Читать книгу - "Лисичка для Стального Волка - Надежда Черпинская"

не сбежал, а встал между мной и чудищем, ощерившись и не подпуская, ко мне.

А ещё через мгновение рядом возник Ильд, со своим громадным топором в руке.

Ну, всё, берегись жабное дерево , сейчас щепки полетят!

Рыжий сразу бросился в бой, прикрывая собой и меня, и потрёпанного Волка. Рубил безжалостно, так что щепки действительно полетели, вместе с ошмётками какой-то слизи.

Вир тут же перекинулся в людское обличие и присоединился к другу.

А я… ну, что я… кое-как поднялась на ноги и теперь, открыв рот, смотрела на мельтешащие в воздухе лезвия, на неуловимо быстрых мужчин, и на то, как под их ударами оседает и корчится озёрное чудовище.

Ох, зря эта болотная старушка хотела мной перекусить, зря!

Ещё несколько ударов, и на зелёную приозёрную травку осыпалась лишь какая-то непонятная требуха. Ильд и Вир не сразу опустили оружие и отошли от останков болотной твари. Видно, ждали подвоха – вдруг эту тварь не так-то просто победить.

Но, похоже, им действительно удалось уничтожить зловредную старушку.

Я шумно выдохнула, наконец в этом убедившись, а затем и тихонько шмыгнула носом. От пережитого ужаса меня потряхивало. Ничего себе, сходила умыться да травки нащипать!

И, будто озвучив мои мысли, мои спасители разом обернулись и хором возмутились:

– Ну-у-у, Эрика!

Я хотела пискнуть хоть пару слов в оправдание, но язык после всего случившегося не желал подчиняться.

– Ух, всыпать бы тебе сейчас хорошенько! – скрипнул зубами Вир. – Вот этим прутом ивовым…

– Только не ивовым, – вытаращив испуганно глаза, замотала я головой. От страха голос мигом обратно прорезался.

– Хоть на верёвку привязывай, – продолжал рычать Волк. – Что за девка такая бедовая? Куда ни пойдёт, везде себе приключений на хвост найдёт.

– Чтобы больше ни на шаг от нас не отходила! – Ильд сейчас тоже растерял всё своё благодушие. – Поняла?

– Угу, я больше так не… – тут же откликнулась я.

Но меня сердито перебил Вир:

– Это мы уже слышали! Смотри мне, ещё раз что-нибудь такое выкинешь!

– Да я-то что? – я обиженно всхлипнула, губы сами собой задрожали. – Я думала, это старушка немощная, помочь хотела… А она…

– Я всё сказал! – безжалостно отрезал Вир, отёр меч травой и яростно сунул в ножны.

Это стало последней каплей, я опять разревелась, уже который раз за эти пару дней. Но даже сквозь слёзы видела, как Ильд укоризненно покачал головой и, указав на меня взглядом, потихоньку пошёл к костру – мол, ты довёл, ты и успокаивай! На самом деле, в слезах моих виноват был не столько Волк, сколько всё остальное, вот эта жуткая жаба-баба, к примеру. Но досталось, как всегда, Виру…

Тот, не долго думая, подошёл ближе и одним ловким движением подхватил меня на руки, собираясь, видно, так утащить к костру.

Но я тут же забрыкалась:

– Пусти, пусти, злыдень! Я сама пойду…

– Находилась уже… – пробурчал он, перехватывая меня так, чтобы руками не размахивала, и прижимая ещё теснее.

– А тебе не всё ли равно? – обиженно зашипела я. – Подумаешь, сожрали бы Лисичку… От такой обузы мигом избавился бы! Ты же только и думаешь, как от меня отделаться…

– В самом деле! – хмыкнул у меня над ухом Вир. – За что мне обуза такая? Мало того, что бедовая, так ещё и дурная!

***

26 В путь-дорогу

Вир

Эрика затихла в моих руках – перестала ворчать и ёрзать, но всё ещё дулась и сердито пыхтела. Она напоминала сейчас нахохлившегося воробушка, в стужу эти птахи так и топорщили пёрышки, пытаясь согреться. Вот и она тоже пыжилась и ершилась, но пригревшись у меня на груди, быстро сменила гнев на милость, раскраснелась, присмирела.

Её тёплое дыхание щекотало кожу в распахнутом вороте рубахи, и я невольно прижимал Эрику всё крепче к себе. Чувствовал, как бешено стучало её сердечко. И снова терял голову от того дивного аромата летнего луга, которым пахла только эта невыносимая девчонка. Это не запах, а какое-то хмельное приворотное зелье!

Ещё пару мгновений назад во мне всё кипело от злости и желания придушить эту бедовую девицу, которая умудрялась найти неприятности, как говорится, в чистом поле. Уже который раз, всего за пару дней, страх за неё захлестнул так, что потемнело в глазах. Как же я боялся не успеть! Чуть разума не лишился, когда услышал её полный ужаса крик.

А потом, когда всё было позади, когда зарубили мы с Рыжим проклятую тварь, на смену страху пришла ярость. И понимал ведь, нет вины Эрики в том, что на неё эта нечисть накинулась, но всё равно взбесился.

Ведь я же ей говорил: «Подожди, вместе пойдём!» – но нет, эта упрямая девица всегда по-своему делает. И вот, что вышло…

Да, я злился так, что зубы скрипели.

Но едва она оказалась у меня в руках, едва я снова вдохнул её пьянящий аромат, как ярость улеглась, присмирела, словно ласковый, послушный пёс, и уже совсем иные мысли и желания завладели мною.

Я старался смотреть на спину идущего впереди Ильда, на рыжее пламя костра, пасущихся лошадей, закатное небо, да хотя бы просто вдаль… Но взгляд так и соскальзывал вниз и тянулся к алым, как спелая малина, губам Эрики, и ещё ниже… к часто вздымавшимся холмикам под тонкой тканью рубахи, расшитой изысканной вышивкой.

И лишь Великому Волку известно, каких усилий мне стоило сейчас удержаться и не нарушить данное слово – наверное, я бы полжизни отдал за то, чтобы повернуть время вспять и не бросаться столь опрометчивыми обещаниями.

Я не понимал сам себя и того, что творилось со мной, но эта обычная с виду девица с первых же мгновений превратилась для меня в какое-то наваждение.

Так меня даже к Ясне не тянуло. А ведь думал, что любить сильнее, чем любил её, я точно никогда уже не буду. Тогда казалось, что без неё дышать не смогу.

Но ведь смог.

Живу. Дышу. А то, что сердце теперь будто в панцирь стальной заковано… Так… кто это видит, кто про это, кроме меня,