Читать книгу - "Земля магических аномалий - Анна Панкратова"

не отвечает, значит либо без сознания, либо в зачарованных наручниках, что лишают магии. – Попрошу Бена проверить.

Хантер вывел на запястье послание Бену. Если бы знал, что Оливер питает особую любовь к Эвелин, скорее всего взял бы ее собой. И так планировал увести Софи, подозревая, что это развалит королевство, но решил, что сестра-близнец здорово упростит ситуацию…

– Поговори со мной, – попросила Софи. – Пожалуйста.

Хантер кивнул, но что рассказать не знал. Мог много поведать о земле магомалий и тварях, что обитают там, особенно по ночам, но подозревал, что Софи это точно не успокоит.

– Я похожа на нее? – вдруг спросила она. – Твою жену?

Хантер улыбнулся.

– Похожа. Но я не вижу Люси в тебе, не бойся.

Софи отвернулась, задумчиво свела брови вместе. Что ж, теперь она хотя бы задумалась о трудности их положения, а не о пропавшей сестре.

– Я давно смирился, что никогда ее больше не увижу, – продолжил Хантер. – Свыкся с мыслью, что встречу другую девушку. Просто… не был готов, что так скоро, по правде. Я даже не понял, что это ты, пока Мара не ткнула меня в это носом.

– И что дальше? Отправишь меня на Луоры? А сам останешься тут творить свою страшную мстю всея мстей?

Хантер не ответил, ведь не мог так разочаровать Софи. Все было куда сложнее, чем она могла представить. Да, он хотел уничтожить Оливера, оставить его на пепелище, но еще только Сабрина могла очистить сердце Софи. И вот эта стерва точно не ударит палец о палец, пока не убедится, что Хантер и правда поможет устроить взрыв.

– Ты и правда это задумал? – Софи стряхнула его руку с колена. Отсела. – Обо мне ты подумал? Мара доходчиво объяснила, что меня ждет. Любить другого? Да. Быть счастливой с другим? Да. Быть счастливой вообще без мужика? Трижды да! Но только я всегда буду ощущать боль от метки, что осталась шрамом на душе. Всегда буду скучать по тому, что даже не помню. Гореть иногда по ночам от одиночества. А знаешь почему? Потому что ты, Грегори Голд, решил скрепить души. Потому что ты пообещал любить меня во всех жизнях. Так, пожалуйста, возьми теперь ответственность за то, что сделал, и будь мужиком, исполни свою клятву.

Софи замолчала, часто дыша, беспомощно наблюдая, как Хантер расплывался в улыбке. Она не понимала, насколько потрясающая, ведь успела пленить его всего за несколько дней. И что каждым словом, каждым действием влюбляла в себя все сильнее.

– И не смотри так на меня, – сказала Софи, краснея. Хантер взял ее за подбородок, не давая отвернуться.

– Я не могу тебе что-то обещать. И я хочу, чтобы ты приняла решение сама. Ты ничего мне не должна.

Запястье кольнуло, накрыла боль, словно буквы на коже вырезали ножом. Хантер оглядел послание и нахмурился, несмело посмотрел на Софи, что перестала дышать от волнения.

– Соврешь – я тебя ударю, – холодно сказала она. – Будешь врать – я уйду. Сама уйду на Луоры!

Хантер качнул головой, пытаясь скрыть чувство вины: он же не взял Эвелин с собой, хотя мог.

– Пожалуйста, Грег. Я очень хочу, чтобы ты говорил мне правду. Даже если это сделает мне больно.

Он кивнул, но не спешил, пытаясь понять, как смягчить новости. Понял, что, как ни говори, – реакция будет одна.

– Первым делом как вернемся, пойдем к Эвелин. Обещаю.

– Жива. Уже хорошо.

– И с ней все хорошо. Все обошлось. Она не отвечает, потому что Бен усыпил ее магией, чтобы она… пришла в себя.

– Жива, – повторила Софи, напрягаясь все сильнее. Она схватила Хантера за руки, опаляя страхом.

– Оливер… узнал про свидание. Расстроился. Он…

Хантер замолчал, а Софи помотала головой, догадавшись. До боли вонзила ногти в его ладони.

– Он пытался взять ее силой. Хорошо, что Эвелин кричать громко умеет…

– Бен помог, да?

– Да.

– Как это произошло?

– Софи, у меня рука, а не полотно и не книга.

Она опомнилась и поджала губы, жмурясь, чтобы скрыть слезы. Хантер понимал, что она считает себя виноватой, но не знал, как утешить. Все, что мог, – обнять. Так и сделал. И она прижалась к нему, открываясь до конца, доверилась. Хантер гладил ее по спине, размышляя, как долго Оливер сумеет скрывать пропажу дамы Сердец, и как скоро люди поймут, что можно свергать короля, а Реджина пойдет войной на Хартбрук.

Софи хлюпала носом, заливая слезами шею Хантера. Ее эмоции постоянно менялись, как в калейдоскопе, она опаляла то злостью и ненавистью, то горем и отчаянием. Ее сжирало чувство вины, а обида пыталась поглотить целиком.

– Я с вами, – выдавила она немного погодя. – Давай взорвем скалы.

– Софи…

– Я хочу, чтобы он умылся своей кровью. Чтобы страдал. Мучился!

Она отдалилась, распахнула рубашку, показывая шрамы на груди. Словно Хантер мог забыть, что Оливер сделал с ней.

– Ты прав. Он должен ответить за все, что сделал. Со мной, с Эви, с тобой. С нашей страной! Он медузов говнюк, и я хочу увидеть, как он захочет сдохнуть от боли.

– Софи…

– Из-за него умерли мои родители, он украл меня у тебя, запер в золотой клетке, заставлял пугать людей, оставил на мне шрамы, пытался изнасиловать Эви… – перечислила Софи и застыла. Ее глаза удивленно расширились, слезы высохли, сгорая от ужаса, что накрыл с головой, ведь она только сейчас осознала в полной мере все, что ей пришлось пережить из-за Оливера. – Он уничтожил наш дом. Мы не вернемся домой… он…

– Иди сюда. – Хантер притянул Софи к себе и обнял. Она снова заплакала, дрожа от ужаса.

– Я ненавижу его, – бормотала она между всхлипами. – Ненавижу…

– Мы отомстим ему, обещаю, – повторял Хантер, не зная, как успокоить душу Софи теперь.

Истерика стихла четверть часа спустя. Хантер заставил Софи вернуться в спальню, чтобы поспать. Она продолжала дрожать, поэтому он осторожно коснулся вены на ее шее, чтобы усыпить и дать прийти в себя.

2

Гремел гром. Небо озаряли яркие вспышки молний, раскрашивая тучи в алые оттенки. Хантер и сам начинал паниковать, ведь дождь мог начаться в любой момент.

Софи притихла. Постоянно смотрела на запястье, ожидая новых посланий, но Эвелин ограничилась коротким «Я в порядке» и больше в беседу не вступала.

Пару часов назад Софи все же не выдержала и засыпала Хантера вопросами о Бене.

– Он точно надежен?

– Точно. Я бы не отправил к твоей сестре непонятно кого.

– И ты уверен, что он не сделает ей больно?

– Я бы доверил Бену свою жизнь. И даже твою. Мы не раз спасали