Читать книгу - "Грязные чернила - Лана Ива"

что у него поехала крыша, не иначе.

Я стою так, прижавшись к двери, около пяти минут. Просто не могу сдвинуться с места. Всё моё тело вдруг охватывает необъяснимая тоска по парню, который только что ушёл. Несмотря на все предупреждения Саши и наглые заявления самого Харриса, я понимаю, что совсем не хочу держаться от него подальше.

Более того, я была бы действительно не против, если бы Лиам остался тут жить и спал в моей комнате.

Глава 27

Саммер

– Доброе утро, крошка.

Лиам Харрис оказывается очень пунктуальным молодым человеком и встречает меня в коридоре ровно в семь. Его глаза ещё сонные, а волосы небрежно растрёпаны. Выглядит он очаровательно. В руках два стакана с кофе, и сердце моё тает.

– Доброе. Боже, мне так неловко, что ты из-за меня поднялся в такую рань.

Я подхожу к нему, и он протягивает мне один стакан с капучино.

– Я выспался.

– Что-то непохоже. – Я делаю глоток кофе. – Ммм, на кокосовом. Спасибо. Так мило, что ты это запомнил.

– Это было несложно. – Он криво улыбается. – Ты вся пропитана этим кокосом.

– Неправда.

– Правда, Рид.

Мы выходим из квартиры, переругиваясь, и я практически не хромаю. Я рада этому, ведь сегодня Генри наверняка отправит нас на улицу, а в такую прекрасную погоду я не хочу отсиживаться в здании.

К школе мы подъезжаем примерно за пятнадцать минут до начала занятий. И именно в тот момент, когда из главных дверей выходит Генри. Он идёт к своей машине, вытаскивает с заднего сиденья какой-то рюкзак и возвращается обратно.

– Значит, это и есть тот самый великолепный профессор, ради которого ты сюда прилетела? – спрашивает Лиам, проследив за моим взглядом.

– О да, – тяну я, наблюдая, как Генри лёгкой походкой поднимается по лестнице и скрывается в здании. – Красавчик, правда?

– А для чего этот красавчик носит такие большие очки? – Лиам смотрит на меня и усмехается, затем наклоняется ближе и добавляет вполголоса: – Чтобы видеть свой маленький член?

– Боже, ну какой же ты озабоченный придурок! – Я вспыхиваю и бью его по плечу. – Спасибо, что подвёз. Пока.

Я распахиваю дверь и быстро выбираюсь на улицу. Лиам смеётся мне вслед.

– Во сколько мне заехать за тобой вечером?

– Не стоит, сама доберусь.

– Брось, Саммер. Просто скажи мне время.

Я кусаю губы, раздумывая, стоит ли мне соглашаться, и в конце концов киваю.

– Ладно, я заканчиваю в восемь, но иногда задерживаюсь до девяти.

– Окей, я приеду в восемь. Не задерживайся сегодня. – Он подмигивает мне.

Я закатываю глаза и закрываю дверь. Ну и зачем я опять согласилась?

* * *

Из-за моей больной лодыжки Генри два дня не пускал нас на улицу, и мы отрабатывали предметную съёмку в классе и учились более грамотной и гармоничной настройке света в редакторе. Мне было неловко, что я лишила ребят свежего воздуха, но они, кажется, совсем не расстроились. Группа у нас классная и понимающая, а ещё очень весёлая. Вся в наставника.

Лиам же возомнил себя моим личным водителем и решил возить меня на учёбу до тех пор, пока моя нога не перестанет болеть. На мои протесты он внимания не обращал, и я просто смирилась. Харрису всё равно не запретишь что-то делать. Он сам себе хозяин, и никто ему не указ.

Во вторник в половине восьмого я получаю сообщение от Лиама. Он пишет, что уже едет за мной и будет через двадцать минут, и чтобы я не задерживалась тут, потому что он, видите ли, очень голодный. Важный индюк. И да, теперь у меня есть номер самого Лиама Харриса, кто бы мог подумать.

Немного поболтав с Генри о сегодняшней проделанной работе и убедив его, что чувствую себя прекрасно и ничего у меня не болит, без десяти восемь я выхожу из школы и сразу же натыкаюсь взглядом на Лиама. Он стоит на парковке, оперевшись о капот своей машины, скрестив ноги и уткнувшись в телефон. На нём кепка, которую он надевал к Тайлеру, чёрные джинсы и чёрное худи, капюшон которого он натянул прямо на кепку. Он почти слился со своей чёрной огромной машиной. Я усмехаюсь. Маскировка что надо, прямо как у хамелеона. Сейчас в этом парне совершенно невозможно узнать популярного музыканта, собирающего на стадионах тысячи людей.

Лиам замечает меня, когда я начинаю спускаться с бесконечных ступенек, моля всех богов, чтобы не отступиться и не упасть. Видя мою сосредоточенность и серьёзное лицо, Харрис посмеивается, и мне хочется его стукнуть. Когда я преодолеваю последнюю ступеньку, он вальяжно подходит ко мне и протягивает руку.

– Живая, Мартышка?

Я гневно вскидываю на него голову, но руку принимаю и с огромным облегчением ступаю на ровный асфальт.

– Хорошо повеселился?

– Да, было забавно.

– Рада, что смогла поднять тебе настроение.

– Можешь поднять мне ещё кое-что.

Я не собираюсь комментировать его очередные пошлые шутки и молча иду к машине.

– Как день прошёл? – интересуется Харрис, выезжая с парковки. – Один из них тебе, кстати. – Он косится на два стакана с кофе между нами.

– Оу, спасибо. День был отличный. – Я с улыбкой беру один стакан и когда делаю глоток, еле сдерживаюсь, чтобы не выплюнуть всё обратно. – Господи, какая гадость.

– Ну спасибо. – Харрис закатывает глаза. – Ты что, обслюнявила мой кофе? – Лиам притормаживает на светофоре и забирает у меня стакан. – Читать научись.

Я приглядываюсь и замечаю, что там написано имя Лиама. Упс, поторопилась.

– Там же сплошная горечь, как ты это пьёшь? – Я делаю два спасительных глотка своего капучино и откидываюсь на спинку сиденья. – Мой отец тоже любит чёрный и горький, он в такой кофе ещё лимон добавляет.

– Я тоже добавляю.

– И почему я не удивлена? – Я прыскаю от смеха. – Ах да, ты ведь тоже Стрелец. Вы, ребята, такие странные.

– А вы, Раки, такие зануды.

Мы обмениваемся одинаковыми презрительными гримасами.

– Как прошёл твой день? – спрашиваю я вежливо, чтобы поддержать беседу. – Чем занимался?

– Продуктивно. Зависал в студии вместе с Полом и остальными. Написали несколько новых песен.

– Круто. Элиас тоже был?

Не смогла удержаться от этого вопроса. Я так и не