Читать книгу - "Когда небо обращается в пепел - Нин Горман"

У меня глаз дергается от того, что он в курсе таких деталей.

– Да тут все об этом знают. Заделать ребенка одной девушке, а потом свалить с другой – джентльмены так не поступают.

В колено джентльмены тоже не бьют, но разбитый вдребезги сустав напрочь отбивает у Джоша дальнейшее желание болтать. Я не сторонник предательских ударов, но сейчас я ужасно зол… на этого мудака и на себя – за то, что оставил Скай на растерзание шакалам вроде него.

Рухнув на одно колено, Джош пытается собрать остатки достоинства, а я понимаю, что он уже второй человек в Блумингтоне, который ткнул меня в мое отцовство. Сначала Коллин, теперь он… Скольких еще мне придется выслушать, прежде чем со мной решится заговорить главное заинтересованное лицо?

Все еще кипя от гнева, я хватаю ублюдка за ворот, чтобы врезать ему еще раз. Я злюсь на правду, которая разъедает меня изнутри – и которую я никак не могу принять. Сибилл не подпускала меня к Элиасу, потому что мои душевные раны были слишком глубоки. А Скай, узнав о них, видимо, решила, что проще будет самой воспитывать ребенка, чем с таким обломком человека, как я. И я даже не могу ее в этом упрекнуть. Если бы она знала всю правду, то вряд ли бы настаивала, чтобы я принял свою долю наследства.

Меня раздирают противоречия, я не знаю, что делать. Разве что впечатать проклятого футболиста в землю.

Вот только он уже воспользовался тем, что я отвлекся, вскочил и сшиб меня с ног. Что ж, в этом он мастер. Джош не теряет времени даром и бьет меня по лицу. Больно, конечно, но эта боль не сравнится с той, что меня пожирает. Наконец мне удается перехватить его руку и сбросить с себя, чтобы хоть как-то ответить. Увы, мне не дают отвести душу – трое (или четверо?) плечистых парней оттаскивают нас друг от друга. А в следующий миг я вижу, что ко мне бежит перепуганная Скай.

– И эта здесь! – ухмыляется Джош. – Сколько еще детишек он должен тебе заделать, чтобы ты поняла, что он считает тебя дурой?

Я поднимаюсь, готовый снова броситься на ублюдка, но Скай прижимается ко мне и просит остановиться:

– Забей на него.

Я хочу сказать ей, что не могу так просто дать ему уйти. Вытираю кровь, которая течет по моему лицу. Джош, видно, хорошо меня приложил – кровь никак не останавливается, – но сейчас меня не это волнует. Все, что меня волнует, это теплые руки Скай и ее глаза, которые умоляют меня успокоиться.

– Он того не стоит, – говорит она.

И я не стою, да, Скай?

Словно услышав мой невысказанный вопрос, она берет меня за руку, перепачканную кровью:

– Давай уйдем, пожалуйста.

Нежность в ее голосе, в ее взгляде… Этого достаточно, чтобы я уступил и пошел за ней.

– Скай – Признания

Show me how to make it new again […]

I'm nowhere if I'm here

Without you[40].

Without You, Ashes Remain

Эш прижимает руку к рассеченной брови, пытаясь остановить кровотечение. Я предложила отвезти его в отделение неотложной помощи, чтобы там ему зашили рану, но он отказался. Зато хотя бы согласился, чтобы я ее обработала. Мы ушли из резиденции братства ко мне в общежитие, и когда я достаю аптечку из тумбочки, то замечаю, как Эш оглядывает мою комнату.

– Уверен, что не хочешь ехать в больницу? – снова спрашиваю я.

– Да, не переживай. Все не так страшно, как выглядит.

Крови так много, что я боюсь, без швов все-таки не обойдется. У меня перед глазами до сих пор стоит искаженное яростью лицо Эша, когда он ударил Джоша… Но когда я попыталась привести его в чувство, то злость в его глазах уступила место кромешному отчаянию.

– Мне жаль, что так вышло. Кажется, из-за меня он никогда не оставит нас в покое… А ты ведь пытался предупредить меня на его счет.

– Прекрати, Скай. Ты не несешь ответственность за поступки этого придурка. И за мои тоже.

Эш смотрит на меня, по-прежнему прижимая руку ко лбу. На пальцах – потеки засохшей крови. С тех пор, как мы познакомились, это уже его третья стычка с Джошем. И каждый раз он лезет в драку, чтобы меня защитить.

– Ты ни в чем не виновата, поняла? – подтверждает Эш мои догадки голосом ласковым, но невеселым.

– Я не несу ответственность за безумие других людей, да?

Он кивает и отводит взгляд, словно мои слова заставили ожить воспоминания, которые он предпочел бы оставить в прошлом.

А я ведь всего лишь повторила то, что Эш сказал мне, когда Джош явил свое истинное лицо и попытался силой затащить меня на оргию братства… В тот вечер Эш не только спас меня от страшной участи, но и позволил плакать у него на плече, как безутешному ребенку. Прямо здесь, в этой комнате. Он тогда проводил меня, желая убедиться, что со мной все будет в порядке. И если бы Вероника нам не помешала…

Кажется, это случилось целую вечность назад… Но я все равно помню, как по телу пробежали мурашки, когда мои губы прижались к его губам.

Отгоняя непрошеные мысли, я указываю Эшу на кровать.

Он садится, а я копаюсь в аптечке. Потом осторожно убираю его руку от лица и вижу, что глаз у него целиком залит кровью.

– Да уж, хорошо он тебя приложил.

Складываю бинт вчетверо и кладу на рассеченную бровь.

– Можешь так подержать, пожалуйста?

Он послушно прижимает бинт, а я смачиваю другой перекисью и начинаю оттирать кровь у него с лица. Эш молча за мной наблюдает. Я стараюсь сохранять дистанцию между нами, но эта близость, пусть и вызванная необходимостью, заставляет мое сердце биться чаще.

Убираю волосы, прилипшие к ране. Ему правда идет такая прическа. Я не кривила душой, когда сказала об этом в тот вечер в «Дели», после похорон мисс Паркс. Даже с отросшей щетиной и кругами под глазами, которые расползлись чуть ли не на пол-лица, он все равно был красив. Он и сейчас красив – несмотря на кровь и заплывший глаз.

Я заново открываю для себя его черты и крохотные несовершенства, детали, которыми прежде любовалась, когда он спал. Тогда я думала, что лишь сыграю в игру, но потерпела поражение, едва начав. Еще до того, как мы переспали,