Читать книгу - "Невозможный босс. Беременна от бывшего мужа - Саяна Горская"

себя, но я мягко забираю её.

– Мы справимся, правда, Поля?

Тамерлан кивает и уходит.

Прижимаю к себе малышку.

Тёпленькая, мягенькая, как свежий хлебушек.

– Так, осталось лишь понять, где здесь завтрак, а где ребёнок… Может, мне съесть эту вкусненькую девочку? – Губами прихватываю Полину за все пальчики по очереди. – М-м, объедение!

Полинка хохочет и верещит, оглушая меня.

Сама подставляет пальчики под мои губы.

– Ам-ням-ням! – Поднимаю её над собой, целуя щёчки, носик и пухлый животик.

Так и держа её на вытянутых руках, зависаю взглядом в глубоких тёмных глазах.

Там всё в них. Целая вселенная.

Сердце сжимается.

Я прижимаю её к себе.

– Ты чудо, – шепчу. – Ты знаешь об этом? Ты настоящее чудо.

В ответ она выдыхает, укладывает головку мне на плечо. Крошечное тельце расслабляется.

Тамерлан выходит из душа, вытирая волосы полотенцем.

На нём только брюки, и от блестящих капель воды на бронзовой коже его торс кажется невероятным, гладким, словно выточенным из камня.

Дыхание перехватывает.

Я шумно сглатываю и тут же отворачиваюсь, но сердце всё равно предательски ускоряется.

Широкие обнажённые плечи, сильные руки…

Честно говоря, если и была какая-то сфера, в которой у нас с Тамерланом никогда не возникало проблем и разногласий, то это сфера физического притяжения. Оно всегда было между нами, мощное и неоспоримое, как гравитация. В этом плане мы понимали друг друга без слов. Тамерлан всегда знал, как и когда нужно действовать, чтобы всё было идеально.

– Держи, – я передаю Полину Тамерлану, аккуратно прижимая её к его груди.

– Дядя-носилка снова в деле! – Выдаёт с энтузиазмом.

Иду в спальню.

С плечиков в шкафу сдёргиваю рубашку, быстро прохожусь по ней отпаривателем и возвращаюсь.

– Оденься, бога ради – швыряю в Тамерлана.

Ловко ловит в воздухе.

– Ты хранишь мои вещи? – Приподнимает бровь. – О, как это мило.

– Не обольщайся, – фыркаю. – Это не из соображений сентиментальности. Она из дорогого турецкого хлопка, и иногда я ношу её под пиджак. У неё красивый цвет.

Тамерлан хмыкает неопределённо, но ничего не говорит.

Он надевает рубашку, застёгивая одной рукой пуговицы, пока Полина продолжает что-то увлечённо мурлыкать у него на ручках.

Подхожу.

– Неровно, – тихо говорю я, разглаживая ткань на плечах и подравнивая воротничок.

Мы оказываемся слишком близко.

Подушечки моих подрагивающих пальцев касаются кожи его шеи.

Поднимаю взгляд.

Его лицо совсем рядом – резкие черты, чуть влажные волосы, серьёзные тёмные глаза.

Он смотрит на меня так пристально, что воздух между нами сгущается.

Не могу оторвать взгляд от его губ.

Весь этот момент кажется подвешенным во времени, как если бы мы могли раствориться в этом ощущении, забыть обо всём, что произошло.

Тамерлан тоже смотрит на мои губы, чуть прикусывая свою нижнюю.

Это притяжение – оно всё ещё здесь. Оно сильнее нас обоих.

Резко отвожу взгляд, отступаю на шаг, разрывая невидимое напряжение.

– Ну что, – едва заметно трясу головой, сбрасывая наваждение. – Садимся завтракать?

Тамерлан медленно кивает, всё ещё молча, и мы оба возвращаемся к тому, что кажется более безопасным – кухне, завтраку и заботам о Полине.

Глава 33

Ярослава.

Полина сидит у Тамерлана на руках, изредка захватывая взглядом что-то из взрослой еды на столе, но возвращается к своей бутылочке с полной серьезностью. Она шумно причмокивает, а потом начинает весело смеяться, когда Тамерлан с нарочитой важностью поднимает бровь и высовывает язык, корча рожицы.

Мы сосредоточенно жуём, уделяя слишком утрированное внимание завтраку.

– Как твой проект? – Нарушает молчание Тамерлан, поглядывая на меня поверх чашки с кофе.

– Хорошо, спасибо. Мы уже на финишной прямой.

– Ты заменила материалы облицовки?

– Да. Спасибо, что указал мне на это. Ты был прав, иногда меня заносит.

– Меня тоже заносит, – примирительно улыбается. – Хорошо, что ты обычно вовремя меня останавливаешь. Не даёшь превратить всё в деньги. Иногда я забываю, что мы делаем это для людей.

Его тон настолько искренний, что я на секунду ловлю себя на мысли: вот бы все разговоры с ним были такими. Без подводных камней, без подтекста.

Но, увы.

Контекст наших отношений, видимо, не предусматривает иного формата общения.

– Через несколько дней комиссия?

– Да, – хрустящий тост исчезает в его бездонном рте.

– Твоя команда готова?

Он прищуривается, чуть склоняя голову к плечу.

– Можешь не переживать, у меня всё под контролем.

В его голосе столько уверенности, что мне становится неуютно.

Мы возвращаемся к теме, которую я терпеть не могу обсуждать.

Конкуренция.

Да, мы сейчас сидим за одним столом, завтракаем вместе, заботимся о ребёнке, как одна команда. Но совсем скоро мы окажемся в офисе и всё изменится.

Я не хочу с ним конкурировать. Никогда не хотела. Но я не могу позволить себе проиграть. Не теперь.

Всё, что я делаю, – я делаю для моего будущего ребёнка.

Тамерлан задумчиво ковыряет вилкой в своей тарелке.

– Почему ты не поставила ёлку? Ты же всегда любила Новый год.

– У меня нет настроения в этом году.

– Непорядок. Новый год без ёлки – это как утро без кофе.

– А вы поставили?

– Я? – Он чуть приподнимает бровь. – Ты же знаешь, я никогда не был фанатом этой традиции. Ёлка в нашем доме стояла исключительно для тебя.

Вопрос о том, как отреагировала на это его невеста, крутится на языке, но я не позволяю ему сорваться.

Не хочу говорить о ней.

Не сейчас.

Не за этим столом.

Полина вдруг издаёт короткий смешной звук, будто бы желая переключить наше внимание на неё, и мы оба смотрим на неё одновременно.

– Думаю, Кнопочка хочет сказать, что вопрос ёлки не подлежит обсуждению, – шутит Тамерлан, глядя на меня с тем же мерцающим юмором в глазах. – Я займусь твоим новогодним настроением.

– Не стоит.

– Яся… – С укором качает головой и передаёт мне Полину.

Убирает со стола посуду, загружая посудомоечную машину.

– Давай я тебя подвезу. Отдадим Полинку и поедем вместе. Ты же пока без машины.

– Не стоит, я могу взять такси.

– Тут недалеко, – не оборачиваясь, бросает через плечо. – Прогуляемся с ребёнком, воздухом подышим, а потом поедем.

Смотрю на Полину, её пухлые щёчки, которые слегка розовеют от комнатного тепла.

Расставаться с ней так быстро?