Читать книгу - "Сотворить судьбу - Лия Виата"

Они с противостоянием посмотрели друг другу в глаза. Чувства прошлого и настоящего смешались, не оставляя ей и шанса остаться равнодушной. Она с удивлением поняла, что и в этот раз готова ради него исчезнуть из этого мира, только вот он ей этого не позволит.

— Простите, но я уже ничего не понимаю. — Мисти потерянно замотала головой.

— Это моё второе рождение. Мы с Адель встретились в первом и полюбили друг друга. Только эти чувства не смогли перебороть её боль, страх и одиночество. Тогда на свет появилась тень и пришла по души всех живых. Адель решила избавить мир от собственного самосознания, вмешавшись в ход судьбы. И у неё бы это получилось, если бы я не связал нас тогда, — не отрывая от неё взгляда произнес Растус.

— Теперь же колесо судьбы закрутилось снова, повторяя пройденное. Люди вскоре вернуться и вам не останется ничего другого, кроме как вступить с ними в войну. Круг не имеет начала и конца. Меня ждут вечная война и страдания по твоей милости, — твердо ответила ему Адель.

— О, да. Я тот ещё эгоист! Ты уже дважды ускользнула у меня из рук. В третий раз не выйдет. Мы найдем другой способ решить конфликт, — уверенно отозвался он.

— Если бы он был, то я бы его уже знала. Кокон разваливается, поэтому ни закрыть портал, ни остановить Снежку не получиться, — прошипела Адель.

— Да, но что, если… — Феликс замолчал, когда все вдруг повернулись к нему.

Он откашлялся и продолжил:

— Что, если ты не можешь создать его, потому что разделила видения между Оракулами?

Её будто холодной водой окатило. Адель задумалась, прикусив губу. Ей действительно стало легче после того, как она скинула часть своей ноши на Фила. Однако, она никогда не задумывалась о том, что таким образом могла лишиться и части способностей.

— Это… возможно, — произнесла она, пробуя на вкус едва заметную надежду. — Мне нужно встретиться с Кругом.

Впервые за всё время знакомства Фил улыбнулся ей и согнулся в легком поклоне.

— Они тоже очень этого хотят. Давайте попробуем спасти этот мир вместе. Он нам всем очень дорог. — Феликс взял Юми за руку и сжал.

Адель осмотрелась и заметила, что Нора уже давно сидит уткнувшись Гину в грудь, Ка обхватил свою невесту за плечи, а Рен встал так, чтобы Мисти оказалась у него за спиной. Целую неделю они смирялись с мыслью о скорой смерти, но сделать этого так и не смогли. В этом мире полно таких же любящих пар, детей и родителей. Адель прикрыла глаза и услышала их голоса — печальные, радостные, гневные и испуганные. Они, как и люди, просто пытаются жить так, как умеют. Почему она вообще решила, что может просто отвернуться от них? Видимо, тоже поддалась эгоизму. Её взгляд столкнулся с карими глазами Растуса. Он понял её без слов. Она глубоко вдохнула и дала себе слово попытаться найди другой выход ещё раз не только ради него, но ещё и собственной совести.

Глава 29

С возвращением воспоминаний Растус, видимо, решил к ней приклеиться. Они вместе собрали вещи, которые могли бы понадобиться в лесу. Он проконтролировал, чтобы она съела принесенные ей бутерброды, а затем они вышли из дома Шикару к Феликсу и Юми.

На улице повисли темные свинцовые тучи. Гремел гром, а молнии то и дело ударяли сверкающими копьями в землю. Их провожатые с опаской посмотрели вверх, но ничего так и не сказали.

— Перемести нас, — отдала приказ Адель, посмотрев на Юми.

Та в ответ поморщилась, но сделала это. Они мягко опустились на жухлую траву. Адель потянуло вправо, и она, не секунды не думая, пошла туда. Растус догнал её и схватил за локоть.

— Тебе стоит быть осторожнее, — серьезно произнес он.

— Из нас двоих пророчествами занимаюсь здесь я, — огрызнулась Адель.

Взгляд Растуса стал ещё более напряженным. Она глубоко вдохнула, успокаивая свои нервы.

— Не переживай. Я знаю, что делаю. Круг мне не навредит, — уверенно ответила она.

Он ещё пару секунд вдумчиво всматривался ей в глаза, а потом кивнул. Они отправились вперед по маленькой и едва заметной тропинке между елей. Опустившаяся тишина быстро начала раздражать. Разлом, который Адель сделала в первый раз на этом месте заставил время почти остановиться. Ничто живое не смогло бы жить в таких условиях, кроме разве что этих дурацких деревьев.

Когда они вышли к каменной плите, испещрённой светящимися жилами и окруженной такими же валунами, Адель осознала, что её ждут. Пятеро Оракулов опустились на колени и застыли, не в праве поднять голову. Растус попытался первым ступить на плиту, но она резко схватила его за руку и потянула на себя.

— Дальше тебе нельзя, — твердо сказала она.

Он собирался поспорить, но потом оценил выражение её лица и уступил.

— Я дам тебе время до захода солнца, а потом за себя не ручаюсь, — ответил он.

Адель фыркнула. На землю уже начали опускаться сумерки, удлиняя тени, в которых могла бы с легкостью спрятаться армия Снежки. До захода осталось минут пятнадцать.

Растус взял её ладонь в свою и сжал, погнав мурашки по телу. Этот мужчина кружил ей голову сильнее самого крепкого алкоголя. Это одновременно бесило и будоражило. Она кивнула ему. Он отпустил её.

Адель с легкостью преодолела барьер и оказалась рядом с Оракулами.

— Мы приветствуем тебя, о великая, — с благоговением в голосе произнес старик с длинной бородой. — Меня зовут Тибор, и я готов заверить вас, что каждый здесь готов отдать вам всего себя, чтобы…

— Заканчивай со сладкими речами, — грубо прервала его Адель. — Я итак знаю, что далеко не все рады проводить вечность в шкуре Оракула.

— Как здорово, что вы, великая, это понимаете, — ядовито высказалась девушка с короткими волосами, вставая на ноги.

На вид ей было лет шестнадцать, но взгляд говорил о сотнях прожитых лет.

— Склони голову, Дианама! — прошипел совсем уж сгорбленный старик лет под сто.

— И не подумаю, Риц, — с насмешкой отозвалась Дианама.

— Вам всем лучше встать, — вмешалась Адель.

Оракулы поднялись с плиты на ноги.

— Ух ты! Да она черноволосая, а Мел думала, что тоже будет белая, как мы, — с восхищением и энтузиазм произнесла девочка лет четырех.

— Она не мы, но мы, как она, — твердо, но не очень понятно сказал высокий мускулистый мужчина.

Он кивнул Адель и указал на себя пальцем.

— Кайран.

— Вы уж извините, но мне плевать на то как вас зовут и какой была ваша