Читать книгу - "Медь и серебро - Наталья Брониславовна Медведская"

Ольга думала, после случившегося кусок в горло не полезет, но голод взял своё: она в один присест умяла порцию пельменей, а потом ещё закусила большим куском пирога.

Спустя два дня на улице Ольгу встретил участковый и принялся усердно расспрашивать о Даниле Сергеевиче, задал ей несколько странных, неприятных вопросов. Вероятно, мать всё же попыталась навредить наставнику, даже подключила своего знакомого. Ольга спокойно всё рассказала любопытному мужчине, но он почему-то остался недоволен её ответами.

Притормозив у калитки, Ольга спрыгнула с мотоцикла, завела его во двор. Данила Сергеевич отыскался в мастерской.

– Привет, – помахала она рукой. Окинув взглядом массивный стол, ножки которого он покрывал светлым лаком, поинтересовалась. – И кто же такую махину заказал?

– Да есть тут один болеющий гигантоманией, он даже стулья сплошь из дерева попросил. Получились просто неподъёмные, а он и рад. – Данила Сергеевич отложил кисть. Закрыв крышкой банку с лаком, отставил её в сторону. – Ты вовремя, как раз к ужину. Лиза грибную запеканку сделала.

– На ужин я и надеялась, – улыбнулась Ольга.

Елизавета Львовна пять лет назад стала женой Даниле Сергеевичу. Познакомились они банально, она заказала ему книжные полки. Удивительно, но тихая набожная Лиза покорила сердце Монаха и заставила его прервать вынужденный целибат. Маленькая, какая-то аккуратненькая, с милой внешностью, с добрыми глазами и замечательным характером женщина стала его верной женой. На момент знакомства Елизавете исполнилось сорок пять, она никогда не была замужем и собиралась посвятить себя богу, но посвятила Даниле Сергеевичу. Она спокойно приняла его дружбу с Ольгой, а вскоре и сама стала относиться к ней, как к дочери.

Ольга помогла накрыть стол Елизавете Львовне, хотя та отнекивалась.

– Рассказывай, чем занималась? Вижу, у тебя полон ворох новостей, – потребовал Данила Сергеевич, когда они втроём уселись за стол.

Ольга вкратце пересказала события в семье Елагиных, и то, что случилось у последней клиентки.

Елизавета всплеснула руками.

– Как люди не боятся Бога. За всё ведь придётся отвечать. А нельзя привлечь эту Киру к ответственности по закону?

Ольга покачала головой.

– На основании моих слов? Меня попросту сочтут сумасшедшей. Елагины должны сами решать, как им поступить с родственницей.

Данила Сергеевич задумчиво прикусил нижнюю губу.

– Странно… Обычно при отравлении ядовитыми травами первым страдает желудок. Неужели эта Серафима не страдала от боли?

– Теперь мы не узнаем. Вполне возможно Кира Тимофеевна давала свекрови и сильное болеутоляющее, – вздохнула Ольга. – Со своей стороны я сделала всё, что могла.

Данила Сергеевич вдруг с хитрецой глянул на свою подопечную.

– А что насчёт твоей встречи с Денисом. Смогла отпустить прошлое? Или твоя упёртость снова не позволила парню высказаться?

Ольга ахнула. Она думала, наставник не вспомнит фамилию Дениса и не сопоставит её с фамилией погибшей Серафимы. Она ведь так старательно избегала её упоминать.

– Постоянно удивляюсь вашей способности ничего не упускать, – буркнула она.

– Как я мог забыть школьную историю, после которой ты замкнулась. При всём моём старании и красноречии я не смог убедить тебя, что каждый человек может совершить ошибку. Дать искренне раскаивающемуся человеку второй шанс – не слабость. Но разве ты меня тогда послушала. Заточила себя в коконе безучастия и равнодушия.

Ольга вскинула на Данилу Сергеевича сердитые глаза.

– Он трус! Просил прощения не при всём классе, а по-тихому наедине, за школой. А мои одноклассники смеялись надо мной в открытую, называли влюблённой дурой, возомнившей, что я ему нравлюсь. Он мог бы прекратить насмешки, но побоялся, а потом и вовсе свинтил из школы.

Лизавета Львовна круглыми глазами смотрела на раскрасневшуюся, сердитую Ольгу, привыкла к её холодному, спокойному тону.

– А ведь и спустя столько лет у тебя ничего не прошло, – заметила она. – Отпусти ситуацию, легче жить станет.

– Уже отпустила.

– Хорошо если так, – с сомнением в голосе произнес Данила Сергеевич, отлично помня, как тогда доставалось Ольге от одноклассников, и как тяжело она это переносила, хуже, чем травлю из-за матери.

Оля потянулась за конфетой. Развернув бумажку, откусила кусочек и охнула.

Данила Сергеевич встревожился.

– Понятно. Так и не сходила к зубному. Сколько ещё собираешься пить лекарство? Взрослый же человек…

– Олечка, ты боишься зубных врачей? – удивилась Лиза. – Хочешь, я с тобой схожу?

Ольга вздохнула.

– Хочу.

Свой первый и единственный поход к дантисту будет помнить всю жизнь.

Глава 6 (часть3)

Она была уже в выпускном классе, когда у неё заболел зуб мудрости. Промучившись пару дней, Ольга решительно отправилась в местную поликлинику.

Врач, молодой симпатичный мужчина лет тридцати, осмотрев пациентку, посоветовал зуб удалить. Перед тем, как сделать анестезию, спросил, нет ли у неё аллергии на лекарство? Ольга прежде, не посещавшая врачей, кроме педиатра, ответила, что никакой аллергией не страдает. Обколов больной зуб, дантист предложил ей посидеть в коридоре, пока подействует анестезия. Ольга вышла из кабинета, села на кушетку. Через несколько секунд ей стало плохо. Сердце с неистовой силой забарабанило в груди, никак не удавалось сделать вдох, воздуха катастрофически не хватало, в глазах потемнело, сознание покинуло её. Очнулась Ольга в реанимации. Оказалось, после укола у неё развился анафилактический шок и если бы не быстрая реакция врача, сделавшего инъекцию адреналина, она могла бы умереть. Сутки Ольга пробыла в реанимации, на следующий день её перевели в обычную палату.

Открыв глаза, она удивлённо огляделась. Кроме неё в белой, словно стерильной, комнате находились ещё четыре человека: две девочки пяти-шести лет и их мамы. Над плечом одной из женщин как воздушный шар висело страшное безобразное существо. На маленькой лысой голове не имелось ушных раковин. На уродливом лице мрачным огнём сверкали круглые без белков и ресниц глаза, заполненные чернотой. Нос у существа едва намечен, просто две дырочки, а ещё имелся крохотный рот, вытянутый в трубочку. Отвратительная голова держалась на тощей длинной шее. Ниже плеч располагался огромный, как будто надутый живот. Худосочные конечности больше походили на изломанные паучьи лапки. Рассматривая уродца, Ольга ощутила, как страх проникает в каждую клеточку тела.

– Ты спала? Извини, если мы тебя разбудили, – обратилась к ней женщина с жуткой тварью за плечом, в её карих глазах читалось любопытство. Худым лицом с острым носиком женщина напоминала Рину Зелёную[1], в фильме про Буратино.

Уродец