Читать книгу - "Правдивая ложь - Марина Линник"

Граф мгновенно вернулся и вопросительно посмотрел на Людовика. Тот жестом подозвал священника и тихим голосом приказал принести его любимую шкатулку. Когда ее подали, Людовик достал оттуда маленький кожаный мешочек и протянул его Жирарду. Граф взял его и с благодарностью поцеловал морщинистую руку названого отца.

– Возьми, мой мальчик, эту вещь. Эту диковинную жемчужину мы хранили более сорока лет. Она сослужила нам добрую службу, укрепив нашу веру, когда открыла свою сущность. Жемчужина эта – символ души, а твоя душа чиста и непорочна. Храни и береги ее.

– О, сир, я не могу, – смутился Жирард. – Мне вполне достаточно вашей любви и доброго отношения.

– Бери, – настаивал король. – Это наш подарок к свадьбе. Передай его своей супруге. Уверен, это самая замечательная девушка во всем королевстве. Другую бы ты и не выбрал. Храните жемчужину и помните о нас. Прощай!

Людовик, изнуренный болезнью и разговором, откинул голову и потерял сознание.

– Граф, вам необходимо отдохнуть, – сказал священник, глядя на осунувшееся лицо Жирарда, не спавшего уже почти трое суток.

– Я не могу оставить короля, – возразил Жирард.

– Это уже семейное дело, граф, – ответил священник. – Король вряд ли доживет до утра.

– Тогда я позову Пьера и Филиппа.

– Идите, сын мой. Да благословит вас Господь, – осенив его крестным знамением, отозвался священник.

Удрученный печальным прогнозом, Жирард выполнил просьбу священника. Сыновья Людовика, несмотря на недомогание, поспешили в шатер отца, а Жирард с тяжелым сердцем направился к своей палатке. Не снимая одеяний, он прилег на ложе и задумался. Хотя он сильно устал, но тревожные, тягостные мысли не давали ему заснуть. Что теперь будет? Как долго продлится поход? Что предпримет Филипп? Завершит ли он дело отца? И каким образом теперь будут складываться его и без того сложные отношения с новым королем? Но эти мысли не так уж сильно тревожили графа. В конце концов, Филипп и Жирард, хотя и постоянно враждовали между собой, всегда были сходны в основном: они одинаково любили Францию и оба были готовы отдать жизни за истинную веру. Больше его тревожило отсутствие герцога де Карруаза со своим войском. Почему он так и не присоединился к ним? Что такого могло произойти в замке, что заставило бы герцога, верного подданного короля, изменить данному слову? Лежа в шатре, граф размышлял: узнает ли он когда-нибудь ответ на этот вопрос или его поразит болезнь, как и многих других, и он закончит свои дни в этой недружелюбной пустыне?

Возможно, если бы граф де Сен-Мор был провидцем, он ужаснулся бы, узнав, какие суровые испытания ждут его впереди, но то ли к счастью, то ли к несчастью, Жирард был обычным человеком, а простым смертным будущее неведомо. Поэтому, немного успокоившись и убедив себя в том, что герцога задержали либо погода, либо сложности, связанные с необходимостью переправить войска через море, он задремал…

Сколько Жирард проспал, он не знал. Но внезапно какой-то внутренний толчок заставил его проснуться и открыть глаза. Он встал и вышел из палатки. Был предрассветный час. На необъятном черном небе виднелись огромные звезды. Казалось, они находятся так близко, что стоит немного подняться ввысь, и они тут же окажутся на ладони. На востоке небо уже окрасилось в розовый цвет, а над самым горизонтом сияла великолепная утренняя звезда. Взглянув на шатер короля, Жирард заметил какое-то движение и поспешил туда. Но он не был единственным, кто торопился к шатру. Многие, услышав о тяжелом состоянии короля, пожелали узнать новости из первых рук. Жирард едва успел протолкнуться к входу, как полы шатра приподнялись, и оттуда вышли священник и сопровождавшие его сыновья Людовика, Пьер и Филипп. Вскинув руки вверх, священник произнес:

– Король умер!.. Да здравствует король!

При этих словах все воины креста, находившиеся возле шатра, в том числе и Жирард, встали на одно колено и, приложив правую руку к сердцу, склонили головы. Филипп, преодолевая слабость от болезненного состояния и после бессонной ночи, горделиво и величественно окинул взглядом воинов, преклонивших перед ним колена. В этот самый момент к шатру приблизился крестоносец, охранявший один из форпостов лагеря.

– Я с донесением к Его Величеству, – торжественно произнес он, поклонившись.

– Ты можешь говорить нам, – властным голосом ответил Филипп, смерив крестоносца суровым взглядом.

– У меня личное донесение к…

– Теперь мы отвечаем за процветание нашего королевства, а также за жизнь и смерть наших подданных, – высокомерно заявил Филипп.

Крестоносец недоуменно оглянулся. Но вид людей, склонившихся перед Филиппом, ответил на его немой вопрос: перед ним стоял новый король Франции!

– О, сир, простите меня, – преклонив колено, виновато произнес воин. – Я не знал…

– Встань, – сменил гнев на милость новоиспеченный король, – и сообщи нам твою новость.

– Ваше Величество, прибыл король Карл Сицилийский!