Читать книгу - "Развод в 40. Я не прощу измену! - Николь Келлер"

хороший отец, но вот как с мужем я рядом чувствовала себя одинокой. Непонятой...Наша общая ошибка, что мы перепутали любовь с влюбленностью. Но я ни о чем не жалею — благодаря Саше у нас есть Мила.

— Она замечательная, — улыбаюсь, глядя на эту девчонку, так невероятно похожую на отца. Она ловит мой взгляд и машет рукой.

— Вы ей очень понравились, — Яна осторожно касается моего плеча. — Хотя Мила очень ревностно относится ко всем женщинам рядом с отцом. А вас как будто сто лет знает.

— Я очень рада. Не хотелось бы внести в вашу семью раздор и раскол в отношениях между отцом и дочерью.

— Вы очень добрая, Женя. Я очень рада, что Саша вас встретил. Рядом с вами у него снова глаза горят. Берегите друг друга.

— Спасибо большое. Вам легкой беременности и родов.

— Спасибо, — Яна с нежностью поглаживает животик. — В этот раз я решила полностью посвятить себя материнству и детям. Даже от няни отказаться. Жаль, конечно, с нею прощаться…

На последних словах я принимаю боевую стойку. Это же мой шанс!

— Яна, — начинаю осторожно, — а ваша няня уже нашла новую работу?

— Пока нет, — тяжело вздыхает. — От этого я чувствую себя еще более виноватой.

— Пожалуйста, дайте ей мои контакты, — быстро достаю из сумки блокнот и царапаю свой номер телефона. — Я как раз в поисках няни для Кирюшки.

— Правда? — сияет девушка. — Это же чудесно! Я прямо сейчас ей напишу, а дальше вы сами уже обговорите детали.

— Спасибо вам огромное! Вы меня спасли!

— А вы — меня! — счастливо смеется Яна.

— Мама, — Кирюшка подбегает и дергает меня за руку. — Можно мы еще сюда придем поиграть? И Милу пригласим?

— Да, я тоже хочу играть с Кириллом, — маленькая принцесса заявляет требовательно, становясь рядом с новым другом в лице моего сына.

— А у меня идея получше! Давайте лучше вы к нам приезжайте в субботу в гости. Пожарим шашлыки, и дети на улице на свежем воздухе побегают.

— Это здорово. Что скажешь, Жень? — Саша прижимает к себе и целует в висок.

— Поддерживаю, — усмехается подошедший муж Яны. — Будем дружить семьями и домами.

А мне хочется разреветься от такой теплой, дружественной и семейной атмосферы. С Володей такого никогда не было.

Этим вечером Александр остается ночевать у нас…

Каждый раз при воспоминании об этой волшебной ночи у меня мурашки по коже и подгибаются колени. Она была наполнена поцелуями, удовольствием, что патокой разливалось по телу, жаркими объятиями и… признаниями в любви.

А утром Саша довел меня до слез, принеся завтрак в постель. Обычно это я подрывалась с утра, чтобы угодить мужу, а здесь мужчина постарался для меня. И не позволил встать, пока все не съем. Я почувствовала себя любимой, желанной и незаменимой. И глубоко влюбленной в этого идеального мужчину…

Вот только одно меня гложет: что Александр все еще не знает, что я не та, за кого себя выдаю...

И я твердо даю себе слово признаться в самое ближайшее время.

Но все последующие дни протекают в бешеной суете по вопросам организации пошива нашей эксклюзивной линейки. Мы работаем с утра до ночи практически буквально. И няня, рекомендованная Яной, которая приступила к работе уже через два дня, очень здорово нас выручает.

Но я больше не могу носить это все в себе. Босс должен знать правду.

Перед обедом улучаю минутку и решительно иду в кабинет Александра.

— Саш, можно? — осторожно заглядываю в кабинет. Делаю шаг, закрываю за собой дверь. — Мне нужно с тобой серьезно поговорить.

Босс собирает бумаги со стола. Он напряжен и судя по всему, куда-то торопится.

— Что-то срочное? Что-то не так с пошивом?

— Нет-нет, на производстве все нормально… Это… Это личное.

— Жень, давай отложим, а? Пару дней же потерпит? Встреча затянулась, и теперь я дико опаздываю на самолет. Тем более, мне с тобой тоже серьезно нужно поговорить.

Босс замирает. Пронзает меня строгим взглядом исподлобья. И ждет. Как будто дает возможность… в чем-то признаться.

Глава 48

Женя

В груди поселяется тревога. Машинально даже потираю это место кулаком.

— Да, конечно, — растягиваю губы в фальшивой улыбке. Такой же, как я сама. Только чувства к этому мужчине, что пустили корни глубоко в сердце, самые настоящие.

Босс шумно выдыхает и кивает сам себе.

— Вот и отлично… вот и отлично… Значит, ты остаешься на эксклюзивной линейке. По всем остальным вопросам оставляю, как обычно, Эдуарда Артемьевича.

— Хорошо.

Александр упаковывает бумаги, подхватывает папку с документами и идет на выход. Широко распахивает дверь и пропускает меня вперед. Растерянная, что Саша даже не обнимает и не целует на прощание, выхожу в приемную.

— Эти документы занесите Эдуарду Артемьевичу, — дает указания секретарше. — Пусть он займется этим вопросом и доведет до ума. У меня нет ни времени, ни желания.

— Поняла, будет сделано, — кивает девушка, что заменяет уволенную секретаршу.

Из приемной выходим одновременно. Желаю хорошего полета, с огромным комом в груди и зудящей внутри тревогой направляюсь к себе в кабинет.

После обеда меня в коридоре ловит «председатель сельпо».

— Вот вы где! Срочно зайдите к Эдуарду Артемьевичу. Он вас по всему Дому моды ищет.

— А что случилось? Что-то серьезное?

Женщина бормочет что-то нечленораздельное и удаляется по коридору, махнув рукой.

С нарастающей тревогой, булыжником на сердце, превозмогая нежелание, иду к первому заму.

Набираю в грудь побольше воздуха и стучу в дверь.

— Добрый день. Вызывали?

— Входите, входите, Евгения Львовна, — как-то особенно скабрезно улыбаясь, Эдуард Артемьевич делает жест рукой.

Переступив порог кабинета обнаруживаю, что мужчина не один. В кресле для гостей восседает представительный мужчина, что с интересом меня разглядывает.

— Добрый день.

Мужчины переглядываются между собой, усмехаются друг другу только им одним понятным мыслям.

— А что так неласково, Евгения Львовна? — Эдуард Артемьевич медленно поднимается на ноги, мерзко скалясь.

Сердце колотится навылет, ладошки потеют. С дурным предчувствием перевожу взгляд с одного мужчины на другого.

— Не понимаю, о чем вы…

— Позвольте представить, — продолжает разыгрывать спектакль, — это Илья Константинович, ваш последний работодатель, у которого вы работали последние шесть лет.

Внутри все обрывается. Я забываю, как дышать. Кровь отливает от лица, а сердце свалилось в желудок, и там захлебнулось.

Я не знаю, куда себя деть со стыда. Я молю только об одном — провалиться сквозь землю.

— Я… — хриплю, но меня жестко перебивают.

— Вы не знаете этого человека, потому что не работали у него. Вы вообще нигде за всю свою жизнь не работали. Вы подделали резюме, документы и обманом