Читать книгу - "Академия Форхиллз - Дарья Михайловна Сорокина"

Глава 10 Спящий принц

Виви

Шон не выпускал находку из своих рук, я же старалась не думать, что Ви нас словно похоронила в ногах у очень подходящей статуи. Аж в дрожь бросает при мысли о фото, закопанном рядом с могилой близняшек.

— Можно, оставлю фото себе? — попросил Торнхарт, и я лишь пожала плечами.

— Забирай. У меня много с того времени. Папа тогда купил цифровой аппарат, и мы с Ви снимали все подряд. Я отгрузила все в облако, думала, с Аве… с бабушкой посмотрим все после похорон. Но ей, кажется, совсем это не интересно.

Глаза у Шон загорелись:

— Покажешь?

Я потянулась за телефоном, и на экран упала первая тяжелая капля. Задрала голову кверху на свинцовые тучи, и уже через секунду с неба полило. Шон взял меня за руку и потащил к жуткому поместью пятой семьи. Но сейчас это было единственное место, где мы сможем переждать дождь. Вот только непогода вполне может затянуться до следующего утра. Надеюсь, я не останусь тут ночевать с Торнхартом, это уже слишком!

Мы вбежали под козырек, и я долго переводила дух.

— Идем внутрь, — предложил Шон. — Там наверняка есть камин.

Полагаю, мои расширенные от ужаса глаза были красноречивее любых ответов. Ни за что я туда не пойду!

— Как знаешь, — только и сказал он, затем скинул с дверей ржавую цепь и потянул за ручки.

Старый дом ухнул и заскрипел, когда Шон открыл двери и выжидающе посмотрел на меня.

— Так и будешь стоять тут и мерзнуть в этой милой пижамке? — насмешливо спросил он, и я удивленно посмотрела на свои ноги. Вот ведь! Я же рванула за ним, в чем была.

Вообще стоять на крыльце в одной в пижаме и нервно поглядывать на кладбище было ничем не лучше, чем пойти с Шоном искать камин в огромном черном поместье, где наверняка найдется куча крыс, змей или енотов.

— Иду я!

Вцепилась ему в руку и зажмурилась, когда увидела перед собой паутину. Шон осторожно убрал ее, прежде чем она коснулась моего лица.

— А ты трусишка, Рид.

Рид. Теперь и это уже начинает казаться мне ложью. Все в моей жизни какое-то нереальное и карикатурное, и только этот парень кажется мне настоящим. Теплым, немного сумасшедшим и излишне откровенным.

Шон смахнул пыль со старого пуфика, стоящего у камина, и предложил меня сесть. Сам же отправился на поиски дров.

— Я тут одна не останусь.

Улыбка на его губах уже не казалась мне насмешливой, от нее теплело в груди. Виви, даже не думай влюблять в этого парня!

— Тогда пошли вместе.

Блуждаем мы недолго. На кухне находится заполненная доверху поленница, и мы набираем старых бревнышек, покрытых высохшим мхом. Наконец, устраиваюсь на пуфике и наблюдаю за тем, как Шон чиркает зажигалкой, пытаясь развести огонь.

— Только не говори, что ты куришь, — бурчу я. — Терпеть не могу курящих парней.

— Не курю, — быстро отвечает он, а когда поленья, наконец, начинают потрескивать, то поворачивается и бросает свою зажигалку точно мне в руки.

Быстро ловлю ее и читаю “Терренс Малькольм Торнхарт”. Второе имя у Шона от отца? Жуть какая. В жизни больше не буду дразнить его “Терри”. Это ужасно и должно быть каждый раз вызывает боль у парня. Шарлотта — бессердечная сука.

— Выходит, я знала твоих родителей, — я киваю на старое фото.

— Выходит. Я один ничего не знающий придурок.

Он садится рядом, так близко, что я начинаю слегка дрожать, но не от холода. Снова я наедине с этим парнем, снова мучаюсь от странных и противоречивых чувств: когда мне хочется одновременно поцеловать его и оттолкнуть.

— Любишь? — вдруг спрашивает Шон, и я вздрагиваю.

— Кого? — мой голос слегка дрожит, словно меня застукали за чем-то постыдным. Но этот парень точно не может читать мои мысли, чтобы быть в курсе моего смятения.

— Его, — Шон ткнул пальцем в оттопыренный карман, в котором лежит Шу.

— Очень.

— Расскажи о нем, — вдруг просит Торнхарт, ему искренне интересно, вижу по его глазам.

— Он мой, сколько себя помню. Всегда. Когда мне плохо или хорошо. Неважно Я могла говорить о нем обо всем на свете, а он слушал, не осуждал и был рядом.

Звучит как безумие, но Шон не издевается и на самом деле слушает и никак не комментирует мои откровения. Его взгляд пытливый. Он явно ждет большего, а я не знаю, как много я могу рассказать, чтобы меня не сочли безумной.

Достаю из кармана Шу и прижимаюсь лбом к его синей челке.

— Он был для меня всем.

— Был? — переспрашивает Шон, словно забыл, что сам же порвал его.

— Он больше не приходит ко мне во снах, как бы я ни звала его. Но Джез и Лиам слышали его голос, именно он указал, где искать тебя. Ты обязан ему жизнью.

А вот теперь появилась уже знакомая мне насмешливая улыбка.

— Выходит, я должен поблагодарить его?

— Было бы неплохо, — я развернула Шу лицом к Шону, не собираюсь уступать ему или делать вид, что меня задевают его издевки. — И прощения проси!

— Окей. Прости меня, Шу. И спасибо за мое чудесное спасение.

Прозвучало почти искренне.

Собралась было спрятать Шу обратно, как Шон схватил меня за руку.

— Погоди! У меня к нему тоже есть опросы? Разрешишь задать?

Я очарованно наблюдала, как Шон смотрит на игрушку, а затем на полном серьезе спрашивает:

— Уступишь ее мне? Я настоящий. Из плоти и крови. А ты всего лишь сон. Ты никак не защитишь ее, глупая безмолвная кукла.

Перебор! Никому не позволю оскорблять Шу. Собралась отвесить Торнхарту пощечину, но он оказался проворнее, вновь поймал меня за запястье, и от этого прикосновения по моей коже разбежались мурашки.

Сейчас я определенно хочу поцеловать его сильнее, чем вмазать по наглой роже, и я даже подаюсь вперед, как вдруг мне в лицо ударяет яркий свет фонарика.

Шон

Лиам пришел раньше, чем я рассчитывал. Едва на небе появились первые раскаты грома, я написал ему, чтобы он захватил дождевики и теплую одежду для Виви. Но мне все равно нужно было немного больше времени, чтобы разговорить ее. Чувствую себя отвратительно, расспрашивая о Шу и Мире Грез. Я, всезнающий засранец, заставляю эту девчонку признаваться в любви, а затем сам же схожу с ума от ревности, потому что она любит жуткий образ из снов, а не меня. Но я все еще не уверен до конца, что