Читать книгу - "В плену иллюзий - Хелен Бьянчин"

— Да, хочу попросить тебя об этом.

— Завтра утром я вылетаю в Нью-Йорк по делам.

— Франческа летит с тобой?

— Да.

— Желаю всяческих успехов. — Она постаралась сказать это как можно более доброжелательно.

— Я позвоню тебе, как только вернусь.

— Ты вовсе не обязан это делать. — Ее голос прозвучал несколько неестественно. Еще бы! Когда речь заходила о Франческе, ее сразу начинало мутить.

Он ответил, мол, поездка носит чисто деловой характер, что бы она себе там ни воображала, и что завтра же вечером они планируют прилететь обратно.

Настроение у Кристины безнадежно испортилось. От нахлынувших эмоций стало трудно дышать.

— Счастливого пути, — произнесла она официальным тоном и, не дожидаясь ответа, положила трубку.

К счастью, дел на работе было невпроворот. Ланч пришлось пропустить. Около трех часов дня она съела яблоко, которое принесла с собой, и то сделала это, просматривая корреспонденцию.

На тягостные размышления о Нормане и Франческе у нее просто не было времени.

Из офиса Кристина ушла гораздо позже обычного — в половине восьмого. А дома она работала до тех пор, пока не стали слипаться глаза.

Проснувшись в серый предрассветный час, она больше не смогла уснуть, как ни старалась. В голову лезли разные невеселые мысли. Мысли о Нормане.

Правильно ли она поступила, отказавшись принять предложение выйти за него замуж? Может, это ошибка? Чудовищная, роковая ошибка?

Хотя… С того момента, как он узнал о беременности, ничего ведь не изменилось в их отношениях. Да, она настояла на собственном переезде. Но не ради какого-то там каприза ей пришлось пойти на этот шаг. Как она ни ждала, Норман так и не сказал ей ни единого слова о любви, так и не изъявил искреннего желания создать семью, основанную на глубоком чувстве.

Значит, все оставалось по-старому. И сожалеть было не о чем.

Почему же тогда при одной только мысли о появлении в его квартире другой женщины на душе у нее становилось так гадко, что хотелось реветь. А ведь он имел право на новую связь… И Франческа наверняка была не единственной, кто охотился за ним.

Ей вдруг ясно представилось, что она потеряла его окончательно, и сердце сдавил холодный и жуткий страх.

Черт! Долго ты будешь лежать в кровати, терзая себя отвратительными раздумьями! — возмутилась она. Если не можешь заснуть, тогда встань и займись чем-нибудь полезным. Поработай, например. А вечером сама позвони Норману и предложи ему вновь обсудить сложившуюся ситуацию. Вряд ли он откажется…

День выдался таким же напряженным, как и предыдущий. Кристина только радовалась этому.

Она вернулась домой в шесть вечера, быстро приготовила салат из отварной курицы, капусты и чеснока, за ужином просмотрела свежие газеты, перешла в гостиную и включила телевизор.

Передавали последние новости, и она с интересом уставилась на экран.

— …В результате взрыва в нью-йоркском аэропорту шесть человек погибли, семеро получили тяжелые ранения. Все вечерние рейсы отложены на неопределенное время, — сообщил репортер.

У Кристины похолодели руки. В глазах потемнело, и на мгновение ей показалось, что ее столкнули в пропасть. Она уже ничего не слышала, ничего не видела, лишь сидела неподвижно, в состоянии шока.

А по прошествии какого-то времени вскочила на ноги и в ужасе обхватила голову руками.

— Норман! О Господи! Надо что-то делать! Куда-нибудь звонить! — забормотала она, но тут же сделала глубокий вдох и выдох и постаралась успокоиться. — Главное, не впадать в истерику! Я должна взять себя в руки!

Это ей удалось, и она принялась размышлять трезво и рассудительно, хотя руки все еще дрожали, а перед глазами расплывались круги.

Если б с ним было все в порядке, он обязательно позвонил бы из аэропорта… Может, не имеет такой возможности? Может, позвонит позже?

Она уставилась на телефон, словно пыталась загипнотизировать его, но аппарат упорно молчал. Потом принялась переключать телевизионные каналы, ища еще какой-нибудь выпуск новостей.

Найдя, наконец то, что нужно, она приковала взгляд к телеэкрану, а увидев номер по которому можно было связаться с Нью-Йорком и узнать о подробностях происшествия, схватила телефонную трубку и стала набирать его.

Послышались короткие гудки. На протяжении бесконечно долгих пяти минут она вновь и вновь пыталась дозвониться. Наконец дежурный оператор ответил ей.

— Среди погибших и раненых, личности которых удалось установить, нет человека с такой фамилией. — Голос дежурного звучал спокойно и ровно. — Перезвоните, пожалуйста, через час. К тому моменту мы будем владеть большей информацией.

Через час?! — ужаснулось ее истерзанное сердце.

За целый час она могла сойти с ума! Но другого выбора у нее не было, оставалось лишь поблагодарить оператора и ждать.

По разным каналам телевидения снова и снова сообщали о взрыве в нью-йоркском аэропорту. С замиранием сердца Кристина вслушивалась в каждую деталь, пыталась не пропустить ни единого слова репортеров.

Когда выпуски новостей заканчивались, она начинала нервно расхаживать по комнате.

Он должен выжить! Должен! — стучало в ее висках.

Воображение рисовало ей леденящие кровь картины, и она изо всех сил старалась переключить мысли на что-то другое. Ничего не выходило. По ее щекам текли слезы, она нервно кусала губы, сжимала и разжимала пальцы.

Ей вдруг стало ясно — жизнь без Нормана ничего не будет стоить для нее, без него не имеет смысла продолжать свое существование на земле…

Те причины, по которым она выехала из его квартиры и отказалась выходить за него замуж, показались ей вдруг неубедительными, нелепыми, смешными! Только бы с ним все было в порядке! Только бы он оказался жив! — молилась она, глотая слезы.

Именно сейчас до нее окончательно дошло, насколько дорог ей этот человек. Насколько важен, ценен… Стыд за свое горделивое поведение, сожаление о потерянном впустую времени и ослепляющее желание увидеть его целым и невредимым больно сдавливали грудь.

Если нам еще суждено встретиться, то я постараюсь все исправить! — решила она. Пусть он будет ранен, тяжело ранен, только не мертв!

За пять минут до истечения часа Кристина вновь схватила телефонную трубку. А дозвонилась до оператора только через десять минут. Ей сообщили — так же вежливо и спокойно, — что в списке пострадавших фамилия Фрислендер не значится.

Она ужасно захотела срочно вылететь в Нью-Йорк. Первым рейсом, не теряя, ни секунды. Оказать ему медицинскую помощь, если он в ней нуждался, ей, естественно, не удалось бы. Но Кристина мечтала увидеть его собственными глазами, и как можно быстрее.