Читать книгу - "Близкая женщина - Барбара Делински"

Он выпустил ее руку и положил ладонь на ее лоб. Он знал, о чем она говорит.

– Я все знаю, Даника.

– Я так хотела ребенка! Это была надежда на новую жизнь…

Слезы медленно катились по ее лицу.

Майкл наклонился и осторожно обнял ее. Она тихо плакала, но он понимал, что ей надо выплакаться.

– Я хотела, так хотела этого ребенка… Почему же это случилось? – всхлипывала она. – Доктор говорил, что все идет нормально. Я же абсолютно здорова!

– Доктор не мог знать. Тут не угадаешь.

– Но почему? Почему это случилось именно со мной?

– Тише! Тише, милая!.. У тебя еще будут дети – у тебя вся жизнь впереди.

– Нет, Майкл, вряд ли…

– Не говори так. Врач считает, что в будущем к этому нет никаких препятствий.

– Нет, я не верю… – снова зарыдала она. – О Боже!..

Майкл держал ее в объятиях, пока она не успокоилась.

– Даника, после разговора с врачом я позвонил твоему мужу, – сказал он.

Она замерла.

– Ты ему звонил? – прошептала она едва слышно.

– Надо же было сообщить ему о случившемся.

Майкл умолчал о том, что пришлось звонить трижды: сначала домой, потом в офис и только потом, узнав телефон клуба, он нашел Блейка там.

– Что он сказал? – спросила Даника.

– Он был потрясен, – ответил Майкл. Он и сам толком не понял, какова была реакция Блейка: то ли он по натуре был стоиком, то ли умел держать себя в руках. – Он спрашивал, как ты себя чувствуешь. Я ответил, что доктор сказал, что ты вне опасности, и он облегченно вздохнул. Завтра он приедет… Нет, уже сегодня! – добавил он, взглянув на часы.

Майкл надеялся, что это ее порадует, но ошибся. Она снова принялась плакать. Ее тихие, сдавленные всхлипы разрывали ему сердце. Все, что он мог, это нежно обнимать ее, гладить по голове. Наконец усталость одолела Данику, она успокоилась, но так и осталась в его объятиях.

– Я хотела, чтобы… у нас был ребенок, – прошептала она словно в забытье. – Я так хотела, чтобы у нас был ребенок, Майкл!

Возможно, она действительно с самого начала хотела, чтобы ребенок был у нее и Майкла, но он не решился спросить ее об этом. Даника погрузилась в сон. «Нет, – с грустью подумал он, – конечно, она говорила не о нем, а о своем муже».

Ему так и не удалось узнать об ее истинных чувствах. Откуда Майклу было знать, что в ту ночь, когда у Даники случился выкидыш, сердце ее не принадлежало Блейку. Оно принадлежало ему, Майклу…

Днем из Бостона приехал Блейк. С утра Данику выписали из больницы, и Майкл отвез ее домой, уложил на софе и даже заставил выпить чаю.

Она задумчиво вертела в руках чайное блюдечко, на котором была выведена очередная премудрость: «Человек привыкает ко всему…» Вдруг она услышала, как на входной двери щелкнул замок.

Даника испуганно взглянула на Майкла, который уже шагнул к двери. Она затаила дыхание. Ее сердце отчаянно колотилось. Рано или поздно эти два мужчины должны были встретиться. Но она и помыслить не могла, что это произойдет при подобных обстоятельствах.

Они обменялись рукопожатием. Блейк поблагодарил Майкла за помощь. Потом Майкл попрощался и оставил Данику наедине с мужем.

Блейк подошел к жене, поцеловал ее в лоб и сел в кресло напротив. Он приехал прямо из офиса, был в костюме и еще не вышел из образа делового человека.

– Как ты сейчас? – спросил он, внимательно изучая Данику.

– Уже лучше, – тихо ответила Даника.

– Утром я говорил с врачом, – сообщил Блейк и неторопливо изложил ей все то, что уже было ей самой хорошо известно и о чем она уже успела поговорить с Майклом. – По его мнению, беспокоиться не о чем.

– Да, теперь уже беспокоиться не о чем.

– Нужно только в течение нескольких дней оставаться в кровати, никаких резких движений, не поднимай тяжелого. Надо, дорогая, поберечься.

– Я не могу понять, почему это произошло. Майкл по-соседски очень помог мне.

– Приятный человек этот Майкл, – заметил Блейк.

– Да, – кивнула Даника, – и счастье, что вчера он оказался здесь. Без него я бы просто не знала, что и делать.

– Я же говорил тебе, что одной здесь находиться нельзя. Нужно было взять с собой Хэнну.

– Все в порядке, Блейк. Я же выжила.

А ребенок, нет ребенка. Неужели Блейку это безразлично?

– Врач сказал мне, что тебе стало плохо еще вчера, – неторопливо продолжал Блейк. – Почему же ты так долго не обращалась в больницу?

Даника тяжело вздохнула.

– Какая разница. Все равно теперь ничего нельзя изменить. Врач полагает, что это было предрешено.

– Знаю. И вовсе не обвиняю тебя ни в чем.

Тогда зачем он это сказал?

– Прости, – промолвила она. – Нервы.

– Ничего удивительного. Тебе пришлось нелегко. Могу себе представить, каково у тебя на душе.

Да, у нее на душе черно, а вот Блейк ни словом не обмолвился о том, что переживает из-за ее выкидыша. Как будто это было только ее бедой, а его это не касалось.

– Ну что, теперь все позади, – снова вздохнула она, теребя платок… – Спасибо, что приехал. – Она подняла глаза на Блейка. – Я понимаю, что ты ужасно занят…

Блейк, оживившись, тут же начал рассказывать о том, как был занят с тех пор, как они расстались. Как будто это должно было ее утешить. Он заговорил о своей работе в Вашингтоне, о предвыборной горячке, о торжествах по случаю победы, а также о стратегических планах кандидата Клейвлинга.

Она спокойно слушала. За час Блейк наговорил столько, сколько не наговорил за всю их совместную жизнь. Но опять – только о делах, ни слова о личном. Ни слова о том, что касалось непосредственно Даники. Такие же монологи она уже слышала: в детстве, когда в редкие дни ее семья собиралась за общим столом. Сначала отец интересовался у нее, как дела в школе, но уже через минуту перескакивал на предметы, не имеющие к школе ни малейшего отношения. Неужели Блейку тоже доставляло удовольствие слушать только себя? Никогда еще эти два мужчины не казались ей такими похожими друг на друга.

Даника удивилась лишь однажды, когда в конце монолога Блейк сообщил, что завтра в Мэн собирается ее мать.

– Мама едет сюда? – изумилась Даника.

– Конечно, она же волнуется за тебя. Она не может оставить тебя одну, когда тебе так нужна ее помощь.

– Помощь? – пробормотала Даника.

Горькие слова едва не слетели с ее языка, но ее взгляд был не менее красноречив.

– Послушай, Даника! Завтра я должен вернуться в Бостон. Элинор сочла, что в такой момент тебе не годится быть одной, и я с ней совершенно согласен. Она о тебе беспокоится. Когда я позвонил твоим родителям, они были просто убиты…