Читать книгу - "Враги за рубежом - Р. С. Грей"

по соседству. Человек, которого я вижу на собраниях персонала и в обеденном зале, и это все.

Я ложусь спать, повторяя все это, с надеждой, что все получится.

Я действительно думаю, что излечилась от этой болезни, а потом захожу в столовую на следующее утро, а там Ной сидит за столом в одиночестве, попивает кофе и выглядит дерьмово.

Под глазами у него едва заметные круги, а рот сжат в тонкую линию. Его густые брови выглядят так, будто случайно застряли в этом нахмуренном положении навсегда. Он еще не видел меня. Его внимание приковано к его чашке, он проводит большим пальцем вверх и вниз по ее длине. Похоже, он не сомкнул глаз. Интересно, это его первая чашка кофе или третья?

Сложные чувства тянут меня в разные стороны. Я чувствую себя плохо из-за того, что, возможно, непреднамеренно причинила Ною какую-то боль. Я не должна была так дразнить его. Может быть, он чувствует себя виноватым, что зашел так далеко. Как это ни странно, я действительно думаю, что он способен испытывать угрызения совести. Думаю, сегодня утром мы оба — собаки с поджатыми хвостами.

На мгновение я задумалась о том, чтобы подойти к нему и сказать все то, что я бы сказала, если бы у меня хватило смелости постучать в его дверь вчера вечером, но потом я вспомнила свою новую мантру. Единственный путь вперед, единственный способ выбраться из этой сумасшедшей петли с Ноем — это разорвать цикл. Я не могу продолжать делать это с ним, притворяясь, что, подкалывая его, дразня его и сосредотачивая на нем все свое внимание, я добьюсь чего-то. Если я не буду осторожна, мои отношения с ним от любви к ненависти высосут меня досуха, и где я окажусь через месяц? Через год? Через два года? Там, где я нахожусь сейчас. Одна.

Я имею в виду, посмотрите, что случилось прошлой ночью. Я поцеловала Ноя, пока была на свидании с другим парнем! Мы с Лоренцо неплохо ладили. Он мне нравился! А потом мои сложные отношения с Ноем испортили мне ночь с Лоренцо. Все, что у нас могло бы быть, теперь пропало, кануло в лету.

Поэтому делаю сознательное усилие, чтобы отвернуться от Ноя и осторожными, размеренными шагами направиться к очереди в столовую. Я чувствую себя актрисой, идущей по сцене к зрителям. Правильно ли я делаю? Выгляжу ли я естественно?

Если Ной поднимает глаза и видит меня, я не замечаю. Намеренно игнорирую его. Я прохожу через очередь за едой и беру банан и бублик. Наливаю кофе до краев чашки, а затем несу свой поднос в ту часть комнаты, которую не занимает Ной, и сажусь к нему спиной.

Вот. Это было не так сложно.

Я смотрю вниз на еду, которую должна с нетерпением поглощать, а затем, как импульсивный наркоман, бросаю взгляд через плечо, чтобы успеть увидеть, как Ной встает. Еще рано, и большинство детей еще не проснулись. Здесь всего несколько человек, и не может быть, чтобы Ной меня не видел.

Я затаила дыхание и смотрю, как он идет, предвкушая что-то. Выпрямляю спину, а рукой инстинктивно тянусь к волосам, чтобы убрать их за ухо. Я не дышала с тех пор, как он сделал свой первый шаг. Я как воздушный шар, наполняющийся гелием, растущий, растущий, растущий, растущий, а потом я ЛОПАЮСЬ, когда он поворачивает к выходу и исчезает за углом, даже не взглянув в мою сторону.

Верно.

Ну, я стояла к нему спиной. Есть шанс, что он принял меня за кого-то другого.

С поникшими плечами обращаюсь к своему завтраку, и все выглядит так… уныло. Я заставляю себя съесть три кусочка рогалика и жую, жую, жую, жую, и глотаю только тогда, когда кажется, что я должна это сделать. Банан откладываю на потом и выпиваю только половину кофе, опасаясь, что большее количество может вызвать у меня тревогу.

Сегодня, поскольку это воскресенье, у детей есть выбор. Расписание не такое, как на протяжении всей недели. У них есть перерыв в занятиях латынью и запланированных экскурсиях. У них есть выбор: пойти с Лоренцо и Ноем на спортивную площадку поиграть в футбол, вместе с Габриэллой и Эшли отправиться на ближайший фермерский рынок или остаться со мной в церкви Святой Сесилии. Мы выбрали посты в начале недели. Я хотела пойти на фермерский рынок, но было ясно, что никто не в восторге от того, чтобы остаться в школе, и, чтобы покончить с неловкостью, я вызвалась добровольцем.

Сейчас, как никогда, я жалею о своем решении стать командным игроком. Мне бы не помешало отвлечься от темного облака, нависшего над моей головой.

После завтрака я поднимаюсь на балкон на втором этаже и наблюдаю, как начинают формироваться группы. Ной и Лоренцо собрали десять шумных ребят, которые уже пинают друг другу футбольный мяч туда-сюда, переговариваются и обещают хорошую игру. Я не могу удержаться, чтобы не осмотреть каждый дюйм Ноя, ища боевые раны. Сейчас он выглядит лучше, чем в столовой, почти вернулся к нормальной жизни. Он переоделся и привел в порядок свои волосы. Один из детей побуждает его показать себя, и он делает впечатляющее маленькое движение, когда отводит мяч ногой назад за спину, подбрасывает его в воздух, а затем ловит его другой ногой впереди.

Я остаюсь на своем месте на балконе, пока они уходят. Двор опустел, и через несколько минут Габриэлла и Эшли собрали свою небольшую группу из шести человек и повели их за покупками на рынок.

Сейчас я здесь одна с тремя детьми. Два мальчика и девочка, все из Тринити. О радость. Мальчики играют в видеоигры в одной из своих комнат, а девочка сидит во дворе и читает. Когда я стучу в дверь мальчиков, они открывают ее и смотрят на меня, как будто понятия не имеют, кто я и что здесь делаю.

Я делаю раздражающий жест, о котором тут же жалею.

— Привет, я Одри, эм… мисс Коэн, одна из сопровождающих из Линдейла. Я просто хотела сказать вам всем, что я здесь, если вам что-нибудь понадобится.

Больше похоже на: «СЛУШАЙТЕ, я все еще здесь, так что не пытайтесь шутить».

Они ворчат, а потом захлопывают дверь у меня перед носом.

Правильно.

Выхожу во двор, машу девушке, а она смотрит на меня, как на вчерашний мусор. «Что с этими детьми из Тринити?!»

— Что ты читаешь? — спрашиваю я ее.

Она лениво поднимает ее книгу. «Маятник Фуко» Умберто Эко. На