Читать книгу - "Формула счастья - Пола Хейтон"

Тео недоуменно вскинул бровь.

— А как же!

— Мне казалось, второй раз ты не захочешь пройти ту же процедуру…

— Хочешь верь, хочешь — нет, — Тео как-то по-детски заморгал, — я начисто забыл, что было тогда… Но я хочу, чтобы ты запомнила наш день. Разве каждая женщина не мечтает о нем? Признавайся, разве ты не воображала себе свадебное белое платье?

— Розовое…

— Как украшаешь волосы вуалью.

— Цветами.

— Надеваешь лаковые туфельки.

— Атласные…

Оба фыркнули.

— А какие мы выберем кольца?

— Мне — простое обручальное, а вот тебе… тебе… — Тео хитро улыбнулся. — Это пока мой секрет.

— Ну, скажи, скажи, — ребячливо тормошила его Рената, целуя ему щеки, лоб, губы, соски, спрятавшиеся в завитках волос на груди, чем моментально привела Тео в неистовое возбуждение.

Перекатываясь по широкой постели, сплетаясь руками и ногами, они ласкали, поддразнивали, мучили один другого, пока наконец не слились вновь.

— О-о-о… — стонала в истоме Рената.

И он вторил ей. Время остановило свой бег. Ничто в мире не существовало для них. Лишь тела, дарившие друг другу ослепительные вспышки, рожденные страстью.

Утром Рената провожала Тео в аэропорт. Они ехали вдоль набережной Мичигана. Солнце сверкало на воде, в тысячах стекол проплывавших мимо небоскребов, золотило листву деревьев Центрального парка. Было еще довольно рано. Город казался словно умытым. Дышалось свободно, легко.

— Знаешь, это, наверное, звучит нелепо, но я никогда не бывал ни в здешней обсерватории, ни в океанариуме, ни в консерватории.

Рената дружелюбно потрепала его по затылку.

— Не обижайся, я всегда говорю, что люди, занятые финансовым бизнесом, несколько… ущербны.

— Ничего! В семье и одного человека, занимающегося творческими проблемами, вполне достаточно, — фыркнул Тео. — Хотя не буду возражать, если приобщишь на чуть-чуть…

— Уж будь уверен, я тебя растормошу, — лукаво улыбнулась Рената.

Тео с хитрецой в глазах покосился на нее.

— Ты уже этого добилась, милочка.

— Фу! Ты все о том же… Я жалею, что ночью дала себе волю.

Тео резко затормозил, остановившись прямо посреди улицы, сгреб Ренату в объятия.

— А я не жалею ни о чем. И никогда не буду жалеть, пока жив.

Редкие утренние прохожие, выгуливавшие своих собак, смотрели, понятливо кивая, с улыбкой на молодую пару, забывшую обо всем на свете.