки, вмиг прочла все ее мысли. Эта девица была готова целовать мои туфли и всю оставшуюся жизнь служить мне, лишь бы я сохранила ей жизнь. И это раздражало еще сильнее, чем ее постоянные угрозы.

— Запомни, Мойена Акка, — произнесла я четко, — я заклинательница драконов, истинная пара одного из лучших боевых магов, наследница Драконьих Островов, дарю тебе помилование. Но если ты хоть пикнешь, я уничтожу тебя.

Для пущей убедительности я пустила в ход и визуальный эффект, всего на мгновенье трансформировав свое лицо в боевой лик. А русалки в этом облике уже не поразительно красивы, а устрашающе безобразны: кожа приобретает серый цвет, глаза становятся рыбьими, на лбу и скулах появляется вздыбленная чешуя, а зубы удлиняются в острые клыки.

Прошипев, я заставила Мойену застыть с открытым ртом. Она толком не поняла, что произошло. Решила, что ей почудилось. Особенно учитывая, что Рэгна стояла рядом с нами с абсолютно невозмутимым видом.

—